Еще один мальчик

Юморист

Перед шестым курсом

 

Возможно, потом Бобби Грейнджеру снились кошмары. Я не знаю…

А возможно, что он радовался, потому что вооруженные его сведениями авроры выкурили Пожирателей смерти из Запретного леса, а скоро сняли свой патруль и с Хогвартса.

К концу учебного года Министр официально объявил, что школе больше никто не угрожает.

Когда в школу прибыла комиссия принимать СОВ, к их приезду в Хогвартсе всё было снова спокойно, беззаботно, далеко от взрослых войн, как и положено в детском учреждении. Следы пребывания Пожирателей смерти не стерлись только из памяти учеников.

Может, Бобби боялся призраков?

На самом деле он боялся потерять Лили Луну.

История с безголовым тигром считалась государственной тайной, поэтому о ней сплетничал весь Хогвартс.

И Бобби боялся думать, как изменится отношение Лили к нему после этой истории. Лили, как дочь профессора Поттера, знала всё, чего знать не следует, в том числе подноготную этой кровавой и Темной истории…

Бобби не обманывался: говорить о Темной магии — одно дело, увидеть перед собой ее реальные последствия — другое. Лили впервые в жизни сталкивалась лицом к лицу с Темной магией.

Пока Бобби разницы в ее отношении не заметил — и был счастлив.

Бобби порадовали и выводы экзаменационной комиссии, которая объявила его самым талантливым и сильным волшебником за многие годы.

Результат подпортил только комментарий экзаменаторов, что Бобби, очевидно, — Темный волшебник.

У Лили год тоже кончился плохо. То был для нее третий курс, и выпускной экзамен у Сивиллы Трелони она завалила.

— Старая летучая мышь!!! Все говорили, что у нее экзамен сдавать легко, ничего учить не надо, — возмущалась Лили. — А она вдруг стала спрашивать теорию! Кто знал? Ее никто не учил. Зловредина завалила почти весь класс!

Осенью Лили предстояла переэкзаменовка, и Бобби не мог не помочь своей подруге. Несмотря на то, что он не выбирал прорицания как предмет и не изучал его, Бобби прочитал учебник прорицаний и всё лето переписывался с Лили, давая ей разъяснения и ценные указания.

И не только писал.

Втайне от родителей, они однажды встретились.

Хорошая вещь — летучий порошок, который доставит вас в любой камин!

Бобби выбрался из камина профессора Поттера в Хогвартсе и отправился с Лили на прогулку в Хогсмид.

— Как дела?

— Лучше не бывает, — мрачно сказала Лили. — Я завалила экзамен и осенью завалю, я это просто чувствую…

— Не надо…

— А папа ищет меч Слизерина.

Бобби поперхнулся и переспросил:

— Что?

Бобби считал себя экспертом по истории Хогвартса, а уж историю родного Слизерина знал наизусть. Как выясняется, всё знать невозможно.

— Впервые слышу про меч Слизерина, — признал Бобби.

— Это ничего, все о нем впервые слышат. Только папу это не смущает. А в особых случаях он ищет еще и щит Гриффиндора.

— Твоему папе, кажется, надо отдохнуть…

— Вот и мама говорит, что он серьезно переутомился. Ничего, до сентября поправится.

Счастливая пара не стала зацикливаться на печальных воспоминаниях и заела их сладостями в Кафе–мороженом.

Но Лили не могла отвлечься от любимой темы:

— Эта подлая вредительница!

— Нехорошо так говорить о даме, но я от души согласен, — сказал Бобби.

— «Мисс Поттер, милочка, практику Вы знаете блестяще. А теперь проверим теорию — к сожалению, я знаю, что студенты с самой отличной практикой по моему предмету могут пренебрегать знаниями теории. Скажите‑ка, милочка, почему я включена в перечень исключительных пророков?» — Ну, думаю, и самомнение у этой дамы! Я говорю, конечно, что три великих прорицания, вот на табличке перед кабинетом выбиты и всё такое, а она: «Милочка, увы, Вы со–вер–шен–но не знаете теории!» — и ставит мне неуд.

