Еще один мальчик

Юморист

Где‑то в августе 2012, посреди Англии… (окончание)

 

Роберт Северус Грейнджер — мальчик необыкновенный.

Во–первых, он волшебник.

Во–вторых, он умеет читать чужие мысли. Способности к легилименции у него, очевидно, передались по наследству от папы.

Еще он очень любит и поддерживает свою маму, и поэтому мама о многом не знает… Он бережет мамины нервы, как настоящий мужчина.

Дорогие читатели, вы приготовили свои нервы? Тогда слушайте.

На рабочем столе в комнате мальчика лежит письмо из Хогвартса. Долгожданное, вожделенное письмо!

«ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС»
Искренне Ваша,

Директор: Минерва Фейт Макгонагалл
Фурия Витч, заместитель директора»

(Кавалерственная дама Ордена Мерлина Ι степени)

Уважаемый мистер Грейнджер!

Мы рады информировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов.

Занятия начинаются 1 сентября. Ждем Вашу сову не позднее 31 июля.

Гермиона ждала этого письма не меньше сына. Правда, доставлено было оно весьма буднично: как‑то вечером Гермиона, возвращаясь из Ордена феникса, сунула письмо Бобби на подушку; точно так, как часом раньше в тот вечер мисс Витч нашла в Ордене Гермиону и передала ей письмо: вы уж проследите за получением, ответ можете чиркнуть прямо сейчас, и на сове сэкономим.

Но это было настоящее письмо из Хогвартса, с гербом и печатями.

Гермиона не сомневалась, что отличник Бобби в Хогвартсе не пропадет.

За долгие одинокие дни без мамы Бобби прочел все лежащие дома книги, и очень интересовался волшебными; даже учебниками.

Бобби почти наизусть знал «Историю Хогвартса».

С практическими науками дело осложнилось. В том смысле, что Бобби тут же попытался применить прочитанные чары на практике. Не раз Гермиона благословляла Статут о секретности и Запрет на колдовство несовершеннолетних, ибо любознательный сын не знал удержу в своих научных экспериментах!

Гермиона была счастлива, что законы запрещают дошкольникам экспериментировать с волшебной палочкой. Бобби мог только смотреть, как колдует Гермиона. Но зато он задавал вопросы, почему из палочки вырывается именно такая струя, может ли такая струя возникнуть при другой магической формуле, можно ли сделать это заклинание другой комбинацией и вообще, какие в магии атомы.

Бобби очень любил спрашивать — слава Мерлину, в меру, потому что прекрасно знал, что мама работает, устает и не всегда способна с ним играть.

Гермиона очень посмеялась одному вопросу. Когда она рассказывала Бобби про «Хогвартс–экспресс» и платформу 9 ¾: «А что есть на платформах 9 ¼ и 9 ½?» — Бобби с железной логикой доказывал, что раз есть платформа 9 ¾, то 9 ¼ и 9 ½ тоже должны быть. «Не успокоюсь, пока не узнаю, что там находится!» Смешные он иногда вопросы задает.

Счастье Гермионы, что дошкольникам нельзя колдовать, омрачила роковая ошибка. Бобби вычитал, что Министерство магии регистрирует волшебные палочки. И сразу спросил, что Министерство не заметит, если колдовать без палочки? Или варить зелья? Гермиона совершила чудовищную ошибку, сказав, что она не знает. Не проверяла.

Зато ее сын — экспериментатор проверил. За левитацию Живоглота без палочки на глазах соседского мальчика примчался сотрудник Отдела надзора за несовершеннолетними и прочел Бобби лекцию. За два года опытов с зельеварением и пять взорванных котлов Министерство ничего не заметило.

Да–да — два года… Даже мама ничего не заметила!

Как это произошло? Слушайте.

Два года назад, после взрыва первого котла Гермиона рассердилась. Всё‑таки, дом у нее один, и хотелось бы сохранить его в целости до конца жизни! Новые котлы и бесконечные ингредиенты покупать было дорого, иметь в доме взрывающиеся предметы — опасно. Гермиона решила это прекратить. По сведениям Гермионы, Бобби внял и больше зельеварением не баловался.

Так что она спокойно ходила на работу, не видя, как в ее мирном доме развернулась молчаливая, незаметная война.

