Козырь в рукаве

Алешина Светлана

Глава 9

 

Через несколько минут мы подъехали к дому. Под любопытные взгляды и перешептывание бабушек на скамейке разбудили Иринку, выгрузили Ромку. Его немного укачало и, отягощенный непривычной дозой алкоголя, все свои усилия он направил на сохранение равновесия и содержимого своего желудка. Иринки он больше не домогался, а целеустремленно продвигался к подъезду, мрачно сверкая на окружающих здоровым глазом. Я взяла Фимку из рук девушки, которая едва волочила ноги. Виктор бережно поддерживал ее за талию. Вездесущие бабушки, немедленно замолчав, проводили нашу колоритную компанию понимающими взглядами.

Подъем на третий этаж занял у нас значительное время, Иринка при этом совершенно выбилась из сил, а Ромка все норовил или отстать, или позвонить в какую-нибудь дверь.

Когда мы наконец вошли в квартиру, я чувствовала себя так, словно из меня сделали отбивную, поджарили и съели без гарнира.

Ромка немедленно устроился в кресле, пробормотал извинения и тут же отрубился. Я помогла Иринке раздеться и лечь в постель. Фимка все это время крутился у меня под ногами, нетерпеливо ожидая своей очереди. Я еще только развернулась, чтобы выйти из комнаты, а он уже помчался галопом на кухню и замер около миски в позе сфинкса.

– Может, у него червячок внутри сидит? – высказала я предположение.

– Зверь растет, – отозвался Виктор. Он накручивал диск телефона.

Я вынула из холодильника рыбу, отбиваясь от орущего Фимки, положила ее под струю воды, чтобы та побыстрее разморозилась.

– Виктор, – сказал Витя в трубку и бросил на меня недоуменный взгляд.

Я взяла у него трубку.

– Марина?

Действительно, было чему удивиться. Маринка, вопреки обыкновению, на этот раз обошлась без бурных претензий или шумного выражения восторга.

– Все в порядке? – сдержанно спросила она.

– В полном. Ромка с нами. А у вас?

Сзади раздался грохот. Чудовище добралось до рыбы, скинуло свою добычу на пол и принялось за трапезу. Я устало махнула рукой, только воду выключила.

– Сложно сказать… – Маринкин голос был непривычно спокоен, слишком спокоен. – Вам лучше немедленно сюда приехать. Сможете?

– Мариночка, что случилось?

На другом конце провода послышались короткие гудки. Я покрутила в руках трубку, положила ее на место.

– Что?

– Трубку бросила… – я пожала плечами. – Представь себе Маринку, которая по собственной инициативе прерывает телефонный разговор. Добровольно. И никаких вопросов не задает.

Мы переглянулись и бросились к выходу. Надевая куртку, я зашла в комнату. Иринка уже спала.

Я протянула Виктору ключи.

– Заведешь пока машину? Я скоро.

Блокнот я нашла там, где ему и следовало быть, – на полу. Недалеко от него валялся огрызок карандаша со следами Фимкиных зубов. Я быстро нацарапала записку, положила ее рядом с Иринкой на тот случай, если она проснется. Мне не хотелось, чтобы она впала в панику, не обнаружив в квартире никого, кроме начинающего алкоголика. Ромка тихонько посвистывал носом, время от времени бормоча во сне что-то воинственное.

Я выскочила из подъезда. Бабушки свой пост еще не покинули и, пока я дошла до машины, успели просверлить во мне своими взглядами несколько дырок.

До редакции мы добрались в считанные минуты. Здание выглядело как обычно, большинство окон было освещено. Мы взлетели по лестнице. Около двери Виктор приложил палец к губам. Я молча кивнула, прислонилась к стене, стараясь дышать потише. По другую сторону двери слышались голоса, но слов было не разобрать. Мне показалось, что один из голосов принадлежал Маринке.

Виктор осторожно потянул ручку. Открыто. Он резко распахнул дверь и влетел в приемную, голоса смолкли. Я заглянула внутрь.

Сергей Иванович спокойно сидел за столом и что-то строчил. Увидев нас, он встал.

