Бег впереди паровоза (сборник)

Алешина Светлана

Глава 9

 

Мы с ним посмотрели друг на друга. Для обоих присутствие другого было досадной неожиданностью. Это я еще мягко сказала. Кирилл опомнился первым, он мне улыбнулся и подмигнул почти дружески.

Я вскочила на ноги. Брюки как-то сразу оказались уже на мне и даже застегнутыми – не помню, как это получилось. Просторная белая блузка, которую я не решалась надеть, опасаясь ожогов на правом боку, казалось, сама прыгнула на меня, или это я впрыгнула в нее, причем даже и не поморщилась.

После совершения всех этих чудес я застыла, стоя почти в армейской позиции «смирно», вытаращившись на нежданного гостя.

– Привет, а вот и я, – сказал мне Кирилл и спокойно захлопнул за собой дверь.

Он был одет в коричневую кожаную куртку, синие джинсы и серые кроссовки. На плече Кирилла висела черная кожаная сумка среднего размера. Левую руку Кирилл держал в кармане куртки, и я никак не могла отвести от этой руки взгляда. Если меня второй раз за утро попытаются убить, то, возможно, и преуспеют в этом деле.

Несмотря на неожиданность и опасность ситуации, я не могла не отметить в который уже раз, что Маринка, зараза безалаберная, имеет просто дар какой-то выбирать себе видных парней.

А у меня за все последнее время был только один, да и тот Фима.

Я, наверное, все-таки издала какой-то звук, но сама его не расслышала. Может быть, даже и тихо заскулила, совсем как Мандарин, потому что он вдруг отреагировал. Этот паршивец внезапно выскочил откуда-то и вцепился своими зубами в ногу Кирилла.

– Зачем же ты, Оля, меня зверями травишь? – укоризненно спросил Кирилл и, ловко поддав ногой, отшвырнул Мандарина в сторону. – Видок у тебя, конечно, тот еще… Хорошо с Андрейкой вчера время провела, да? – усмехнувшись, спросил Кирилл, проходя ко мне в комнату.

– Нет, – призналась я, – совсем не хорошо, – и начала отступать назад до тех пор, пока не приклеилась спиной к стене.

– Ты успокойся, бить не буду, убивать тоже, наверное, – еще раз усмехнулся Кирилл, и я через силу кивнула, демонстрируя, что я, конечно же, ему поверила. Хотя на самом деле это было немножко не так.

– Мне Марина дала ключ, я оставил здесь одну свою вещь. Я ее сейчас заберу и уйду. Ладно?

Я опять кивнула.

Кирилл вышел из комнаты, наверное, по дороге он опять встретил Мандарина и наподдал ему, потому что тот, завизжав очень уж отчаянно, боковым аллюром промчался мимо меня и спрятался за диван.

Я осталась стоять, прислушиваясь к шагам Кирилла в дальней комнате.

Спустя полминуты, не больше, Кирилл вернулся. Даже не так: он влетел ко мне в комнату, и он уже не улыбался.

Подойдя ко мне вплотную, он сказал:

– Я не хочу ссориться с тобой, и так потеряно много времени и нервов. Отдай мне мою сумку, и я уйду спокойно и даже спасибо тебе скажу.

– Не знаю, где твоя сумка, – обреченно сказала я, чувствуя, что не смогу уже ни сопротивления оказать, ни крикнуть как следует.

Неужели осталось только погибнуть Оле среди всего этого идиотизма?

«И никто не узнает, где могилка твоя…»

– Может быть, подумаешь? – угрожающе спросил меня Кирилл и вдруг резко толкнул меня в бок. Я мешком упала на диван, но тут же опять вскочила на ноги: ожоги не позволяли разлеживаться.

Самое смешное, что мысли у меня вдруг заработали быстро и четко, и я стала уже кое-что понимать.

– В этой сумке деньги? – спросила я.

– Очень догадливая, – похвалил меня Кирилл, – ну так где они? Быстрее давай, мне некогда.

Зазвонил телефон.

– К черту, – сказал Кирилл.

– Разрешите мне лучше взять трубку, – тихо и спокойно сказала я, потому что уже откричала на сегодня все, что можно. И, кстати, мне это не помогло. – Должны позвонить с работы. Там знают, что я дома… и я попросила найти мне Маринку, чтобы все выяснить…

Кирилл задумчиво посмотрел на меня, а телефон требовательно прозвонил еще раз.

– Ну, я надеюсь, что в твоей голове есть серое вещество… Но если ты захочешь разыграть из себя героиню, то даже понять не успеешь, что произойдет, – очень спокойно произнес он и вынул из кармана куртки пистолет.

– В героинь играть не буду, – твердо пообещала я, и это было абсолютной правдой. А даже если бы и захотела, то все равно у меня бы не получилось.

– Если Маринка на месте, позовешь ее к телефону, – приказал Кирилл, и я кивнула согласно. Между прочим, я сама так и собиралась сделать. А вообще было бы здорово запустить сюда Маринку, и пусть она разбирается со всеми этими делами.

