Еще один мальчик

Юморист

«Криспинов день»

 

Утро Первого мая 2019 года было теплым и спокойным.

Школьники этим утром, как обычно, спали. Учителя собрались в кабинете директора и ждали начала. Они проснулись сегодня гораздо раньше обычного.

Ученый Кот скажет вам о секрету, что кое‑что уже произошло, и поэтому «какого‑нибудь события» они ждали зря. Нет, не случилось ничего серьезного или имеющего отношения к срыву «Криспинова дня», будьте спокойны!

Так, детская шалость. Но она случилась, и поэтому я считаю — в отличие от персонала Хогвартса, пока остающегося в неведении, — что богатое событиями утро «Криспинова дня» уже началось.

Камин в кабинете директора горел зеленым пламенем, он с шести утра был на постоянной связи с кабинетом Министра магии.

На столе директора лежала связка портключей до выделенного Хогвартсу министерского убежища — связка аккуратно подписанных и нумерованных предметов с бирками «Гриффиндор, 1 курс», «Слизерин, 7 курс», «Персонал», «Привидения» и т. д.

Эльфы уже собрали в контейнер лабораторию Слагхорна и заканчивали паковать теплицы Лонгботтома.

Профессор Хагрид с тяжелым сердцем распустил свой зоопарк — дирекция школы сочла, что животные — существа разумные, куда разумнее людей, и поэтому сами позаботятся о себе.

Учителя молча пили чай и ждали.

Рядом с профессором Поттером сидели его жена и дети — Министерство в виде исключения допустило их сюда.

Вдруг профессор Поттер резко выпрямился и сжал подлокотники кресла.

— Папа, — прошептала Лили и зажала себе рот.

Гарри хрипло сказал:

— Он вышел на связь. Он только что говорил со мной.

Макгонагалл склонилась в горящий камин и позвала:

— Кингсли, началось.

Из камина высунулось лицо министра.

— Он сказал, — обращаясь ко всем, продолжал Гарри Поттер, — «Гарри Поттер, я обращаюсь прямо к тебе. Весь этот час я буду ждать тебя в своей ставке. Дотронься до Кубка за заслуги перед школой Тому Реддлу, стоящему в Зале славы, мой верный слуга превратил его в портключ. Если по истечении часа ты не придешь, я возьму тебя из Хогвартса силой — и не пощажу в Хогвартсе никого.»

Министр кивнул Макгонагалл:

— Можете начинать эвакуацию.

Все задвигались, деканы встали, разбирая портключи.

Уходя, все они пожимали руку Гарри и желали ему скорой Победы.

Гарри тепло и проникновенно прощался с коллегами

Семья облепила его и не отпускала. Наконец, маленький Ал Поттер мужественно разжал объятия, отошел и сказал:

— Иди, папа, и сделай этого Лорда.

— Вот у кого правильный настрой! — нравоучительно бросил министр. — Гарри, чему такая мрачность, Вы же Избранный! Идите и победите наконец этого Лорда, давно пора. А то на Вас смотреть тошно: у Вас такой вид, словно Вы на смерть идете.

Джинни сжала мужа еще крепче.

Гарри обнял ее и детей в последний раз.

Да, его многократно заверяли, что Волдеморт не может его убить, что его охраняет кровь матери и созданная ею защита, что все пророки на свете в один голос сулят победу Избранного над Сами–Знаете–Кем. Но до конца Гарри не верил. Трудно было опираться в своей надежде на столь хлипкие домыслы. Домыслы и сплетни — вот всё, что говорило в его пользу. Ничем недоказанные и не подтвержденные.

А факты говорили обратное. Твердым фактом было то, что он крестраж Темного лорда, и пока крестраж не уничтожат, Волдеморта нельзя будет победить.

Твердым фактом было честное мнение Бобби Грейнджера, что наука не оставляет Гарри Поттеру ни одного шанса, а надежда была на то, что Гарри Поттер до сих пор являлся исключением из всех известных законов науки. Он выживал вопреки науке, мог выжить и на этот раз.

