Фиора и король Франции

После ссоры с супругом несравненная Фьора живет в замке Плесси-ле-Тур, подаренном ей королем Людовиком XI, не ведая о том, что стала важной картой, разыгранной в сложной политической игре Ватикана и Франции. Похищенная по приказу самого папы римского, красавица оказывается в руках своих злейших врагов, но друзья помогают ей бежать. Она полна решимости найти мужа, хотя порой ей кажется, что она гоняется за неуловимой тенью.

Часть I. ВЫРВАННЫЙ КАМЕНЬ

Глава 1. ГНИЛАЯ ВЕСНА

Флоренция никогда не видела ничего подобного. Это произошло как раз в пасхальный день 16 апреля 1478 года, когда под лучами весеннего безжалостного солнца произошло святотатство и кровопролитие в городе. Небо вдруг потемнело, и казалось, что оно никогда уже больше не будет таким голубым.

На Святках солнце заволокло темными тучами, а на следующий день — день Воскресения Христова — погода стала просто ужасной, и флорентийцы увидели в этом божий знак. Дождь был не таким, каким он бывает только весной, мягким, мелким, дающим жизнь молодой поросли, пастбищам и оливковым деревьям. Непрекращающийся проливной дождь под сильными шквалами ветра вызвал оползни и вздул реку.

Арно вышла из берегов. Селевые потоки смывали все на своем пути; и только дворцы, которые стояли на прочном фундаменте, образовывали нечто вроде плотин. Вода хлынула на улицы, затопляя их. Люди спасались в церквях и усердно молились богу. Особенно их было много в соборе Санта-Мария-дель-Фьоре, считавшемся святым местом.

Несмотря на уговоры Деметриоса, Фьора все-таки вышла из дома во Фьезоле. Ее угнетало все: и отчуждение ее давнего друга — греческого врача, и неожиданная страсть Лоренцо де Медичи. Прошло уже три недели с тех пор, как месть свершилась и Иеронима была убита ударом кинжала. Три бесконечные недели Фьора, оставаясь в доме, смотрела, как с утра до вечера лил этот непрекращающийся дождь, наводящий тоску и уныние.

Однако жизнь продолжалась. Фьоре не оставалось ничего, кроме ожидания ночи, которая приведет к ней — а может быть, ее любовника. Но наступил момент, когда она решила, что не может больше оставаться в бездействии в роли женщины из гарема. Иначе можно было сойти с ума. Вдобавок ей давно хотелось посетить могилу своего отца, чтобы там помолиться.

Глава 2. ПРАЗДНИК СВЯТОГО ИОАННА

То, что произошло дальше, было ужасно. Лоренцо в черных одеждах, делавших его еще выше ростом, возвышался с грозным видом над лежащим Карло и молодой женщиной, склонившейся над ним. Руки, сжатые в кулаки, и напряженное лицо говорили о том, что он был сильно разгневан и едва сдерживает себя.

Фьора медленно поднялась и встала напротив него, сознавая, что она могла навлечь еще больший гнев этого вспыльчивого человека, охваченного жаждой мести. Это был совсем не тот Лоренцо Медичи, который еще недавно стонал в ее объятиях.

— Решай, — сказала она, — не медли! Ты слышишь их?

Крики становились все громче. Дождь не только не разогнал толпу, даже напротив, она все росла и росла. Казалось, что Лоренцо не слышал призывов к смерти. Он смотрел на свою возлюбленную, словно хотел вырвать правду из ее уст.

— Пацци! — произнес он наконец. — Ты — супруга Пацци, этого жалкого урода…

Глава 3. НИКОГДА НЕ НАДО ГОВОРИТЬ «ПРОЩАЙ»

— Где он?

Филипп де Коммин сидел в кресле, положив руки на его подлокотники. Фьора устроилась за столом напротив него.

— Я ничего толком не знаю, — вздохнул он. Де Коммин смотрел на Фьору своими чистыми голубыми глазами, как бы прося извинения, но Фьора была не настолько простодушна, чтобы не понять, что за ними скрывалась дипломатическая хитрость.

— Но здесь что-то не то, — сухо сказала она. — Как это вы, который в курсе всех дел, не знаете этого?

— Не приписывайте мне ни ловкости, ни какой-то особенной осведомленности. Надеюсь, вы не забыли, что я был сослан на много месяцев. Поэтому единственное, что я могу вам сказать так это только то, что мне велел передать наш король: ваш муж был помилован в тот момент, когда его вот-вот должны были казнить.

Часть II. ДОРОГИ, ВЕДУЩИЕ В НИКУДА

Глава 1. РАЗГОВОР ПОД ВИШНЕЙ

Несколько недель спустя, на закате дня, Мортимер покинул Фьору и Хатун у старой дороги, обсаженной высокими, тенистыми дубами.

— Ну вот вы почти и добрались, — весело сказал Мортимер. — Вам больше не нужен проводник, чтобы разыскать свой дом.

— Вы могли бы заехать к нам освежиться, — предложила Фьора. — Ведь дорога была такая длинная, да и день стоял такой жаркий.

