Влияние

Когда с неба падает звезда — загадай желание.

Загадай, чтобы с тобой не случилось того, что произошло с обычными нью-йоркскими девчонками Эбби и Джекки, проследившими падение маленького метеорита и решившими продать драгоценную находку через Сеть.

Теперь они — на крючке.

Таинственный убийца уже избавился от всех, кто знал о падении метеорита. Эбби и Джекки — следующие…

ЧАСТЬ I

ГЛАВА 1

Апрель

Надо не только проскользнуть внутрь с черного хода, но еще и исхитриться без единого звука пробраться с коробкой наверх. Дому было лет двести, и на любой шаг он с готовностью откликался многоголосием болезненных стонов и скрипов. Притворив заднюю дверь, Эбби Стро прокралась на цыпочках по ковровой дорожке к лестнице. Она слышала, как отец копошился на кухне; из радиоприемника тихо доносилась трансляция матча с участием «Ред сокс».

[1]

Обхватив коробку, она поставила ногу на первую ступеньку. Перенесла вес на вторую. Еще на одну. Четвертую следовало пропустить: она скрипела как резаная. Ступила на пятую, шестую, седьмую… Казалось, она уже в безопасности, но очередная ступенька издала треск, похожий на выстрел с последующим предсмертным завыванием.

«Проклятие!»

ГЛАВА 2

Следующим утром Эбби протиснулась в двери кафе «Каборд» с целой пачкой газет под мышкой. Приятное бревенчатое заведение с клетчатыми шторками на окнах и мраморно-белыми столиками казалось почти безлюдным, но она углядела сидевшую, как обычно, в углу со своим кофе Джекки. Туманная утренняя сырость давила на оконные стекла.

Пробравшись к столику, она плюхнула на него «Нью-Йорк таймс» с красовавшейся на первой полосе статьей.

Эбби замолчала и с улыбкой посмотрела на Джекки.

— Слышала? «Упал в океан». И это во всех газетах. — Откинувшись назад, она скрестила руки на груди, наслаждаясь откровенным недоумением на лице Джекки.

ГЛАВА 3

Май

Долорес Муньос поднялась по каменным ступеням профессорского дома в Глендейле, Калифорния, и, прежде чем открыть ключом дверь, остановилась, чтобы отдышаться; ее пышная грудь часто вздымалась. Она знала, что звук ключа в замке послужит сигналом для отчаянной брехни Стэмпа — хозяйского джек-рассел-терьера, неизменно приходящего в безумный восторг при ее появлении. Как только распахивалась дверь, меховой комок с отчаянным лаем пулей вылетал из дома и начинал метаться по крохотному газону, словно стремясь распугать всех хищников и преступников. Затем он приступал к ритуалу задирания коротенькой лапки возле каждого несчастного кустика и усохшего цветочка. И наконец, выполнив программу, бросался к ее ногам и начинал с высунутым языком и поджатыми лапками кататься на спине в расчете получить порцию утренней ласки.

Долорес Муньос любила этого пса.

Уже предвкушая знакомую сцену, она с улыбкой вставила ключ в замок и легонько побрякала им в скважине в ожидании традиционного взрыва эмоций.

ГЛАВА 4

Уаймэн Форд вошел в расположенный на Семнадцатой улице со вкусом отделанный офис Стэнтона Локвуда III, научного советника президента Соединенных Штатов. Ему уже доводилось бывать здесь по долгу службы, и кабинет запомнился с прошлого раза — стена со всевозможными свидетельствами влиятельности государственной персоны и фотографиями супруги с детишками, достойная вашингтонского политического тяжеловеса старинная обстановка.

С посеребренными сединой волосами, прищурив голубые глаза, Локвуд обогнул рабочий стол, почти бесшумно ступая по султанабадскому ковру, и с привычной уверенностью политика твердо пожал Форду руку.

— Рад встрече, Уаймэн. — Он напоминал Форду Питера Грейвза — седовласого актера, сыгравшего роль командира подразделения в старом телесериале «Миссия невыполнима».

— Я тоже рад вас видеть, Стэн, — ответил Форд.

— Прошу, — жестом пригласил он к вальяжным кожаным креслам возле кофейного столика времен Людовика XIV. Усадив Форда, сел напротив, слегка поддернув габардиновые брюки с острыми стрелками.

ГЛАВА 5

Закрыв за собой дверь своей скромной квартиры, Марк Корсо на мгновение застыл, словно увидел ее в первый раз. За стеной слышался плач ребенка, а в спертом воздухе витал недвусмысленный аромат жареного бекона. Занимавший около трети окна громыхающий и трясущийся кондиционер выдавал едва ощутимую струю воздуха. С улицы доносились сигналы машин. Находившееся прямо перед ним большое смотровое окно выходило на оживленный перекресток с автомойкой, автозакусочной и автостоянкой.

Корсо впервые испытал некое мрачное удовлетворение от убогости этого жилища — картонных стен, пятен на ковре, усохшего фикуса в углу и кошмарного вида из окна. Он снял квартиру год назад по Интернету, польстившись на красочное описание и умело сделанные фотографии. Из бруклинского Гринпойнта она казалась настоящей калифорнийской мечтой — просторная светлая спальня, отдельный палисадник, бассейн, пальмы и, самое привлекательное, собственное место в парковочном гараже.

Теперь он наконец-то мог распрощаться с этой помойкой.