– Счастлив, Ольга Юрьевна, что все обошлось. Вы в порядке? Привет, Вить.

Я растерянно кивнула.

– Да, спасибо. А где Марина?

– Здесь я, – донесся голос из моего кабинета. – Да не крутитесь вы!

Я вопросительно посмотрела на Кряжимского. Он скривился, потер припухшую скулу, махнул головой на открытую дверь кабинета.

– Сами увидите.

Виктор уже заходил внутрь, я поспешила следом. В углу кабинета на стуле сидел незнакомый мужчина, одежда его была в нескольких местах разорвана, в пятнах грязи и крови. Над головой странного посетителя склонилась Маринка с пластырем и перевязочным пакетом в руках. Она оглянулась на нас, но от своего занятия не оторвалась.

– Пожалуйста, – пробурчала она незнакомцу, – главный редактор газеты, Бойкова Ольга Юрьевна. Собственной персоной, как и заказывали. Оленька, я так рада тебя видеть, – неожиданно всхлипнула она и снова повернулась к мужчине. – Сидите спокойно, немного осталось.

Незнакомец отодвинул ее в сторону, посмотрел на нас тяжелым взглядом.

– Я требую немедленных объяснений!

– Он требует, – развела руками Маринка.

Виктор шагнул поближе к человеку на стуле.

– Расслабься, Вить, все в порядке, – Маринка бросила окровавленный кусок марли на поднос.

– Ничего себе, в порядке, – я похлопала глазами, – вы, собственно, кто?

– Коротков Андрей Николаевич, – мужчина склонил голову в приветствии и вздрогнул.

– Ой, извините, – Маринка приклеила пластырь, покосилась на нас, – Коротков он.

– Понятно, – я достала сигарету. – То есть ничего не понятно, что произошло?

– Я тебе скажу, что произошло. – Маринка положила на поднос ножницы, туда же полетели остатки пластыря. – Вломился сюда весь в крови, глаза бешеные, как ему в таком виде по городу разгуливать позволили, не знаю…

– У меня есть весомые аргументы, – пробурчал Коротков. – Деньги…

– Ну да, – покивала Маринка, – все продаем, все покупаем, назовите цену.

– К счастью, не все, – Коротков мотнул головой, болезненно поморщился.

– Ах, конечно, есть еще истинные ценности, – съехидничала Маринка. – Вломился он, значит, съездил по мо… по лицу Сергею Ивановичу…

– Я не в обиде, – подал голос Кряжимский, – я же понимаю.

– Ни черта вы не понимаете, – взорвался Коротков и тише добавил: – Я был немного не в себе.

– Это уж точно, – подтвердила Маринка.

Я принюхалась.

– Вы пили!

– Это я его заставила, – вступилась Маринка, – исключительно в целях профилактики, нервы, так сказать, успокоить.

Я села в кресло:

– Дальше!

– А что дальше? Припер меня к стенке, стал требовать Ирку. А где я ему ее возьму? Меня он слушать не захотел, пригрозил, если в ближайшие полчаса ему ничего не объяснят, он разнесет вдребезги сначала редакцию, а потом весь город. Террорист! – Маринка с возмущением откинула прядь волос. – Тут, к счастью, вы позвонили. Насилу уговорила его принять успокоительное и перевязку сделать. И никакой благодарности, подумать только!

– Спасибо, – пробурчал Коротков.

– То-то же, умник! – Маринка фыркнула. – Пойду, кофе сделаю.

Коротков покосился на Виктора, посмотрел на меня измученным взглядом.

– Где Ирина?

– С девочкой все в порядке, – успокоила я его, – она у меня дома. Спит.

– Спит?!

– Да, она очень устала, – я решила пока не вдаваться в подробности.

Коротков посмотрел на меня с сомнением.

– Я хочу немедленно ее увидеть.

– Успеете. Ее все равно сейчас будить не стоит. Кофе выпьем и поедем.

Я и сама была не прочь вздремнуть. В глаза будто песка насыпали. Виктор, окончательно удостоверившись, что Коротков не опасен, наконец устроился в кресле. Маринка принесла кофе, убрала со стола поднос с бинтами.

– Сергей Иванович, присоединяйтесь к нам!