— Мне очень жаль, — сказал Бобби.

— Ну ты объясни, что ей не нравится?!

— Ты так и не прочла параграф про обычных и исключительных пророков?

— Прочла. Не поняла ничего. «Как рассеять туман над будущим» — автор учебника точно объясняет как в тумане! Не разберешь ни тролля…

— Пророки делятся на обычных и исключительных. Обычные пророки предсказывают будущее тем, кого видят перед собой, — начал Бобби. — Так легче. Они видят ауру человека и прозревают будущее. Чтобы зреть на расстоянии, надо быть пророком исключительной силы. То есть, исключительные — это пророки, которые предсказывают будущее людей, не имея их рядом.

— Бобби, я не могу, я ни слова не понимаю! — простонала Лили Поттер. И трагически добавила:

— Я провалюсь.

— Я имею в виду, что профессор Трелони произнесла два прорицания. Про Темного лорда и Избранного и про Темного лорда и его слугу. Она изрекла, что родится Избранный и побьет Сама–Знаешь–Кого, и в это время рядом не было ни Избранного, ни Сама–Знаешь–Кого, и что Сама–Знаешь–Кто возродится с помощью слуги, а рядом с ней не было тогда ни Лорда, ни слуги. Это исключительно сильная вещая магия.

— А третье предсказание, про смерть Дамблдора? — спросила Лили. — Оно было сделано у кабинета Дамблдора.

— Третье пророчество вообще не считается, Трелони сделала его по картам, а не в священном экстазе. По–настоящему, она сделала за свою жизнь только два пророчества, — объяснил Бобби.

— Лучше я сделаю шпаргалку, — сказала Лили.

— Не стоит. Слагхорн предупредил, что Лемерсье лично заколдовала классы, и шпаргалки на входе в класс будут вопить, — предупредил Бобби.

— Вот зараза, — сказала Лили.

— Ну если бы Трелони сидела в комнате, а туда зашел Темный лорд, и она изрекла, что он падет, потому что родится Избранный, то это было бы нормальное прорицание, — сказал Бобби. — А Лорда там не было, там были Дамблдор и мой отец, но она все равно изрекла.

— Я поняла! — подпрыгнула Лили. — Пророчество про Избранного вообще не может быть обычным, потому что он еще не родился!

Бобби вздохнул.

— Нет, оно может быть обычным, потому что там упоминаются еще Темный Лорд и родители мальчика. Пророчество про Избранного — оно про четырех человек: Избранного, Сама–Знаешь–Кого и родителей Избранного. Помнишь? Те, которые трижды бросают вызов Лорду и рожают мальчика на исходе седьмого месяца. Так что перед Трелони могли стоять твои бабушка с дедушкой, или отдельно мистер или миссис Поттер. А Лестренжи думали, что пророчество — про профессора Лонгботтома, так что перед Трелони могли быть мистер или миссис Лонгботтом. Но ты права в том, что их тоже не было.

— Бобби, ты же гений, заколдуй мне шпаргалки, — сказала Лили.

— Не стоит, правда. Лучше еще раз повторим… Вообще с пророчеством про Избранного дело темное, ведь мы не знаем его до конца. Кто и что там еще упоминается… — с академической обстоятельностью добавил Бобби.

— И ты учил эти дурацкие определения, хотя ты вообще не сдаешь прорицания? Бобби, ты ангел. Я тебя люблю! — сказала Лили.

Ах, предрассудки!

Ученый Кот знает, как штампы идеологии мусорят человеческие мозги.

Скажем, пророчество об Избранном — дети были так уверены, что знают имя Избранного, что даже не вздумали это проверить.

Они выросли в убеждении, что Избранным является Гарри Поттер, эти слова звучали отовсюду. Они уже воспринимались как аксиома.

Поэтому даже Бобби Грейнджер, с его аналитическим умом, не задумался, что есть и другие мальчики, подходящие под пророчество. Тот же професор Лонгботтом — или он сам.

Разве Бобби не родился на исходе июля месяца, разве не мог он подсчитать, сколько раз его родители бросили вызов Темному Лорду?..