Последние месяцы в Национальной лаборатории реактивного движения казались ему сумасшествием — надвигавшееся увольнение старого наставника и руководителя, профессора Джейсона Фримэна, с его последующим странным убийством, совершенным в результате насильственного проникновения в дом с целью ограбления, стало для Корсо сильнейшим потрясением со смерти отца. Фримэн уже какое-то время катился по наклонной — опаздывал на работу, срывал совещания, огрызался коллегам. До Корсо доходили слухи о многочисленных женщинах и злоупотреблении алкоголем. Это сильно угнетало, поскольку именно Фримэн, бывший его куратором еще в Массачусетсском технологическом институте, пригласил его на работу в Марс-проекте лаборатории.

Тем утром Корсо узнал, что ему предлагают занять место Фримэна. Это был мощный прорыв — новая должность, деньги, престиж. Ему даже не исполнилось тридцати, и большинство коллег были старше его, а он — восходящая звезда. Однако перспектива успешного продвижения, построенного на обломках карьеры учителя, вызывала противоречивые чувства.

ЧАСТЬ II

ГЛАВА 37

Когда Форд вошел в офис, Локвуд сидел за своим столом. С ним был седеющий мужчина в несколько помятой полевой форме бригадного генерала, в котором Форд узнал представителя Пентагона в Управлении разработки научно-технических программ.

— Уаймэн… — Локвуд поднялся со своего места. — Вы уже знакомы с генерал-лейтенантом Джеком Миклсоном, ВВС США, директором Национального агентства геокосмической разведки. Он руководит этим направлением.

Форд протянул руку поднявшемуся навстречу генералу.

— Рад нашей новой встрече, сэр, — сдержанно сказал он.

— Я тоже рад вас видеть, мистер Форд.

ГЛАВА 38

Эбби решила приготовить на ужин чизбургеры, но передержала их: вытекший сыр подгорел, а булки получились клеклыми. Отец сидел за столом напротив нее и, опустив глаза, методично жевал. Весь вечер он был подозрительно молчалив.

Положив недоеденный чизбургер на тарелку, он легонько оттолкнул ее от себя и наконец посмотрел на Эбби. Глаза у него были красные. Поначалу у нее даже мелькнула мысль, что он снова начал пить, как случилось после смерти матери. Однако дело было в другом. Пивом от него не пахло.

— Эбби? — хрипло произнес он.

— Да, пап?

— Я разговаривал со страховщиками.

ГЛАВА 39

— Вы на месте, — сообщил раздавшийся из Джи-пи-эс бесстрастный женский голос. Припарковавшись на замызганной автостоянке возле местного универмага, Уаймэн Форд вылез из машины и осмотрелся. Перед магазином тянулось поле, поросшее готовыми вот-вот распуститься люпинами. На холме позади него по обеим сторонам улицы стояли церкви — коричневая конгрегационалистская и белая методистская. Вдоль дороги тянулся ряд дощатых домиков с покосившимся продуктовым магазинчиком.

Собственно, это и был весь город.

Форд полез в свой блокнот. Города Нью-Харбор, Пемаквид, Чамберлен и Мусконгус были уже вычеркнуты, оставался лишь один — Раунд-Понд.

Дорога шла за универсам и упиралась в залив. Позади картинки сосен виднелась гавань с рыбацкими судами и полоска океана.

В универсаме галдели дети, покупавшие дешевые карамельки. Он прошелся по магазину, оглядывая ассортимент — конфеты, открытки, ножи, модели судов, игрушки, куклы, воздушные змеи, компакт-диски с записями местных ансамблей, календари, газеты с журналами; Форд словно оказался в собственном детстве.

ГЛАВА 40

Эбби Стро принесла две порции жареных моллюсков в корзинках и пиццу «Маргарита» на столик, за которым сидела пара из Бостона.

— Что-нибудь еще? — поинтересовалась она, поставив перед ними еду с напитками.

Осмотрев свой бокал, дама раздраженно застучала по нему ноготками.

— Я же говорила — без соли. — У нее был сильный бостонский акцент.

— Прошу прощения. Сейчас поменяю. — Эбби подхватила бокал.

ГЛАВА 41

Уаймэн Форд проехал по Уискэссет-Бридж и остановился перед антикварным магазином. Поставив машину на «ручник», он откинулся на спинку сиденья и задумался. Что-то не складывалось, но пока он еще не определил, что именно. Разумеется, это связано со странным поведением девушки в ресторане и статьей в местной газете. Он взял эту газету, валявшуюся на пассажирском сиденье. Девушка из ресторана определенно одна из тех, что искали пиратские сокровища. Когда он поинтересовался у нее насчет метеорита, она вдруг занервничала. Почему? И интересно, многие ли местные официантки знают отличия между метеором и метеоритом?

Развернувшись, он поехал назад и уже через десять минут вновь входил в ресторан. Девушка по-прежнему деловито занималась своей работой, и он понаблюдал за ней от стойки управляющего, расположенной неподалеку от двери. Она, несомненно, являлась персонажем газетных статей — единственной афроамериканкой, которую ему довелось повстречать в штате Мэн. Короткие черные кудряшки обрамляли лицо с живыми темными глазами; высокая и стройная, спортивного телосложения. С ее лица не сходило насмешливо-ироничное выражение. Абсолютно без макияжа, она казалась потрясающе красивой. На вид чуть за двадцать.

Увидев его, девушка заметно насторожилась. Форд, улыбаясь, кивнул.

— Что-то забыли? — спросила она.

— Нет.