Кряжимский не заставил себя ждать, но на всякий случай сел подальше от Короткова.

Тот обвел взглядом собравшихся.

– Это все ваши сотрудники?

– Нет, конечно, далеко не все. Но это основной, скажем так, костяк.

– Без одной косточки, – хмыкнула Маринка, – Ромки не хватает.

– Это кто? – Коротков посмотрел на нас с подозрением. – И где он?

Я собралась было рассказать хохму с Ромкой в главной роли, но прикусила язык. Кто его знает, может, Иркин друг жуткий ревнивец, а она в этот момент одна с Ромкой в квартире. Кстати, оба спят. Лично я собиралась несколько ближайших минут посвятить чашечке кофе.

– Студент, подрабатывает у нас, – ограничилась я лаконичным ответом. – А что?

Коротков сделал глоток кофе, потрогал затылок.

– Пообщался я тут с одним вашим «сотрудником».

– О чем это вы?

– Помните наш вчерашний разговор?

– Разумеется. Вы звонили из аэропорта, рейс отложили.

– Отменили, – уточнил Коротков. – Я всю ночь в Домодедове проболтался, вылететь удалось только под утро. А когда прилетел в Тарасов, оказалось, что меня встречают. Подошел ко мне такой здоровый, вроде него, – Коротков кивнул на Витю.

– Виктор, – подсказала я, – а это Сергей Иванович.

Кряжимский привстал.

– Очень приятно, – рука его непроизвольно потянулась к скуле.

– А с Мариной вы, вероятно, уже познакомились. А как он выглядел, этот человек в аэропорту?

– Я говорю, здоровый такой, коротко стриженный, на вишневой «девятке» приехал. Знаете его?

– Знакомое описание, – я кивнула, – только он из другой организации.

– Он представился сотрудником газеты, сказал, что вы прислали его, чтобы он меня встретил и отвез к Ирине.

– И вы поверили? А каким образом я узнала, что вы прилетаете, он вам не сказал?

– Сказал. От Ирины.

– Вот как?

– Видите ли, когда нам объявили, каким рейсом мы вылетаем, было уже поздно, я вас беспокоить на стал, но позвонил домой. Трубку по-прежнему никто не взял, но на всякий случай я наговорил на автоответчик номер рейса и время прибытия.

– Понятно, – пробормотала я. – Помните, я вчера про типа упоминала, который у Андрея в квартире с фонариком шарил? Он, вероятно, прослушал сообщения на автоответчике, и ребята решили подстраховаться. И под описание он подходит. Во всяком случае, ездит он на «девятке».

Коротков удивился:

– Кому это понадобилось в мою квартиру забираться? Я никому ничего не должен. Кстати, на двери очень хитрый замок стоит, его отмычкой не вскроешь. Вы уверены, что ничего не путаете?

Как раз с замком проблем не должно было быть, отметила я про себя. Достаточно было у Иринки ключи взять. Очевидно, они сообразили, что Коротков сразу же бросится на поиски девушки, и решили выиграть время.

– А кроме номера рейса, вы еще какие-нибудь сообщения оставляли?

Андрей кивнул.

– Несколько. Каждый раз, когда я звонил, я говорил, что очень волнуюсь, что собираюсь приехать, ну и так далее. Но я теперь совсем ничего не понимаю. Объясните мне наконец, что тут происходит!

– Чуть позже, если не возражаете. Это длинная история. А пока расскажите лучше, что же случилось дальше. Мы вас потеряли.

– Естественно, я сел в машину. А так как не спал всю ночь, немного задремал. Точнее сказать, крепко уснул. Потому что, когда проснулся, машина стояла в пригороде около какого-то дома. Мне показалось, что дом нежилой, я очень удивился. И это была последняя мысль, которая пришла мне в голову. – Он опять потрогал повязку. – Когда я пришел в себя, вокруг было совершенно темно. Тогда впервые в жизни я пожалел, что не курю, спичек у меня, разумеется, не было. Голова жутко трещала, я с трудом вспомнил, что произошло, пока я был еще в сознании. Сначала я подумал, что темно, потому что уже ночь. Я попытался встать, но не смог, потолок был слишком низкий. Я протянул руку, нащупал земляную стену. До противоположной стены было не более трех метров.

