Нат Анатоль. Хроника 8. Приключения Димки Петрова...

Приключения "хроника" Димки Петрова, абсолютно невероятные и совершенно недостоверные. Писаные им самим со страстным желанием осчастливить потомков своим знанием о былом…. Без дум! Факты голимые!

Глава 1. Переправа, переправа. Берег левый…

Огромное открытое водное пространство большой континентальной реки вызывало откровенную оторопь. За последние несколько лет жизни в дремучих лесах, Димон как-то уже привык к тому, что если он и встречался где с водой, то тут же рядом маячил и противоположный берег, буквально в двух, трёх шагах. Здесь же всё было иначе.

Противоположный берег тут конечно был, куда уж без него, но как-то непривычно далеко, словно его здесь и не было. И к тому же степь, или как это тут у них называлось, безлесье, что ли, когда по совершенно непонятной причине левый берег Великой реки был густо покрыт лесами, а на другом берегу, в той же самой климатической зоне, если и можно было встретить какое деревце, то лишь не выше двухметрового чахлого кустика. И на долгие, долгие вёрсты вглубь речной долины простирались там чудовищно огромные пространства заливных лугов.

Великолепные, богатейшие сенокосы, косить которые было тут некому. Некому и незачем. Потому как не жил здесь никто. А если и можно было здесь встретить кого, то лучше было бы обойти его дальней стороной. Так сказать, во избежание, потому как — целее будешь.

Это безлюдье прекраснейших и богатейших в прошлом земель — было совершенно необъяснимое и непонятное для Димона явление, на которое местные жители, впрочем, привычно не обращали никакого внимания, принимая как данность. Тем более что дальше, вглубь приречной равнины, местность постепенно повышалась и открытые приречные пространства лугов переходили постепенно в самую простую, привычную всем бедную лесостепь с тонким слоем чернозёмов с небольшими рощицами дубов и прочих лиственных деревьев. Хвойников тут не было и в помине.

Глава 2 Подземный завод

Однако, похоже выспаться этой ничем не примечательной ночью ему было уже не суждено. Разбудили ни свет, ни заря. Теперь уже свои.

Было то самое нелюбимое Димоном время, когда уже кончалась ночь, но рассвет ещё даже не начинался. Самый-самый предрассвет — время самой глухой ночи. Да ещё непонятно почему, но спать хотелось так, что Димон даже попытался схитрить, притворившись что он ещё не проснулся. Не помогло.

— Дмитрий Александрович, Дмитрий Александрович…

Чья-то жестокая рука безжалостно теребила плечо Димона, не давая тому снова провалиться в сладостный сон. Спать уже не хотелось, но какое-то непонятное упрямство не давало ему открыть глаза, словно назло кому-то. Надо было вставать, а он внутренне сопротивлялся безжалостно выдиравшей его из дебрей морфея руке.