Надо надеяться на лучшее, а готовиться к худшему.

Гарри расцеловал свою семью, вышел в холл Хогвартса (мимо него уже стройными группами проходили ведомые деканами на выход ученики), направился в Зал славы (ему еще смутно показалось, что в холле как‑то странно пахнет) — дотронулся до Кубка и аппарировал.

Лорд Волдеморт восседал на пышном троне в своей ставке.

Он ничуть не изменился с тех пор, как Гарри видел его в последний раз.

— Смотрите все, нам оказал честь почетный гость, — сказал Лорд тонким змеиным голосом.

Гарри огляделся. Зал ставки был полон вооруженных до зубов людей в черных плащах и масках. Все они смотрели на него — и чуть не смеялись.

Они жаждали поскорее закончить многолетнюю игры в догонялки между своим Лордом и Гарри Поттером — и по–своему были правы. Игра подошла к концу.

Исход игры Лорд и его люди представляли по–своему — зал был накрыт празднично. В центре зала стоял наполненный яствами и вином стол, он словно заранее ждал на победный пир счастливых героев.

Волдеморт сошел с трона и подошел к столу.

Гарри заметил за троном лабораторную установку и котел, над которым валил пар.

— Знай, мы умеем встречать почетных гостей, Гарри, — молвил Волдеморт. — Подойди же!

Я приглашаю тебя на праздник!

УпСы расступились перед столом, освобождая Гарри почетное место. Гарри подошел.

— Отведай наших яств и отпей наших напитков, — пригласил Лорд. — Ты голоден, дорогой и долгожданный путник, ты устал с дороги! Но мы предусмотрели эту возможность. Знай, что наш верный слуга изготовил питье специально для тебя!

Волдеморт сделал резкий жест в сторону трона. Теперь все видели, что за кипящим котлом следит человек.

Бобби Грейнджер выпрямился; он выглядел очень зловеще в своей черной мантии, с закрывшими бесстрастное лицо темными патлами. Он ничего не выражающими глазами уставился на Гарри.

— Мы сварили это зелье для особого гостя, — тонким голосом сказал Волдеморт. — Только для тебя, Гарри! Отведай же его!

— Смотрите, он уже приготовился к тому, чтобы пить! Он и кубок с собой захватил! — захихикал один из УпСов.

Гарри посмотрел на кубок–портал, который всё еще держал в руке.

— Надо же, мой старый кубок! Как трогательно! — заметил Темный лорд. — Право, я очень ценю, что ты захватил его с собой, Гарри. Я так давно не видел его… Отпей из этого кубка, он всегда приносил мне удачу!

Роберт Грейнджер бесшумно приблизился к Гарри, молча взял кубок из его рук и наполнил кипящим зельем.

Так же бесстрастно он передал кубок Гарри.

Зелье дымилось, кубок по краям оплавился, и этим почему‑то напомнил Гарри давнее зелье, которое готовил Снейп для Римуса Люпина.

Волдеморт тем временем взял со стола свой бокал, наполненный вином.

— Твое здоровье, Гарри! За Победу!

— За Победу! — откликнулся Гарри. — А здоровья тебе, Лорд, не обессудь, не пожелаю!

Лорд рассмеялся.

Гарри храбро осушил кубок.

И мгновенно упал замертво.

Как и предполагал Бобби Грейнджер, яд подействовал сразу и навсегда.

А дальше случилось то, чего ни Бобби, ни кто другой не ждали: вслед за Гарри, выронив свой кубок, упал замертво и Темный Лорд Волдеморт.

Альбус Дамблдор предполагал, что связь Гарри и Темного лорда неразрывна, касается крови, тела и души, и жизнь одного из них связана с жизнью другого. Дамблдор считал, что Лорд Волдеморт вынудил Гарри жить, пока жив он сам, — пока получилось, что он вынудил себя умереть, потому что умер Гарри Поттер.

Неужели Дамблдор ошибся?