Одержимый

Джеймс Питер

60

 

– Боюсь, я не смогу позвать его к телефону. Он на обсуждении сценария и просил его не беспокоить.

– Это очень срочно, – сказал Майкл. – Мне нужно сказать ему всего несколько слов.

Голосом секретарши Трасслера можно было резать стекло, словно алмазом.

– Может быть, вы скажете мне, в чем дело? Возможно, в этом случае я смогла бы помочь вам.

«Да уж, смогла бы, – зло подумал Майкл. – Спроси своего босса, не похищал ли он Аманду Кэпстик?»

– Я по личному делу. Пожалуйста, сообщите ему, что я на линии. Меня зовут доктор Теннент.

Майкл надеялся, что его имя знакомо секретарше, но, судя по ее ответу, оно ей ровным счетом ни о чем не говорило. Она определенно не была ни читателем «Дейли мейл», ни слушателем «Ток-радио».

– Я сообщу о том, что вы звонили, после совещания, но оно продлится еще как минимум два часа.

Майкл посмотрел на часы. Ровно пять.

– Не могу поверить, что вы не можете передать ему записку.

– Мне жаль, но мистер Трасслер запретил его беспокоить по какому бы ни было поводу.

Она что, прикрывает его?

– Хорошо, я буду в офисе еще около часа. После этого можно звонить по мобильному. Я дам вам свои рабочий, мобильный и домашний номера. – Используя весь свой врачебный опыт, Майкл попытался вызвать в секретарше сострадание. – Пожалуйста, убедите своего босса связаться со мной сегодня же. Я психиатр. Это вопрос жизни и смерти. Он может обладать жизненно важной информацией.

Секретарша поколебалась, казалось, ее удалось смягчить, но она сказала:

– Не могли бы вы уточнить, что вы имеете в виду?

Майкл задумался. Аманда встречалась с Трасслером. Но даже в теперешних обстоятельствах он не мог обсуждать личные обстоятельства Аманды с кем попало.

– Простите, но это было бы нарушением конфиденциальности.

Секретарша почти сдалась:

– Давайте ваши номера, доктор Теннент. Я посмотрю, что смогу сделать.

Следующий час Майкл потратил на телефонные разговоры с матерью и сестрой Аманды и ее тремя ближайшими друзьями, чьи имена и телефоны дала Лулу. Он договорился встретиться со всеми ими завтра утром. Сначала он должен был приехать к ее матери в Брайтон в девять часов. По телефону добиться чего-либо от них было нельзя: если они прикрывали ее, то легко могли соврать, однако это не так-то просто сделать, глядя в глаза.

Брайан Трасслер не перезвонил. По тому, как Аманда отзывалась о нем, он отзванивал только тогда, когда ему светили деньги или секс.

Майкл решил навестить его. Немедля.

Около семи часов вечера Майкл, пробившись сквозь плотное движение на центральных улицах, отыскал Бедфорд-стрит, где находилась компания Трасслера, которая называлась «Меззанин продакшнз». Стоянка располагалась прямо напротив офисного здания, рядом с книжным магазином. Она была небольшая, но место для машины Майкла нашлось. Майкл резко затормозил, не проверив зеркало заднего вида, и его с негодующим воплем объехал велосипедист.

Он задом въехал на стояночное место и выключил двигатель, оставив работать вентилятор, чтобы воздух обдувал ему лицо, хотя он был почти таким же горячим, как и снаружи.

В щель между двумя припаркованными напротив машинами Майкл отлично видел входную дверь «Меззанин продакшнз». Снаружи здание выглядело вполне на уровне: матовые стекла, стильное сочетание дерева и штукатурки. Он набрал заблаговременно внесенный в записную книжку телефона номер. После нескольких звонков трубку подняла мисс Они-не-пройдут.

– Он все еще на совещании. Я передала ему ваше сообщение, – сказала она тоном, призванным лишить Майкла уверенности в том, что Трасслер ему когда-либо позвонит.

– Скажите ему, пожалуйста, что я теперь вне офиса и абсолютно доступен по мобильному телефону. – Чувствуя недостаток в аргументации, Майкл добавил: – Я не буду занимать линию. Вы ведь сказали ему, насколько это важно?

– Да, доктор Теннент.

«Таким голосом в самый раз отваживать слишком назойливого продавца пластиковых окон», – подумал Майкл. Он сбросил вызов. По крайней мере, выяснилось, что Брайан Трасслер все еще в конторе.

Майкл чувствовал себя разбитым, в голове у него шумело. Он набрал номер офиса Аманды в надежде, что Лулу все еще там. Он не ошибся.

– Лулу, вы, случайно, не знаете, какой у Брайана Трасслера автомобиль?

Мимо машины Майкла пробежал человек в джинсовых шортах и наушниках. У него было такое суровое выражение лица, будто он направлялся на битву.