— Благодарю, но я найду все необходимое в Плесси. С вашего разрешения я приду к вам поприветствовать госпожу Леонарду и посмотреть, насколько подрос ваш сын.

Сердце Фьоры забилось сильнее при упоминании о любимой гувернантке и маленьком сыне.

Глава 2. ЛОШСКИЙ ЛЕС

— Венеция, Венеция! — ворчала Леонарда, сильно потянув за конец простыни, которую она складывала вместе с Фьорой. — И почему именно Венеция? Почему бы не Константинополь или еще бог знает что?

— Я же вам уже говорила, Леонарда. Я думаю, что Филипп именно там. Когда я просила аннулировать наш брак, он хотел, чтобы Карл Смелый выдал мне все его имущество в оплату за приданое, которое он получил от моего отца. И добавил при этом, что, когда между Францией и Бургундией восстановится мир, он всегда может пойти на службу к венецианскому дожу, чтобы попытаться восстановить свое состояние.

— Но это было так давно! И вы ведь по-прежнему его жена, не так ли?

— Он об этом не знает. Если после своего побега Филипп был здесь, чтобы разузнать обо мне, ему могли сказать о моем исчезновении и даже, может быть, о том, что меня увезли в Рим. Так? Значит, он мог подумать, что я поехала просить у папы эту самую аннуляцию, которой я ему угрожала.

Леонарда сложила вчетверо простыню и положила ее на стопку белья, которое предстояло погладить прежде, чем убрать в шкаф, а потом пересыпать его мятой и лавандой. Она взяла из корзины еще одну простыню и бросила один ее конец Фьоре:

Глава 3. СЛЕД ТЕНИ

— Леонарда! — закричала Фьора. — Простите меня!

В ответ она услышала вопль боли. Человек, предложивший убить Леонарду первой, сорвал с нее головной убор, схватил за волосы, с силой рванул за них, чтобы она подняла голову и обнажила шею.

Но он не успел поднести нож к ее горлу. В этот самый момент несколько всадников внезапно появились на поляне. В колеблющемся свете факела заблестели кольчуги, поверх которых были надеты кирасы, железные шлемы на головах. Раздался громкий и грозный голос:

— Именем короля! Схватить этих людей и повесить на этом дереве!

— Оставьте хотя бы двоих, мессир прево! Было бы интересно послушать, что они нам скажут.

Глава 4. СЛОЖНАЯ СИТУАЦИЯ

Вильнев-Сен-Андре не был похож на другие города, и Фьора смогла в этом убедиться, когда рядом с Мортимером поднималась вверх по улице, которую накануне едва смогла рассмотреть, поскольку монастырь находился у самой городской стены.

С двух ее сторон стояли великолепные дворцы в окружении садов, некоторые из них были в прекрасном состоянии, другие — близки к полному разрушению.

— Это — «ливреи» кардиналов папского двора, который пребывал в Авиньоне до начала нашего века, — объяснил Мортимер. — Это что-то вроде их загородных домов.

— «Ливреи»? Странное название! Во Флоренции сказали бы — виллы…

— Это потому, — продолжил шотландец, который решительно все знал, — что каждый из этих домов строился за счет денег, полученных их хозяевами за то, что они были вынуждены уступать свои дома членам священной коллегии, уступая, конечно, и звонкую монету, за многие и многие ливры.

Глава 5. ОБСТАНОВКА В БОЖАНСИ

К своему сожалению, Фьора не смогла проститься с Дугласом Мортимером. Шотландец, услуги которого король начинал ценить все больше, выполнял новое поручение. Поэтому никто, кроме короля, не знал, где он находится. А королю молодая женщина отправила накануне отъезда письмо, в котором сообщала, что уезжает на несколько дней по делам. Она знала подозрительность Людовика и не могла уехать, не предупредив его.

Обеспечив свои тылы, Фьора с легким сердцем отправилась в Париж через Тур, Амбуаз, Божанси и Орлеан. Путешествие было весьма приятным, потому что из-за Леонарды ехали довольно медленно.

Стояла мягкая осенняя погода, хотя по ночам иногда было Прохладно и шел дождь, днем пригревало солнце.

Подъезжая к большим городам, Фьора обнаружила, что испытывает совсем иные ощущения, чем три с половиной года назад, когда она ехала по этой же дороге с Леонардой, Деметриосом и Эстебаном. После трагической гибели отца и тяжких испытаний, последовавших за нею, ей было необходимо лишь убежище, место, где ее никто не знал и где она смогла собрать силы для будущей борьбы. Теперь у нее уже была возможность внимательнее присматриваться к окрестностям Парижа, которые оказались ничуть не хуже, чем природа Луары: равнины с обработанными полями, холмы с виноградниками и фруктовыми садами, долины, радующие глаз зеленой травой пастбищ, рощи и леса, замки и крепости, мирные деревни и богатые аббатства.

В Париже, над которым больше не висела угроза со стороны англичан, на улицах кипела бурная жизнь, не было слышно стука кованых солдатских сапог, а все выглядело ярким и оживленным. Кроме часовых у ворот Сен-Жак и стражи у моста Менял, путешественники не встретили ни одного военного.