Музей боевых искусств

Чернов Александр

Глава 14

 

Пробравшись через свалку, которая, оказывается, находилась за забором дома Оксаны, я быстрее ветра помчался к центральной дороге. Нужно было как можно быстрее сматываться от опасного места, и я остановил такси. Ничего лучшего, как поехать на работу, я не придумал.

«Помогал я людям в свое время выкрутиться из сложных ситуаций, в том числе и криминальных; что уж, себе, когда нужно, не помогу? Не найду преступника? Да запросто, — размышлял я, сидя в машине. — Нужно только успокоиться, сосредоточиться, как следует подумать, а там, глядишь, и зацепка какая отыщется, благодаря которой можно будет выйти на след убийцы. А в полицию я всегда сдаться успею. У трупа меня никто не видел — в лицо, во всяком случае, — так что если припрут к стенке, сознаюсь, будто действительно у Оксаны дома был, но вечером ушел, и кто ее позже убил, понятия не имею. Хотя можно сказать, что ночевал у девушки. Вроде тот факт, что я провел в ее доме ночь, говорит в мою пользу. Не может же нормальный человек, убив жертву, завалиться в ее доме спать? Хотя убийцы вряд бывают нормальными людьми… А если еще докажут, что я пьяный был, то вообще хана — станут утверждать, что убил и ни черта не помню… В общем, пока не вполне ясно, что лучше говорить, если в полицию загребут. Ладно, время покажет».

Я выскочил из машины, немного не доехав до стадиона. Не нужно, чтобы таксист знал, где я работаю. Это на тот случай, если вдруг опера на его след выйдут, чтобы он их прямиком к порогу моего спортзала не привез.

Учитывая, что встал я рано, не потратил время на бритье и завтрак, да еще приехал на работу на такси, то, понятно, заявился я в спортзал намного раньше, чем следовало бы. Умылся в душе, переоделся, глянул в зеркало. Вид вроде не очень испуганный; еще бы я побрит был, так вообще смотрелся бы как огурчик. Надо станок на работу купить — для таких вот, как сегодня, непредвиденных случаев — и здесь бриться. Да еще сухой паек принести, чтобы в случае необходимости позавтракать можно было… Хотя есть я не хотел. Воспоминание о мертвой Оксане начисто отбивало аппетит.

Вот теперь-то, когда опасность быть пойманным на месте преступления миновала, при воспоминании о девушке сердце стала сжимать жалость, начало угнетать чувство вины. «Не уберег девку, а возможно, еще и сгубил, — думал я, сидя на гимнастической скамейке в пустом зале. — Кто знает, не стала ли причиной ее смерти наша связь… Может быть, если бы Оксана не встречалась со мной, то осталась бы жива? А я еще, подлец такой, заставил ее сделать аборт… Она так хотела иметь от меня ребенка!». Подобные мысли здорово давили на психику, мешали сконцентрироваться, поэтому я, собрав в кулак волю, гнал их от себя. Мне было над чем подумать, а казнить себя можно и позже.

К концу рабочего дня у меня уже было представление о том, что же все-таки произошло в доме девушки. А произошло, на мой взгляд, следующее. Очевидно, Оксане позвонил кто-то из ее женихов — Паша или Джон — и предложил встретиться. Девушка отказалась по двум причинам — во-первых, была со мной, а во-вторых, неважно себя чувствовала после посещения известного заведения. Возможно, была и третья причина, из-за которой она не захотела встретиться со звонившим ей типом, — просто не желала его видеть. Но человек все же приехал к Оксане домой, именно он вчера вечером звонил в ее дверь, и именно к нему выходила за калитку девушка. По-видимому, она дала ему от ворот поворот. Но человек не ушел. Побродив по окрестностям частного сектора и, возможно, накачав себя спиртным в каком-нибудь баре в районе гостиницы «Космос», он вновь вернулся к дому девушки. Мы тогда как раз укладывались в постель. Оксана отправилась к воротам, а я уснул и потому не слышал, что же произошло. Девушка в комнату больше не возвращалась и соответственно рядом со мной не спала. Теперь я отчетливо помню, что утром, когда я проснулся, постель рядом со мной была не смята. Человек этот, по-видимому, повздорил с Оксаной. Он ударил ее чем-то тяжелым по голове, а когда она потеряла сознание, оттащил в кладовку. Там, бросив Оксану на пол, он выстрелил ей из пистолета в затылок. Отсутствие следов крови во дворе и большое ее количество в кладовке как раз и свидетельствуют о том, что человек убил девушку именно в кладовке, а не в каком-либо ином месте. Этот факт, по-видимому, имеет в действиях преступника какое-то существенное значение, но вот какое, я пока понять никак не мог. А мотив преступления, очевидно, — ревность. Отелло, видать, этот Джон или Паша. «Черт возьми, ведь он и меня под горячую руку мог грохнуть! — от этой мысли меня передернуло. — Что ему стоило пройтись по комнатам, обнаружить меня в спальне и пустить спящему пулю в лоб. Выходит, что я еще счастливо отделался».

Я укорил себя за то, что вчера, перед тем как взяться за мытье посуды, не проявил любопытства, не открыл окно веранды и не подслушал, кто приходил к Оксане и о чем говорил с ней. Возможно, сегодня бы я уже знал имя убийцы. Был еще один способ узнать его имя — заглянуть в память мобильного телефона Оксаны. Наверняка в нем сохранился номер звонившего ей вчера вечером человека. Интересно, мобильник Оксаны до сих пор лежит в закутке у бани в щели между шифером и брусом? Но, увы, о том, чтобы вернуться в дом Оксаны и посмотреть, на месте ли телефон, пока не могло быть и речи.

Итак, остановимся пока на двух подозреваемых и начнем их вычислять, а потом и выводить на чистую воду.