Высокое искусство

Книга по истории медицины, написанная профессионалом – не только писателем, но и известным врачом. В книге идет речь об открытиях медицинской науки. Автор рассказывает об важных этапах и успехах в развитии хирургии.

ОСАДА СЕРДЦА

Операции на сердце

Два случая

В медицинских летописях XVT века сохранилось описание одного странного случая.

Однажды известного в то время хирурга Амбруаза Парэ пригласили прибыть немедленно к месту дуэли.

Врача это нисколько не удивило. Тогда дуэли были очень распространены. Смывать кровью обиды считалось даже обязательным для поддержания «дворянской чести».

В то время дуэлянты обычно дрались на шпагах.

Хирург, приглашенный на случай необходимости оказать медицинскую помощь, и стал свидетелем подобной дуэли. Происходило это в Париже.

Немного о сердце

1 – правое предсердие; 2 – правый желудочек; 3 – левое предсердие; 4 – левый желудочек; 5 – верхняя полая вена; 6 – легочная артерия; 7 – легочные вены; 8 – аорта.

Сердце знают все. Оно бьется в нашей груди; каждый в любой момент может приложить к ней руку и удостовериться в том, что сердце на месте и выполняет свою работу.

Недосягаемая мечта

Почему хирургу XVI века показалось невероятным, что человек, раненный в сердце, пробежал двести шагов?

Почему врача ошеломило то, что пронзенное кинжалом сердце продолжало биться пятнадцать дней?

Потому, что это в самом деле удивительно.

Ведь через сердце проходит вся кровь, – столько, сколько ее имеется в теле человека. Каждые 23 секунды сердце пропускает ее всю через себя.

Сердце выбрасывает из себя кровь в аорту толчками с большой силой.

Один из десяти

Прошло не больше года после случая с человеком, жившим пятнадцать дней с поврежденным сердцем, как стало известно о другом, совершенно неожиданном событии.

Человек, тоже раненный в сердце, не только не умер сразу, он не умер вообще от ранения. Он выздоровел и долго жил, словно сердце его не имело никакого изъяна. Произошло это ранение в 1642 году.

Сколько времени еще прожил этот редкий счастливец после ранения, – точно неизвестно, во всяком случае – годы. Как объяснить такой благополучный исход?

Тогдашние врачи не находили объяснений этому. Они не могли понять, почему остановилось кровотечение, почему раненое сердце перестало при сокращениях пропускать кровь. Несомненно было одно: рана сердца закрылась сама по себе, ее никто не зашивал.

Закрыться же она могла, конечно, только рубцеванием. Рубцовая ткань как бы затянула отверстие в мышце сердца. А так могло случиться, конечно, лишь благодаря тому, что в отверстии раны образовался сгусток свернувшейся крови. Это было неоспоримо и верно. Тогда возникает вопрос: почему же в остальных случаях не происходило подобного заживления? Что могло помешать образованию сгустка, а затем и рубца?

Грозное препятствие

Со времени случая на дуэли до середины XIX века прошло около трехсот лет. Появилась ли, наконец, возможность оказывать хирургическую помощь сердцу? Научились ли врачи делать операции на этом важнейшем органе?

Нет. Сердце по-прежнему оставалось недоступным для рук хирурга. Почему? Медицина того времени не интересовалась сердцем?

Разумеется, нет. Дело было в том, что на пути прогресса хирургии стояло то препятствие, о котором мы уже говорили: заражение ран.

Каждый врач знал, что стоит сделать любой разрез, рассечь мышцы или даже кожу, как через несколько дней рана начинала гноиться, на ней появлялись серые налеты, нередко она приобретала зловещий цвет и запах гниющего мяса, предупреждающие о печальном конце.

Сильный, выносливый человек, которому делали даже небольшую операцию, мог погибнуть в три-четыре дня.

БОЛЬШОЕ ИСКУССТВО

Восстановительная хирургия

Двести лет назад

Примерно двести лет назад один из крупных биологов того времени выкопал недалеко от своего дома небольшой пруд и поселил в нем несколько тритонов. Ученый приносил им корм и целыми днями изучал их образ жизни, повадки и инстинкты.

Он завел тетрадь и записывал в нее подробности своих наблюдений. Но биолог занимался не только наблюдениями. Он производил над тритонами эксперименты, на первый взгляд очень странного и жестокого характера. Время от времени ученый вылавливал одного из тритонов и наносил ему повреждение, и не какое-нибудь пустяковое, а довольно крупное, например отрезал лапку.

Спустя некоторое время все тритоны, обитавшие в пруду, стали объектом подобных операций биолога. У одних он отсекал лапку, у других – хвост, у третьих – нижнюю челюсть, у четвертых – часть глаза. Многие из тритонов подвергались этой участи по нескольку раз.

Так продолжалось в течение трех месяцев.

Что же получилось через три месяца? Надо полагать, что по истечении этого срока в пруде находились уже не обычные тритоны, а тритоны-уроды, тритоны-инвалиды, тритоны-обрубки, – не так ли? На самом

деле

ничего подобного не произошло. Через три месяца почти все обитатели пруда по-прежнему имели нормальные конечности, челюсти, глаза. У них всё восстановилось: отсеченные части заменились новыми, такой же формы и величины, как и у тритонов, не подвергавшихся операции.

Способность к регенерации

Способность к регенерации проявляется у живых существ не в одинаковой степени.

Ящерица, если ее схватить за хвост, быстро ускользает. В пасти врага, напавшего на нее сзади, остается только оторвавшийся хвост. Пожертвовав хвостом, ящерица спасает свою жизнь.

