Музей боевых искусств

Чернов Александр

Глава 29

 

Я решил не эксплуатировать более автомобиль Вещагина, да и его самого, так как чувство меры во всем должно быть, а потому, доехав с Витьком до города, мы с девушкой вылезли из автомобиля и пересели в такси. Несколько минут спустя были у моего дома. По-прежнему подозрительных лиц у дома не наблюдалось. Никто не входил и в квартиру, о чем свидетельствовали нетронутая дверь и замок. Когда мы с Дашкой оказались в квартире, я прикрыл дверь и стал искать среди разбросанных повсюду вещей рубашку, в которой я был в тот день, когда дрался с парнем, выдававшим себя за Джигу, в подъезде дома, расположенного у института гинекологии.

После нескольких минут поисков мне удалось ее отыскать в одном из углов квартиры. Как я и предполагал, выпавшая во время драки из кармана парня визитка, которую я подобрал, а позже сунул в карман рубашки, оказалась на месте. Счастье, что я ее забыл выкинуть. Я достал картонный прямоугольник и как следует рассмотрел его. Впрочем, особо разглядывать там было нечего. Как было витиевато написано: «Владимир Сергеевич Садовников — web-дизайнер. Студия «Сириус». Телефон раб. 781-22-48, моб. 89175195549, улица Спортивная, корпус 6, подъезд 2» — так и осталось. Но сейчас эти данные приобрели для меня важное значение.

— Ну, Дашка, — задержав дыхание, как человек, который собирается войти в холодную воду, произнес я. — Попробуем!

Я достал из кармана сотовый телефон, набрал на нем номер мобильного телефона этого самого Садовникова Владимира Сергеевича и нажал на кнопку вызова. Почти тотчас в телефоне раздался щелчок, и ужасно знакомый мне голос произнес:

— Алло?

— Владимир Сергеевич? — сказал я сдавленно, чтобы человек на том конце телефонной цепочки не опознал меня по голосу.

— Да, я слушаю! — тоном солидного человека отозвался Садовников.

— Вас потенциальный клиент беспокоит. — Я подмигнул тоже не на шутку разволновавшейся Дашке. — Одной крупной фирмы. Мы бы хотели сайт вашей студии заказать. Можно?

Владимир Сергеевич сразу взял деловой тон:

— Да, конечно. Мы можем вам не только сайт сделать, но и раскрутить его в Интернете. У нас есть для этой цели все необходимые ресурсы. Мы можем разработать сайт как по вашему проекту, так и по имеющимся у нас макетам. У нас есть превосходные разработки. Я уверен, они вас заинтересуют…

Я бесцеремонно остановил заученную для клиентов web-студии речь Садовникова.

— И не только они, — я говорил уже своим обычным голосом. — Меня также заинтересует смерть Оксаны Ветровой, Джига.

Парень, говоривший в трубку, поперхнулся. Он наверняка понял, с кем имеет дело. В следующее мгновение в трубке раздался щелчок и короткие гудки.

Я усмехнулся, отключил мобильник и положил его в карман.

— Это тот парень, который себя за Джигу выдавал, — сказал я Дашке. — Сомнений нет.

Девушка сидела на диване и с любопытством взирала на меня.

— И что теперь будем делать?

— Поедем, посмотрим в глаза этому лже-Джиге. — Я взглянул на визитку. — Вот и адрес офиса, где он работает, здесь есть.

Девушка поднялась с дивана и откинула за плечи рыжеватые волосы.

— Я согласна, но только давайте вначале перекусим. Есть хочется ужасно.

Я не смог удержаться от улыбки:

— Когда, бывает, я перепью, мне в рот не только кусок не лезет, а от одной мысли о еде выворачивает. А у тебя, я смотрю, аппетит есть.

На что Дашка невозмутимо ответила:

— Так отходняк отпускает понемногу. Вот и просыпается во мне голодный зверь.

Я подошел к лежавшему на боку холодильнику, открыл дверцу и заглянул внутрь. Свет в холодильной камере не горел, продукты, лежавшие в ней, пропали — чувствовался неприятный запах. Паштет с приятелями мало того что, глумясь над моими вещами, опрокинули мой старенький холодильник, так еще и шнур питания оборвали. Варвары.

— Ладно, по дороге где-нибудь пообедаем, — решил я и стал собирать пропавшие продукты в пакет.

Покинув квартиру, мы выбросили пакет в мусоропровод, спустились на первый этаж и вышли из подъезда.

У меня не оставалось денег не только на ресторан, а даже на кафе, поэтому Дашке, чтобы утолить голод, пришлось довольствоваться задымленной забегаловкой, где полным-полно было таких же, как она, поклонников зеленого змия. Наверное, зря я выбрал это заведение, обстановка которого могла спровоцировать девицу на новый запой. Но выбирать было не из чего, и я, оставив Дашку за столиком в компании двух бомжеватого вида мужиков, коротающих время за бутылкой вина, отправился к раздаточному окну.

Аппетит у Дашки с похмелья был завидный. Не до конца, видать, спилась девица. Конченые алкоголики обычно едят мало. Дашка же ела будь здоров. Но, надо отдать должное мужеству девушки, купить выпить она меня так и не попросила.

Искать web-студию, в которой работал Садовников, пришлось долго — улица Спортивная была малоизвестная в городе — сам впервые о такой слышал — и находилась в непрестижном районе города. Очевидно, клиенты web-студии, прежде чем ехать в нее, предварительно созванивались с сотрудниками «Сириуса», и те объясняли им, как до нее добраться. Мы же поехали наобум, а потому долго плутали, потратив на розыски не менее полутора часов.