– Ой, мама, – Маринкины глаза округлились. – Ребята, я бы там чокнулась!

Коротков поежился.

– Честно говоря, я сам запаниковал. Пока не сообразил, что нахожусь в погребе. Где еще можно закрыть человека в нежилом доме? Кое-как я нащупал люк. К счастью, никакого запора на нем не было, сверху его просто придавили старым столом. Когда я выбрался из дома, день был уже в самом разгаре. Часа два мне пришлось топать к дороге. Я вышел на трассу, еще несколько минут ушло на то, чтобы поймать машину. Никто не хотел останавливаться, и я их понимаю, – Андрей посмотрел на свою одежду, усмехнулся. – Из первого же телефона-автомата я позвонил домой. Там все так же никого не было. Тогда я позвонил к вам в редакцию. – Он развел руками. – Вот, собственно, и вся история.

– Да, вы тоже не скучали, как я погляжу. Теперь, по крайней мере, многое прояснилось. – Я поднялась. – Поехали. Марина, ты с нами?

– Конечно! Больше я ничего пропустить не намерена! – Маринка вскочила, одним махом сдвинула чашки в угол, подхватила пальто и сумочку. – Я готова! Долго вас еще ждать прикажете?

– Андрей, а где ваши вещи? – вспомнила я.

– Не знаю, – он пожал плечами, – может, в «девятке» остались. Да черт с ними.

– Ну, не в таком же виде вам к Иринке ехать.

– Действительно, – пробормотал Коротков, критически оглядывая разорванный рукав, – думаю, мне стоит заехать домой переодеться.

Сергей Иванович любезно вызвался навести порядок в кабинете и запереть двери. Оставив его в редакции, мы направились к дому Короткова. Ждать его пришлось недолго. Минут через пятнадцать он уже спустился в чистой одежде и свежевыбритый.

Маринка увидела его преображенную фигуру, со вздохом произнесла:

– Надо же, кто бы мог подумать, что Ирка себе такого мужика отхватит! Везет некоторым.

– Завидуешь? – я толкнула ее в бок. – Ты же говорила, все мужики – сволочи.

– Андрей, здорово!

Стройный молодой человек пожал Короткову руку, заторопился к новенькому джипу.

– Ну, положим, не все… – Маринка проводила красавца взглядом. – И потом, я говорила это вчера.

– Шею свернешь, – засмеялась я.

Коротков сел в машину.

– Я готов. Только цветов по дороге купим. Вон там за углом ларек стоит.

– Андрюша, – Маринка придвинулась к нему поближе, – а с кем это вы сейчас поздоровались?

– Это? – Коротков кивнул на джип. – Сосед мой, в роддом спешит.

– А-а, – разочарованно протянула Маринка. – Ничего машина. И кто у него?

– Что-что?

– Я спрашиваю, кто у него, мальчик, девочка?

– Да нет, работает он там, – улыбнулся Коротков. – На данный момент он снова не женат.

– Да что вы говорите! – Маринка облизнула губы, глаза ее опять загорелись.

Я расхохоталась.

– Девушка, тебе в роддом пока еще рановато.

– Смотря зачем, – задумчиво отозвалась Маринка. – Так как, вы говорите, его зовут?

Мы остановились около цветочного киоска, Коротков вышел и вернулся с букетом роз.

– Прекрасные цветы, – проронила Маринка.

– Я рад, что вам нравятся!

Андрей выбрал розу, вручил ей.

– Это вам. Вы лучшая сестра милосердия, с которой я когда-либо сталкивался.

Маринка расплылась в счастливой улыбке. Следующий цветок Коротков протянул мне.

– А это вам, Ольга. Не сомневаюсь, что вы хороший главный редактор, но друг вы, без сомнения, замечательный!

– Тронута, – растроганно ответила я.

В квартире значительных изменений не произошло. Все присутствующие сладко спали, даже неугомонный Фимка дремал у Иринки в ногах. Ромка сполз с кресла и посапывал, свернувшись калачиком на ковре.