Однако ящерица недолго бегает бесхвостою. Спустя некоторое время хвост снова у нее отрастает.

У обыкновенной пресноводной гидры из ее любой отрезанной части вырастает зрелый организм. Разрежьте ее на 10–20 кусочков, и из каждого образуется гидра с пищеварительной полостью, с щупальцами, окружающими ротовое отверстие.

Планарий, плоский червь, обитающий в прудах и болотах, – более сложно организованное, чем гидра, существо. У него есть и голова, и кишечник, и нервная система, и мышцы, и органы выделения. Если его разрезать, скажем, на 10 частей, то из каждой вырастает планарий с типичной формой тела, кишечником, нервной системой, мышцами. Но этого мало. Разделите головную часть планария продольными разрезами – образуется ряд полосок, но вскоре из каждой полоски вырастает голова. Советский биолог Лус получил таким способом многоголовые существа. Они походили на какие-то сказочные чудовища, только в сильно уменьшенных размерах.

Пробуждающие вещества

Советский биолог профессор Хрущев поместил кусочек ткани, вырезанной у человека, в искусственную питательную среду. Кусочек ткани увеличивался, клетки его размножались. Но вскоре рост прекратился.

Тогда профессор добавил в эту искусственную среду некоторое количество белых кровяных телец – лейкоцитов; размножение клеток кусочка ткани возобновилось.

Свойства лейкоцитов нам хорошо известны. Великий ученый Мечников, изучая их, назвал белые кровяные тельца фагоцитами – клетками, способными поглощать, переваривать чужеродные вещества. Это клетки, защищающие организм от всего вредного, угрожающего, – клетки защиты здоровья человека.

Теперь выяснилось, что лейкоциты обладают не только одной функцией уничтожения, но и функцией восстановления. Они содействуют процессам регенерации. Лейкоциты, проходя сквозь стенки мельчайших кровеносных сосудов, собираются к месту ранения и здесь не только уничтожают микробов, но и выделяют особые вещества, способствующие быстрейшему заживлению поврежденной ткани, быстрейшему образованию рубца, – ускоряют рост числа клеток.

Вот почему профессор Хрущев добавлял к кусочку ткани некоторое количество белых кровяных телец. И действительно, размножение клеток ткани в искусственной питательной среде усиливалось.

Свойства эмбриональной ткани

Большое значение для разработки вопросов регенерации органов человека имеют также научные данные, полученные в результате изучения жизни живых существ в эмбриональном, или зародышевом, состоянии и свойств их тканей в этом периоде. Исследования и эксперименты профессора В. В. Попова и его сотрудников в лаборатории экспериментальной эмбриологии Института морфологии животных Академии наук СССР открыли ряд удивительных явлений. Изучение тканей животных, находящихся еще в зачаточной стадии роста, привели к установлению фактов, которые еще недавно представлялись бы невероятными. Работы в лаборатории экспериментальной эмбриологии были связаны с вопросами регенерации. В этом направлении и шли поставленные там опыты.

Известно, что образование зародышей многоклеточных живых существ начинается с деления оплодотворенной клетки. В результате непрерывного размножения клеток создается зародыш, у каждого вида животных на этой стадии имеющий особую форму. Только в дальнейшем из однородной массы зародышевых клеток начинают выделяться зачатки будущих органов.

Имеет ли значение подобное обстоятельство? Несомненно. Оно позволяет утверждать, что никаких предопределенных заранее зачатков органов в зародышевой ткани, в так называемом зародышевом яйце не существует. Это одно. А второе – появление зачатков органов неразрывно связано с развитием зародыша. Только от процессов хода развития зародыша зависит превращение клеток в зачатки определенных органов. До известного периода развития все клетки одинаковы.

Это очень важное положение.

Но если все клетки вначале одинаковы, то как же получаются потом из них различные органы? Нет ли в этом утверждении ошибки? Может быть, на самом деле клетки даже на первоначальной, дозачатковой стадии развития уже различны, хотя обнаружить это не удается?

Тяжелые следы

Великая Отечественная война потребовала колоссального напряжения сил всей страны, в том числе и учреждений медико-санитарной службы. Советская медицинская наука с честью разрешила задачи, поставленные перед нею Родиной. Благодаря самоотверженной работе врачей и отличному оснащению медицинских учреждений всем необходимым, миллионам людей, защитникам советской Родины, была сохранена жизнь.

Но у многих выздоровевших после тяжелых ранений остались значительные изменения, устранить которые было невозможно. Например, у бойца, получившего тяжелое ранение или ожог, образовался рубец значительной величины. Он стягивает лежащие под ним мышцы, что приводит нередко к искривлению туловища, сводит конечности. Переломы конечностей ведут часто к укорочению ног и рук. Человек может тогда ходить только опираясь на костыль или палку. Укороченная рука не позволяет выполнять достаточно хорошо работу.

Конечно, если бы человеческий организм обладал такой же способностью к регенерации, как и организм тритонов, результаты были бы другие: на месте удаленных хирургом раздробленных кусков костей и размозженных кусков мышц из их остатков в ноге отросло бы столько костной и мышечной ткани, сколько нужно для образования конечности нормальной величины. Ни укорочения, ни хромоты, ни стягивания мышц рубцами, так называемой контрактуры, не образовалось бы.

Но у человеческого организма нет такой способности к регенерации. При обычных условиях у него хорошими восстановительными качествами обладает главным образом соединительная ткань, а ее развитие дает лишь рубец.

Что же, человек должен остаться навсегда инвалидом? Нет, тут на помощь приходит восстановительная хирургия, которая во многих случаях избавляет пострадавшего от угрозы инвалидности.