Менты не ангелы но...

В обычном райотделе внутренних дел идет повседневная работа. Но если заглянуть за двери кабинетов и вникнуть в суть деятельности следователей, сотрудников уголовного розыска, участковых, то откроется совершенно удивительная и пугающая картина. Милицией в обществе недовольны, милиционеров ругают гораздо чаще, чем хвалят, но почему они такие, какие есть? И изменится ли что-нибудь после того, как милиция станет полицией? Ответы на это вопросы можно получить, прочтя эту острую, написанную со знанием дела книгу.

Глава 1 Уголовный розыск. Самойлин

— Ну что, Самойлин, готов к боям за социалистическую законность? — густым голосом пробасил майор Веселов. Лицо его, как обычно, было бордовым от высокого жизненного тонуса и буйства сил в могучем организме. Потертый китель с трудом сходился на уже заметном животе. Впрочем, сам майор избегал слова «живот», называя его нижней частью груди. — Готов, — ответил вчерашний курсант и почему-то вздохнул. — Только теперь социалистической-то вроде нету… — А ее и никакой нету, — хохотнул майор. — И мы за это не отвечаем. Ведь что такое есть милиция? Это орган государства. Какое государство, такая и законность. А орган — он знай, свое дело делает. Вот и ты делай свое дело. Приказы начальников исполняй, людей зря не обижай, свою жопу не подставляй. Вспоминай советы курсового! Ты ведь в Центральный райотдел распределен? — Ну да, вроде так, — кивнул молодой лейтенант, не привыкший еще ни к званию, ни к погонам, ни к тому, что отныне его судьбу будут определять не курсовой офицер и преподаватели, а совсем другие, незнакомые пока люди — практические работники, как называли их в институте. Один отрезок жизни заканчивался, другой начинался. Переступить через разделяющий их порог предстояло уже сегодня.

С плаца доносилась бравурная музыка военного оркестра, разноголосый шум, смех и радостные выкрики. Празднично наряженная толпа родителей бурлила, размывалась воронками, распадалась на части, чтобы тут же сконцентрироваться в новом месте. Женщина-дагестанка с платком на голове, в длинном цветастом платье и похожих на калоши туфлях стояла в сторонке и казалась пришелицей из далекого и чуждого мира. И то, что происходило вокруг, наверняка казалось ей чуждым и необычным. Но она не проявляла любопытства, не вертела головой по сторонам, а смотрела только на Ахмеда Бузуркаева — в летней парадной форме с новенькими лейтенантскими погонами. СЫН ВЫУЧИЛСЯ НА МИЛИЦИОНЕРА, И НЕ ПРОСТОГО, А СРАЗУ НА ЛЕЙТЕНАНТА! Это очень большое событие для нее, для семьи, для всего рода. Теперь и многочисленные родственники, и односельчане, да и все жители высокогорного Гунибского района поймут, какой у Патимат замечательный сын! У кривого Омара, правда, сыновья давно служат в Махачкале: один в тюрьме, второй на базаре, но они всего-навсего сержанты. А у сыночка на плечах золотые офицерские звезды, и если начальник милиции не обманет, его возьмут сразу следователем! Но Осман Керимович обмануть не должен, он сын тетушки Мисиду, жены дяди Патимат — близкий родственник, даже без денег все должен сделать… Теперь, хвала Аллаху, род Бузуркаевых наберет силу… Милиционеров на Кавказе всегда уважали, и жили они небедно, только теперь непонятно, что творится — нападают на них, дома взрывают, машины обстреливают… Ахмед стоит в двух шагах, с горской сдержанностью, на мать не смотрит, но понимает, о чем она думает. Выучился он с трудом, на «тройках» выехал, но теперь это не важно: в горах вкладыш дипломный не разглядывают, смотрят на погоны, на кабинетную табличку, на дом, на автомобиль… Плохо только — оперативная обстановка сложная: убивают милиционеров, специально охотятся, дома сжигают… Лучше бы, конечно, в Тиходонске остаться, но хороший сын ни мать, ни родственников забывать не должен, надо ехать на родину, а если убьют — так на все воля Аллаха…

Щелкали фотоаппараты, бесшумно стрекотали кинокамеры, запечатлевая навеки бестолковую радость выпуска. Детишки собирали с бетона мелочь: каждый выпускник, проходя в строю мимо трибуны, подбрасывал вверх на счастье монетку. Серебряные и золотые кружки, сверкая на ярком солнце, взлетали над «коробкой» взвода и осыпались на молодых лейтенантов, как бы благословляя их на новую — счастливую и богатую жизнь… Ритуал этот неофициальный и, вроде бы, даже запрещенный, но не настолько строго, чтобы его не исполняли поколение за поколением выпускников.

Вадим невольно взглянул в окно. Сейчас основная жизнь шла там.

— Я, собственно, попрощаться зашел, Васильич. Высказать… Ну, короче, спасибо за все…

Глава 2 Следствие. Шабанов

Он вынырнул из тяжелого забытья от резкой тряски и раздраженного, визгливого голоса Светланы:

— Да вставай ты, пьянь, я уже устала тебя будить, руки отваливаются. На работу опоздаешь! Поднимайся, кому сказала!

Голову стягивал тяжелый чугунный обруч, во рту словно кошки нагадили, глаза не хотели открываться. Какого черта она привязалась? Он только лег. Почему не дает поспать до утра?

— Сколько время? — хриплым, недовольным голосом спросил он. — Чего ты так расшумелась?

— Без десяти восемь, вот сколько! У тебя час остался!