А вот где находится нужный дом, я определил сразу — у одного из подъездов четырехэтажного мрачноватого здания старой постройки стояла толпа зевак, и небольшое пространство земли у дома было огорожено ленточкой. За нею находился сотрудник милиции. От предчувствия беды у меня заныло под ложечкой. Я почему-то не сомневался, что это и есть указанный в визитной карточке Садовникова корпус 6, подъезд 2. Так оно и оказалось.

Когда мы подходили к дому, полицейский громко обращался к стоявшим в скорбном молчании людям:

— Граждане! Вход и выход в подъезд пока запрещен. Сейчас прибудут оперативники и проведут с вами беседу. Те, кто может помочь следствию, не расходитесь! Остальные могут быть свободными.

«Свободными» никто быть не желал. Толпа человек в тридцать как стояла, так и не шелохнулась. Переглянувшись, мы с Дашкой приблизились к подъезду и смешались с любопытными. С расспросами ни к кому не приставали, сами прислушивались к тому, что говорили люди.

То тут, то там судачили соседи. Какая-то старая женщина, одетая в домашний халат, рассказывала обступившим ее нескольким людям:

— …Ой, вы знаете, в этой конторе черт знает что творится. Молодежь, одним словом. И выпивают, и девок таскают, бог весть чем там занимаются. Да, вот так вот… Я как раз над их офисом живу, мне все слышно. Они-то, сотрудники енти, видать, деньжищи кому-то крупные задолжали. Вот бандюки по их душу и понаехали сегодня. Устроили там перестрелку, нескольких работничков положили. Кровищи-то, кровищи!..

Стоявший неподалеку от компании интеллигентного вида парень в костюме и в оптических очках слушал старуху с сердитым выражением лица. Наконец он не выдержал и с нотками возмущения в голосе заговорил:

— Ну, что вы здесь сплетни распускаете?! Никто в студии не пьет и никаких девок туда не таскает. Я сам в этой студии работаю и прекрасно знаю, чем в ней занимаются. — Обступавшие старуху люди разом переключили внимание на парня, сплетница пристыженно замолчала, а он продолжал: — Так что не нужно нам делать антирекламу. Мы деловые люди, а не пьяницы и развратники. И деньги мы никому не задолжали, и перестрелки никакой не было. А убили одного человека — Володьку Садовникова, и то не в студии. Я как раз в ней был, когда парню на мобильник кто-то позвонил. Он сказал «сейчас подойду», встал из-за компа и вышел в подъезд. Тут и прозвучал выстрел. Когда мы выскочили в подъезд, Володька уже мертвый на полу лежал, а убийцы и след простыл. Я в магазин за сигаретами бегал, а теперь меня в студию не пускают…

Парень говорил еще что-то, но я его уже не слушал. То, что мне было нужно, я уже узнал. И сведения эти были, увы, весьма безрадостные. Я отошел от старухи, интеллигентного парня и окружавших их людей. Вместе со мной отошла от той же компании и Дашка. Вид у нее был испуганный. Заниматься со мной расследованием убийства Оксаны становилось опасно.

Делать возле дома было нечего. Мы с Дашкой собрались уж было уйти, но тут к зданию подъехала полицейская машина, и мы ненадолго задержались. Из микроавтобуса выгрузилась оперативно-следственная группа, в которой присутствовал и кинолог с собакой. Кто знает, может, пес выйдет по следу на убийцу. Хотя вряд ли. Тот наверняка уже на каком-нибудь транспорте укатил.

Когда человек в форме капитана полиции поднялся по двум ступенькам подъезда и отворил дверь, на мгновение взорам всех присутствующих у дома открылось темное нутро подъезда. В нем на полу в луже крови лежал молодой человек с рельефной мускулатурой. Его красивое лицо с остекленевшими глазами и царапиной на щеке было повернуто в сторону выхода. В следующее мгновение остальные члены оперативно-следственной группы загородили собою дверной проем.

— Он? — дотронувшись до моей руки, спросила Дашка.

Я понял, о чем говорит девушка, и кивнул:

— Тот самый, что Джигой назывался… Пошли отсюда.

Мы выбрались из толпы и направились к автобусной остановке.

— И что все это значит? — удрученно спросила Дашка.

Я взял девушку под руку, так как почувствовал такую усталость, что просто еле волочил ноги.

— Это значит, что мы опоздали. Приехали бы минут на сорок раньше, и парень был бы жив. По-видимому, кто-то узнал, что мы вышли на лже-Джигу, и этот кто-то очень не хотел, чтобы он заговорил.

— Это я виновата! — с горечью сказала Дашка. — Если бы я не захотела есть и вы бы не отвели меня в столовку, то мы как раз и приехали бы на эти сорок минут раньше.

Я вздохнул — нет, не Дашке, а мне придется держать ответ на Страшном суде за смерть парня.

— Да нет, скорее всего, я виноват. Не нужно было звонить Садовникову на мобильник, а следовало сразу приехать в web-студию. Вспугнули мы кое-кого… — Успокаивая, я обнял девушку за широкие плечи и прижал к себе, хотя на душе у меня было так муторно, что впору было, чтобы меня самого успокаивали. — Ладно! Я, кажется, догадываюсь, кто воду мутит. Поехали, будем брать акулу за жабры.

И мы с Дашкой прибавили шаг.