Я предупредила Маринку, что юноша не совсем в форме, но такое увидеть она явно не ожидала.

– Во дает, студент! А все тихоней прикидывался!

Я подложила Ромке под голову подушку, он тут же ее обнял и пробормотал что-то ласковое.

– Не наезжай на парня, – предупредила я, – видишь, как его отделали.

Коротков мялся в дверях, не отрывая взгляда от спящей Иринки. Мы тактично удалились на кухню, взялись за приготовление легкого ужина. Виктор толстыми неровными ломтями нарезал хлеб. Увидев это безобразие, я отобрала у него нож, взамен вручила разбитый будильник.

– Займись лучше делом. Инструменты на подоконнике.

Часть наших приключений я успела поведать Маринке еще около дома Короткова, а сейчас живописно рассказывала дальше, стараясь не прислушиваться к доносящемуся из комнаты воркованию влюбленных. Ромку мы решили пока не будить. Я оглядела стол, крикнула:

– Ужин подан, господа!

На пороге кухни появилась Иринка, пряча в розах счастливое лицо. Рядом вприпрыжку скакал Фимка. Хлопнула входная дверь.

– А где Андрей? – удивилась я.

– Андрюша сейчас придет, – она лукаво улыбнулась. – Я такая счастливая!

Коротков вернулся минут через пять, нагруженный шампанским и коробками конфет. Народ оживленно зашумел.

– Прошу слова! – Коротков поднял бокал. – Спасибо вам всем, я рад, что у Ирочки такие друзья. И, – он положил руку Иринке на плечо, – мы хотим всех вас пригласить на нашу свадьбу!

Мы зааплодировали.

– О дне бракосочетания будет сообщено дополнительно, – добавил Андрей, – осталось только квартиру купить.

Все засмеялись. Я подождала, пока бокалы вновь наполнятся, и сообщила:

– У меня для вас тоже есть новость. Ирочка, стажер, конечно, получает немного, но на первых порах, я думаю, ты вполне могла бы совмещать работу в кафе и в газете.

Иринка взвизгнула от восторга.

– Зачем же совмещать, – проворчал Коротков. – А муж на что? Я, между прочим, неплохо зарабатываю.

Всеобщий шум перекрыло обиженное «мяу!». Я оглянулась на котенка.

– Ну, конечно, тебя без внимания оставили.

Фимка запрыгнул к Иринке на колени, она погладила его, умоляюще посмотрела на Андрея. Тот кивнул.

– Можно? – девушка посмотрела на меня.

– Забирайте, – я великодушно махнула рукой. – Конечно, я буду скучать без этой маленькой бестии…

Фимка чихнул.

Через полчаса в дверь позвонили. Виктор встал.

– Я открою. Это капитан.

– Ого, вся компания в сборе, – Бородин вынул из пакета бутылку шампанского. – Я не оригинален.

Из-за его спины выглянул Ромка.

– Всем добрый вечер, – смущенно пробормотал он.

– О, студент проснулся! – Маринка подняла бокал. – Шампанское будешь?

Ромка позеленел, икнул и скрылся в ванной.

Спустя некоторое время народ начал расходиться. Бородин задержался на пороге.

– Афанасьев исчез, – предупредил он. – Мы съездили по адресу, куда его директор отправил. Там два трупа, оружие не найдено. Я думаю, Афанасьева хотели подставить, но ему каким-то образом удалось смыться. Может, кому-нибудь из нас лучше остаться с вами?

Ну разве так делают предложение женщине! То есть я еще и поуговаривать должна! Я отрицательно покачала головой.

– Не думаю, чтобы он сюда сунулся. Не волнуйтесь, Олег, со мной все будет в порядке. До свидания.

Бородин грустно улыбнулся.

– Спокойной ночи.

– Постойте, – окликнула я его, – а вы действительно клиент Фимы Резовского или это липа?

– Действительно. Я подумал, что, пока я в Тарасове, неплохо бы между делом официально оформить мой развод.

Капитан помолчал в ожидании, не спрошу ли я еще что-нибудь, не дождавшись, печально закончил:

– До свидания.

