Точка отсчета

Николаев Андрей Евгеньевич

Глава 8

 

— Теперь быстро, — сказал Юрген, — Кирилл, хватай такси, гони вовсю, готовь корабль. Олег, за вещами. Мы с Седовым здесь прикрываем. Скоро будет весело.

— Значит вещи мои того, — печально констатировал Седов, — ну, тогда говори, что делать, куда бежать и насколько быстро?

— Ты — наш груз! Вроде чемодана, понял? Сиди и скрипи багажными ремнями. Добрый папа Юрген все сделает. Если этот пижон еще пять минут… а вот и он.

По лестнице сбегал Судаков с тремя сумками.

— Сергей, помоги ему. Ловите машину, а я пока расплачусь за номер.

Седов перехватил у Судакова две сумки, они проскочили крутящиеся двери и разом завертели головами в поисках такси. Судаков увидел автомобиль первым. Знакомый водитель спал, свесив из окна голову. Когда они забрасывали в багажник сумки, коротышка даже не проснулся. Из «Салуна» вышел Юрген.

— Давай к нам, — закричали Седов и Судаков в один голос.

Проснулся водитель.

— А куда это мы, собственно, собрались? Тариф вам известен?

— Давай, трогай, это же я! Твой друг до гроба! — воскликнул Седов.

— А? Дело другое, — согласился коротышка. Старинный экипаж, чиркнув колесами по бордюру, выкатился на дорогу.

— К космопорту и поживей, — попросил Седов. — Кто нас сможет догнать?

— Только ветер! — Надсаживаясь, рявкнул коротышка в открытое окно, и его вырвало туда же.

Автомобиль завилял по проезжей части.

— Ребят, а у вас нет чего такого, — жалобно спросил водитель, вытирая рукавом рот.

Судаков открыл для него банку пива. Такси, петляя между тротуарами, набирало скорость.

— Так это ты вмазал бармену табуретом? — вспомнил водитель.

— Я, — подтвердил Седов.

— Друг! Хочешь пивка?

— Держи руль, мать твою, — рявкнул с заднего сиденья Юрген.

Они мчались по вечернему городу, виляя от бордюра к бордюру и пугая редких прохожих. С океана вкатывала тяжелая маслянистая зыбь, свет фар пугался в кронах мокрых деревьев.

— Если вы сможете ехать прямо, наша скорость значительно возрастет, — подал голос Судаков.

Автомобиль выровнялся. Юрген заговорил голосовым кодом. Седов улавливал только обрывки.

— Я буду на … с Седовым, передайте, что здесь или база или … подготовят … брать с воздуха …все понял?

— Ясно, шеф.

Автомобиль выскочил из города и полетел по темному шоссе. За городом ночь ощущалась сильнее. Сильнее подул ветер, сильнее пошел дождь. Резина визжала на поворотах.

— Ребята, а куда бежим? — спросил водитель, пришедший в себя от врывавшегося в окно холодного ветра.

— Ты хочешь спросить: от кого, — поправил его Судаков и высунул голову наружу, чтобы посмотреть назад. Ветром с него сорвало пижонский «Стетсон». Он взвыл.

— У-у, черт, останови, подберем.

Юрген поймал его за пиджак.

— Спокойно, сынок. На обратном пути.

Судаков снова высунулся в окно.

— Слушай, парень, у полиции какие цвета на глайдерах?

— Сине-желтые, — отозвался водитель, — а что?

— Тогда молись.

Седов выглянул из окна. Дорога шла в гору, и на светлом фоне города и освещенной маленькой луной бухты он сразу увидел три каплевидные машины. Почти не маневрируя, они догоняли их, идя невысоко над посадками фруктовых деревьев.

— Какое у нас оружие, — деловито спросил Скарсгартен.

— Моя зажигалка, — хмыкнул Седов.

— Бластер с двумя зарядами, — нехотя выдавил Судаков.

— Будешь стрелять только наверняка. Как пронес через таможню, потом расскажешь.