То была битва Бобби и Живоглота за право первого подпольно заниматься зельеварением.

О, эта битва была достойна Гомера. Живоглот испробовал все методы: прятал и ел ингредиенты зелий, сидел в котле, мешая в него что‑то бросить или его разжечь, укладывался на книги с рецептами, чтобы их нельзя было прочитать, утаскивал в свою корзину учебники и тетради, где добросовестно обрабатывал их… Бобби не сдавался. Ингредиентам он искал замену, книги чистил и восстанавливал, а безвозвратно утерянное на войне покупал заново, потому что на Бобби лежали деньги на хождение по магазинам. Столкнулись два упрямства…

Наконец Живоглот, старший и более мудрый воин, понял, что надо сменить тактику. Бобби гордость не позволит отступить первым, даже если он знает, что кругом не прав. И Живоглот временно отступил, позволив Бобби считать себя победителем. Теперь миссия состояла в том, чтобы психоз бедового мальчишки приносил наименьшие разрушения.

В данный момент Живоглот смотрел, как Бобби, напевая, варит в котле на плите очередное зелье, сверяясь с папиным дневником и старым учебником.

Одновременно на другой конфорке булькал питательный суп маме на ужин; Гермиона поражалась, какими вкусными выходят у Бобби любые объекты кулинарии, но вряд ли ей понравилось бы, что вкус блюдам придают те же сомнительные эксперименты. Сейчас в суп добавилась унция экзотической травки «Утешение желудка».

Суп выпустил чудный пар, и Бобби снял его с плиты.

Зелье покипело еще пять минут и без малейшего предупреждения взорвалось.

Живоглот привычно спрятался за большой сковородой; Бобби так же привычно снял защитный передник и перчатки и взялся вытирать кухню.

— Значит, бузина всё‑таки должна быть строго собранная с могилы утопленника в полнолуние, — философски сказал Бобби. — Глотик, не в курсе, где здесь ближайшая могила утопленника?

— Мяу, — с чувством отозвался Живоглот.

— И когда у нас ближайшее полнолуние… — рассеянно продолжал Бобби.

Живоглот только простонал.

— Все‑таки здорово, что мама навела на кухню такие защитные чары. А то бы так легко не отделались.

Одно из пятен на полу стираться не собиралось. Оно уже проело пол до цементного фундамента. Бобби прикрыл дырку фальшивой половицей, положил сверху линолеум и оставил на завтра — не в первый раз; как оптимист, он был уверен, что что‑нибудь придумает. До этого же всегда придумывал!

— А полнолуние сегодня, — задумчиво заявил Бобби, листая лунный календарь. — Так, пока библиотека работает, надо смотаться за старыми газетами. Кто в нашей дыре топился? Должна же быть хоть какая‑нибудь обманутая девица! По мне, здесь всем по–хорошему пора топиться от скуки.

Живоглот вздохнул и приготовился его сопровождать.

Несчастный кот не в первый раз ходил за своим хозяином в бедовые места, и выскальзывал ночью из спальни, тихо, чтобы не тревожить покойный сон Гермионы; Бобби не составляло проблем прогуляться в полночь через весь город на кладбище. Он еще и утверждал, что в полнолуние это легко, потому что светло как днем.

Разве не страшно маленькому ребенку ночью одному на улице? За время своих безумных путешествий всего дважды они столкнулись с хулиганами.

В первый раз отличился Живоглот, обработав противника до позорного бегства, во второй раз Бобби пришлось разбираться с ночным патрулем по колдовству над маглами Министерства магии; Бобби утверждал, что магла вклеило в фонарный столб совершенно нечаянно, он не знает, как это сделалось! Патруль легко отпустил Бобби, потому что люди, нападающие ночью на детей, никому не нравятся, будь они трижды маглами.

Главное, что Гермиона эти приключения спокойно проспала; Бобби считал, ей вполне хватает взрослых проблем, чтобы отвлекаться на его детские шалости.

Маглов глупо бояться; на кладбище ночью можно встретить кого похуже, но пронесло. Вампира, зомби, некроманта… А вообще тоже интересно было бы помериться с ними силами. В папиных дневниках столько шикарных боевых заклинаний. Когда же 1 сентября, когда уже можно будет пользоваться волшебной палочкой?

Бобби грустно взглянул на календарь — до Хогвартса оставался месяц.