Оставшись одна, я прошлась по квартире, бесцельно перекладывая вещи. Порядок наводить у меня не было никакого желания. Тоска. Надо было капитану еще какой-нибудь вопрос задать.

Я взяла бокал шампанского, устроилась на диване и включила телевизор. В этот момент раздался звонок в дверь. Я испытала легкое волнение, наверное, от шампанского. Прежде чем открыть дверь, посмотрела на себя в зеркало, поправила прическу.

– Что-то забыли, – начала я томным голосом, поворачивая ключ.

Дверь распахнулась, слова застряли у меня в горле. На пороге стоял Афанасьев. Он жестом приказал мне отойти от двери. Возможно, я бы поспорила, но в руке у него был пистолет. Афанасьев захлопнул дверь, проронил сквозь зубы:

– Выкрутилась? Я не сомневался. Где журнал?

Я попятилась в комнату.

– Сядь, – бывший инженер указал на диван.

– Послушайте…

– Сядь, я сказал, – Афанасьев помахал оружием. – Мне нужен только журнал.

– Да что ты в меня своей «пушкой» тычешь, – возмутилась я. – Нет у меня никакого журнала. И не было никогда.

– Мне терять нечего, – прохрипел Афанасьев, – на мне все равно девчонка висит.

Я презрительно фыркнула.

– Ничего на тебе не висит, идиот. Девчонка только что ушла домой своими ножками. Из этой квартиры.

– Хватит заливать, – Афанасьев взял бокал с шампанским, понюхал, скривился. – Празднуете?

– Празднуем, – парировала я, – помолвку этой самой девчонки, между прочим. Пока ты, кретин, ночью в отделении отдыхал, девушкой уже занимался доктор. А ее смерть в результате несчастного случая – лажа, которую тебе подсунули, чтобы успокоить.

Рука, держащая пистолет, дрогнула. Я продолжала:

– Пошевели мозгами, придурок. Пока за тобой только мошенничество. Трупы на хате, куда тебя Лысый послал, хороший адвокат представит как самооборону. Адвоката, кстати, могу порекомендовать.

Афанасьев опустил голову, плечи его вздрогнули, рука с пистолетом опустилась на колено.

– Твои приятели тебя крупно подставили, – произнесла я, не отрывая взгляда от оружия, – а будешь продолжать бегать, да еще с «пушкой», тебя или пристрелят, или во всех грехах обвинят.

В дверь позвонили. Афанасьев снова вскинул пистолет, я мысленно выругалась.

– Кто это?

Я равнодушно пожала плечами.

– Не знаю, наверное, милиция.

– Дура, – процедил инженер. – Поди открой.

– Сам открой, – огрызнулась я.

– А ну, вперед, – Афанасьев махнул пистолетом. Около двери он отодвинул меня в сторону, выглянул в «глазок».

– Спроси кто.

– Да пошел ты!

С грохотом дверь распахнулась, я едва успела отскочить в сторону. Афанасьев отлетел к стене, выронив пистолет. Капитан пнул пистолет ногой, одновременно врезав инженеру в челюсть.

– Готов, – я переступила через тело, посмотрела на дверь. – Теперь точно менять придется.

– Вы в порядке?

Я молча кивнула, говорить у меня уже не было сил. Бородин вынул носовой платок, поднял пистолет.

– Я уже поймал такси, – он покрутил оружие. – У вас пакета не найдется?

Я снова кивнула, пошла на кухню за пакетом. Бородин сунул в него пистолет, положил в карман, попытался прикрыть дверь.

– Но решил вернуться. А когда вошел во двор, мне показалось, в подъезд зашел Афанасьев. Фонарь у вас там яркий, – капитан развел руками, – не закрывается.

– Надо, наверное, милицию вызвать, – я кивнула на инженера.

– Конечно. Телефон на кухне?

– Да, – я помолчала. – А почему вы вернулись?

– Я подумал, что еще не все вам рассказал, – крикнул с кухни Бородин.

Я посмотрела в зеркало, кивнула своему отражению. Оно согласно кивнуло мне в ответ.

– У вас еще будет время, – сказала я. – Не могу же я провести ночь в одиночестве, когда у меня выбита дверь.