— У меня бита для бейсбола, — пискнул водитель.

— Засунь ее себе в жопу.

— Чего ругаетесь? Сейчас предгорья начнутся и они не смогут идти над дорогой. Может успеем прорваться к перевалу, а там и космопорт рядом.

Седов посмотрел назад. Над предгорьями два глайдера ушли выше, но по-прежнему летели следом, ныряя в долины. Судаков держал на прицеле третий, который брил посадки слева от шоссе.

— Чего медлишь, вот же он, — заорал Юрген.

— От вашего крика, полковник, у меня прицел сбился. Одним выстрелом я его не собью, не та машинка у меня. И потом, кто был первым по стрельбе во взводе?

— Ну ты, ты!

— Вот и помолчите.

За ревом двигателя никто не услышал выстрелов, и только, когда Седов увидел, как дорогу впереди пересекла череда вздыбившихся фонтанчиков гравия и асфальта, он понял, что по ним открыли огонь.

Юрген прокомментировал:

— Остановитесь, ребята, поговорим. Нас всего-то восемь — девять харь с металлопластовыми костями и чинами в голове.

Автомобиль проскочил выбоины в асфальте, не сбавляя скорости.

Дважды кашлянул бластер Судакова и левый глайдер, дымя, отвалил в сторону. Седов проводил его взглядом.

— Голову оторвешь с такой ездой, — сказал, пряча разряженное оружие, Судаков, — а все-таки приятно, когда уважают. Прямо почетный эскорт! Сзади еще двое достают.

— Ну, все, — заныл водитель.

— Вперед смотри, чуть поворот не проехали, — Седов обернулся со своего сиденья к Судакову, — ты не ошибся?

— Обижаете.

— Ничего, еще покрутимся, — поднимая боевой дух, заорал Юрген, — а, парни? Нам бы только до «Вампира» добраться, мы бы всю эту шушеру разнесли!

С правого глайдера ударила очередь вдоль дороги. Автомобиль шарахнулся.

— Спокойно, парень, это он нервы проверяет. Ты виляй помаленьку, чтоб движок не зацепили. В салон они бить не будут — мы им живые нужны.

Автомобиль стал петлять по всей ширине проезжей части под стоны водителя, что вот, мол, хорошо жили. Всего одна мечта была кровожадная: бармену из «Рая» зубы посчитать. Приехали, войну устроили. Хорошо, хоть не в сезон. Судаков, скаля зубы, доказывал, что теперь эта тачка, с пробоинами, нарасхват будет.

— Ты за дорогой следи, — сказал Седов, одной рукой помогая управляться с баранкой и успевая одновременно наблюдать за воздухом, — Юрген, кажется, сверху заходят.

Опять ударили очереди. Теперь с двух сторон били по колесам. Автомобиль подбросило, развернуло, понесло юзом.

— Все, — хрюкнул водитель, — колесо отстрелили, эх, чуток до перевала не дотянули.

Стекла заволокло пылью, грязью и палыми листьями с обочины, на которую вынесло автомобиль.

Юрген перекинул Седову что-то небольшое, но тяжелое.

— На, держи, охранник из отеля просил тебе передать.

Увесистый медвежонок привычно лег в ладонь. Судаков прилаживал что-то на кисти рук, водитель потащил из-под сиденья бейсбольную биту.

— Ты-то сиди хоть, — сказал ему Седов.

— Как же, мне машину уродовать будут, а я? Да она и семнадцати лет не пробегала! Ребята, пивка не осталось?

Два черных глайдера приземлились на дорогу; один впереди, другой сзади замершего на обочине автомобиля. Еще два зависли над местом аварии.

— Сергей, — Юрген взял Седова за плечо, — бей сразу, не финти и старайся попасть в лоб на пару сантиметров выше бровей. К тебе, парень, — сказал он водителю, — это тоже относится. Ты, Олег, знаешь, как действовать: выявляем главного. Найдем его — остальные просто куклы.

