Девятый круг

Льобера Фернандо С.

Эпилог

 

Орасио и Беатрис явились вместе точно в одиннадцать утра. Часа через два должны были состояться похороны Морантеса, ровно спустя четыре дня после его смерти. Судья, ознакомившись с результатами вскрытия, разрешил близким предать земле тело их друга.

Дело закрыли, дель Кампо был мертв. Предпоследнего из убийц-марионеток (человека, которого Беатрис преследовала на Мансанаресе) постигла та же участь. Омар, напротив, был жив и крутился как мог, учитывая участившиеся наезды со стороны Гонсалеса. Комиссар очень болезненно отнесся к тому, что слава, внимание, похвалы начальства и прессы обошли его стороной. Гарри Альварес, журналист из «Конфиденсиаль», продолжал кропать статейки в прежнем духе: некоторые крысы непотопляемы, и с ними приходится сосуществовать. И наконец, Давид и Роса. Молодые люди каждое утро навещали Себаштиану в больнице «Рубер» и тот немало удивился, осознав, как сильно привязался к обоим. С ребятами он вел продолжительные разговоры, в мельчайших подробностях обсуждая наиболее темные аспекты этого дела. Послание, зашифрованное в «предсмертных» записках (с намеком на исследования отца, посвященные принципам латерального мышления), в конечном итоге звучало так, как они и думали: «Если хочешь найти ответ, непременно исследуй все возможные вероятности». Это изречение из книги отца осталось незаконченным. Одну жизнь они все-таки спасли.

Беатрис часто наведывалась в больницу. Ее усилия по расследованию этой серии убийств публично получили высокую оценку из уст заместителя министра, что сделало ее неуязвимой перед Гонсалесом. У нее накопилось немало работы, но она выхлопотала себе заслуженный отпуск и собиралась им насладиться вместе с Себаштиану. «Заберемся куда-нибудь подальше, а? Куда нужно лететь много часов на самолете. Чтобы я могла надеть бикини», – мечтательно сказала она. И Себаштиану бросило в жар, стоило ему закрыть глаза и представить младшего инспектора в наряде из крошечных лоскутков.

В палату заглянул врач, чтобы попрощаться и пожелать удачи. Себаштиану в последний раз осмотрелся по сторонам, чтобы убедиться, что ничего не забыто. Опираясь на трость, окруженный почти материнской заботой своих спутников, он покинул комнату и направился к лифту.

Они приехали на кладбище Альмудена, вышли из «сеата», и Португалец, тяжело навалившись на трость, вдохнул полной грудью теплый утренний воздух. Казалось, прошли не недели, а целая вечность с того памятного дня, когда он впервые прошел по влажным от дождя каменистым дорожкам кладбища. Эти несколько недель изменили его жизнь навсегда. Вместе с Беатрис он преодолел длинный путь к тому месту, где собралось около полусотни друзей и родственников Морантеса. Некоторых Себаштиану узнал и поздоровался. У него болела нога и разрывалось сердце.

Когда церемония погребения завершилась, он взял Беатрис за руку.

– Подожди, – попросил он. – Я хочу сделать одну вещь, прежде чем мы уйдем.

Неторопливо шагая по аллеям и тропинкам кладбища, они вскоре подошли к могиле его отца. Беатрис деликатно остановилась на почтительном расстоянии, и вместе с тем она была с ним рядом.

Себаштиану предполагал, что возвращение, встреча с отцом будут мучительными и горькими, но, к своему изумлению, почувствовал глубокое облегчение, словно с души упал тяжкий груз. Тягостные, злые воспоминания многих лет исчезли как по волшебству. Губы тронула легкая улыбка. Его отец был хорошим человеком.

В этот миг звонок телефона вторгся в его мысли. Он повернулся и увидел Беатрис с окаменевшим лицом, прижимавшую к уху мобильник.

– Что случилось? – спросил он.

Младший инспектор дослушала сообщение до конца и прервала связь. Себаштиану заглянул в ее глаза и увидел в них усталость.

– Сегодня утром нашли труп женщины, – сказала она. – И очередную записку, напечатанную шрифтом «курьер» в двенадцать пунктов. Аналогичную прежним. Слово номер 76, которого не хватало, чтобы закончить фразу твоего отца, согласно последовательности Люка, – «вероятности».

Беатрис тряхнула головой.

– Неужели мы никогда не выиграем?

– Войну – никогда, только отдельные сражения, – серьезно ответил Себаштиану. – И с этим нам придется смириться.