– Ну, у него есть «порше», «бентли»… э… «ренджровер», мотоцикл «харлей-дэвидсон». Но два месяца назад у него за вождение в пьяном виде отобрали права. На три года – повторное правонарушение. Он едва сумел избежать тюремного заключения. – Затем, как бы по секрету, она сказала: – Думаю, об этом мало кто знает.

Майкл поблагодарил Лулу, повесил трубку и положил телефон рядом с «дипломатом» на пассажирское сиденье.

Был хороший вечер. Солнечный свет переливался теплыми мазками на тротуаре через дорогу. В кафе поблизости столики были выставлены на улицу, и все они были заняты. Еще дальше у дверей паба с кружками в руках толпились посетители.

Заметив движение за стеклянной дверью в здание «Меззанин продакшнз», Майкл устремил все свое внимание туда. Из здания вышли двое молодых мужчин. Один, в футболке и джинсах, нес под мышкой большую коробку для кинопленки. Другой, в яркой рубашке и лайкровых велосипедных шортах, закрыл дверь. Они несколько секунд постояли, разговаривая, затем разошлись. Мужчина в шортах, дойдя до фонарного столба, остановился и отцепил велосипед.

Майкл надеялся, что в здании один вход, которым пользовались офисные сотрудники. По крайней мере, раз Трасслер не имел права садиться за руль, он не поставил машину на заднем дворе, где за ней невозможно проследить.

Вид пьющих людей в кафе и возле паба напомнил Майклу, что и он сам хочет пить… и есть. За рабочий день он выпил стакан воды и чашку чаю и съел два бисквита, поданные Тельмой. Кроме этого и чашки кофе в участке в Хэмпстеде, он ничего не ел с самого утра, однако выходить сейчас из машины для перекуса нельзя – можно пропустить Трэсслера.

Не упуская из виду входную дверь, он вытащил из «дипломата» свой «Мак» и загрузил его. Затем подсоединил модемный кабель к мобильному телефону, вошел в Интернет и открыл веб-сайт компании «Меззанин продакшнз».

Страница загружалась бесконечно долго. Он уже начал думать, что зависла машина или прервалась связь, когда на экране появилось изображение. Он щелкнул мышью по иконке с подписью «Биография директора». После еще одной бесконечно долгой задержки на экране появилась цветная фотография Брайана Трасслера, а под ней – длинный список его телевизионных заслуг.

Несмотря на то, что Майкл помнил, как выглядит этот человек, он снова внимательно вгляделся в его лицо на фотографии. У Трасслера была запоминающаяся внешность – скорее всего, его нетрудно будет узнать. Коротко стриженные редеющие волосы с несколькими жалкими прядями через лысину. Черная рубашка без воротника, схваченная по вороту запонкой с драгоценным камнем. Самодовольный, с претензией на щеголеватость стареющий мошенник. Аманда, что ты в нем нашла?

Майкл понимал, что она никогда не сможет ответить на этот вопрос, потому что люди вообще редко понимают, какие силы тянут их друг к другу. Можно, конечно, строить более или менее правдоподобные догадки – например, что она нашла в нем образ отца, – но это все равно будет всего лишь одна деталь сложного целого.

Открылась дверь, и на улицу вышла женщина – каштановые волосы, уложенные в шикарную, но старомодную прическу, шелковый шарф, наброшенный на плечи, костюм, демонстрирующий отменный вкус его владелицы. Как раз такая женщина могла бы планировать жизнь Трасслера и тайно сохнуть по нему. Она бы отлично сумела отшить по телефону приставалу психиатра, но едва ли сумела бы найти настоящую любовь.

Женщина проверила, сработал ли автоматический замок на двери, затем поправила шарф и удалилась быстрым выверенным шагом.

Майкл отсоединил модемный кабель от мобильного телефона, выключил его, чтобы сбросить настройки, затем снова включил и набрал номер Трасслера. На этот раз трубку никто не поднял. Вместо этого, после шести звонков, включилась голосовая почта. Голос секретарши.

«Вы позвонили по телефону Брайана Трасслера. Пожалуйста, назовите свое имя и номер телефона, и мы вам перезвоним».

Майкл сбросил вызов. Итак, эта женщина почти наверняка была секретаршей. Означало ли это, что совещание окончилось, или у нее просто закончился рабочий день?

Он стал думать, что делать: попытаться войти в здание или продолжать наблюдать из машины. И тут дверь снова открылась. Из нее вышли трое мужчин и женщина. Один мужчина с «конским хвостом», другой бритый, третий с черными, блестящими, зализанными назад волосами. Женщина – на вид лет тридцати, безупречная красавица – придержала дверь для четвертого мужчины в костюме кремового цвета. Короткие редеющие волосы, несколько прядей поперек обширной плеши. Он что-то говорил с начальственным видом, размахивая руками.

Это был Брайан Трасслер.