— Я спрашиваю в третий раз, — после третьего вопроса голос Мендозы не стал более мелодичным, — где эмбрион? Все равно наши люди обшарят здесь все. Эмбрион — это собственность компании. Верните его по-хорошему.

Ингрид горько улыбнулась.

— Компании? Сайрус О'Брайан работал на проект всю жизнь, я — несколько лет, а теперь вы хотите присвоить чужое? Вы еще скажите, что «Биотех» купил проект «эволют» не для внедрения анимата в своих клонов. Вам ведь «Восток» платит, так? И Бриджес повязан с ними напрямую.

— Ах, вот как, — протянул Мендоза, — вы уже знаете. Тем лучше. Тогда вам, наверное, известно: эти люди всегда получают то, что хотят.

Они разговаривали в кабинете Ингрид. Двое похожих, как братья, людей Мендозы стояли у двери. Охрану института сменили, только Йорк в лаборатории все еще пытался пустить пыль в глаза проверяющей группе.

— Я так понимаю, вы не скажете, где эмбрион, — с сожалением констатировал Мендоза.

— Вы правильно понимаете.

Мендоза сделал знак. Двое его людей с неуловимой быстротой хищников обогнули стол и схватили Ингрид за руки.

— Только попробуйте что-нибудь сделать со мной, — закричала она.

— И что? Что случится, я вас спрашиваю? А могу объяснить, — Мендоза с удовольствием плюхнулся в кресло, с хрустом потянулся и продолжил, — предположим, случилось печальное и непоправимое: доктор Мартенс, по молодости, по неопытности ли, ввела непроверенный продукт ассистенту. — Он повернулся к своим людям, — кстати, приведите его сюда. Да, так вот, ввела продукт… Что это вы побледнели? Я угадал? Быстро Йорка сюда. Ввели или нет? А может быть не ему, а этому вашему другу.

Он связался с наружной охраной.

— Сергей Седов, по вызову дирекции, спецкурьер по перевозке биоимплантов, — повторил Мендоза, выслушав доклад. — Ну, дорогая, здорово вы меня облапошили.

Он обогнул стол и сильно ударил Ингрид ладонью по лицу. Из угла рта побежала кровь.

— Дрянь, — сказал Мендоза, вытирая платком пальцы. Запищал коммуникатор. Мендоза отошел, послушал и вернулся к столу. — Ваш приятель с друзьями пытается вырваться из города. Должен признать, пока ему удается уходить от наших людей. Соединитесь с ним, скажите, в каком вы положении. Это все, что мне от вас нужно.

Мендоза отцепил свой коммуникатор и поднес к губам Ингрид. Она криво усмехнулась.

— Вы уверены, что я скажу то, что нужно?

— Не уверен, поэтому, — он щелкнул пальцами и в руке одного из близнецов появился пневмошприц.

Ингрид забилась в кресле.

— Что здесь происходит? — Томаса Йорка втолкнули в кабинет, и он, пролетев по инерции почти всю комнату, остановился у стола.

— Ваша руководительница слишком упряма, помогите уговорить ее и вы не пожалеете, — вкрадчивым голосом произнес Мендоза.

— Том, беги, — сплюнув кровь, крикнула Ингрид.

Йорк оглянулся. Сзади к нему подходил мужчина, который его привел, а за столом находились двое крепких подготовленных парней. Мендозу Том в расчет не брал. Он посмотрел на ноги; его привели сюда в тех шлепанцах, что были на нем в лаборатории при опыте с Седовым. Йорк медленно высвободил ногу, глянул назад и, провернувшись на стопе, ударил подходившего сзади охранника ногой в грудь. Пока тот летел к двери, Йорк уже прыгнул через стол. Близнецы, державшие Ингрид, дернулись, пневмошприц сработал, и струя жидкости ударила ее в вену под подбородком. Заорал в коммуникатор Мендоза. Ингрид, теряя сознание, увидела, как Том скользнул в центр кабинета и закружился в схватке с близнецами.