Конвоируемая Кириллом, я побрела на кухню. Я шла и удивлялась своему состоянию: испугавшись в первую секунду, я была сейчас совершенно непробиваема.

Оказывается, если тебя часто почти убивают, то это может и наскучить.

Подойдя к телефону, я присела на стул и взяла трубку. Кирилл встал рядом, не спуская с меня глаз, но опустив пистолет. Он нажал на аппарате кнопку селектора. Весь мой разговор теперь стал ему слышен, но я и не собиралась скрывать его подробности.

– Да, – равнодушно произнесла я.

– Виктор, – услышала я спокойный и твердый голос, и с меня начала понемногу сползать апатия к происходящим событиям. Чужая уверенность может психологически подзарядить, оказывается.

– Нашел Маринку? – сразу же спросила я.

– Уехала.

– На работу? Слава богу!

– С Крючковым, – ответил он.

– Как с Крючковым? Откуда ты знаешь?! – не сдержавшись, я вскрикнула от этой новости.

– Соседка. Приехал парень, морда исцарапанная, – Виктор был вынужден дать развернутый ответ, и он это сделал со слышимой неохотой.

– А куда уехали, ты не знаешь? – с безнадежностью спросила я, понимая, что вопрос глупый, и не стала дожидаться ответа. – Виктор, жди меня там, скоро буду! – сказала я и отключилась.

Я оглянулась и посмотрела на Кирилла. Он был нахмурен и напряжен.

– Что это значит? – осторожно спросил он.

– Вот и ответы на ваши вопросы, – тихо сказала я, быстро обдумывая сложившуюся ситуацию. Появилась возможность взять в союзники против Крючкова всех. И я сейчас постараюсь сделать это.

– Не понял, – Кирилл облизал губы, – ты можешь мне четко и ясно объяснить, куда и зачем она с ним поехала и где моя сумка?

– Вашу сумку, Кирилл, забрал Крючков, он же сейчас и увез куда-то Маринку.

– Маринку, – повторил за мной Кирилл и грустно усмехнулся.

– Да, и Маринку тоже…

Пользуясь тем, что Кирилл замолчал и задумался, я быстро начала говорить:

– Я вам сейчас все объясню. Произошла какая-то совершенно идиотская путаница. Маринка, собака, вы с Крючковым и со своей сумкой…

– Что-что? – Кирилл насторожился, и его глаза угрожающе сверкнули: – О чем это вы?

– Послушайте меня, пожалуйста, что вчера произошло между вами, я уже почти поняла, только вы понять не можете, что произошло потом.

Я набрала в грудь побольше воздуху, мысленно махнула рукой и пошла ва-банк:

– Крючков подумал, что именно я являюсь вашей девушкой, что со мною вы приезжали сюда встречаться… может быть, вы еще не поняли, но Маринка случайно намудрила так, что мою квартиру она вам выдала за свою… и эта мерзкая собачонка тоже ее…

Произнеся эту сложную фразу, я подумала, что если постараться объяснить все подробно, то, чего доброго, можно и самой запутаться и заболтаться окончательно, и решила высказать только основное:

– Короче говоря, Кирилл, не могу признаться, что вы мне симпатичны – честно говоря, я даже побаиваюсь вас, – но на данный момент мы с вами в одной лодке…

Кирилл нахмурился еще больше. Его взгляд стал темен и непроницаем. Я продолжала:

– Вам ведь нужен Крючков, потому что он забрал вашу вещь, мне нужна Маринка, потому что он забрал и ее… Крючков ушел отсюда только сегодня утром. Он попытался убить меня, выдав это за несчастный случай, но мне повезло… – я горько усмехнулась, подумав, что еще неизвестно точно: повезло ли, но вслух сказала тихо: – Да, повезло почему-то… Короче говоря, если мы объединимся, у нас будет больше шансов найти этого мерзавца…

– Каким же, интересно, образом? – уточнил Кирилл.

– Вы знакомы с Леной, финансовым директором «Материка»? – спросила я.

– Слышал о ней.

– А я с ней подружилась. Это она спасла меня сегодня. Она подумала, что мы с Крючковым любовники, и вломилась сюда как раз когда… ну, то есть очень вовремя… Крючков после этого и ушел с вашей сумкой, – я так лихо изменила обстоятельства, что самой понравилось. Однако где-то в глубине души я продолжала себя спрашивать: не та ли это сумка, которую вчера уносил Виктор? Но додумывать было некогда, и я вдохновенно продолжала: – Сейчас мы вместе едем к Маринке на квартиру и узнаем все подробности того, как ее увез Крючков. Меня хорошо знают ее соседки по квартире… Другому они могут и не рассказать, но мне скажут все.

– Какие еще соседки, что вы мне тут лепите? – раздраженно прикрикнул Кирилл и сплюнул на пол. – Разве Марина живет не здесь?

– Нет, Кирилл, – постаравшись не обратить внимание на такое хамство, сказала я, – она живет в центре, почти что на проспекте… После того как мы все разузнаем, мы поедем к Лене, наверняка она нам тоже чем-нибудь поможет. Я надеюсь, что она если не знает точно, то примерно укажет места, куда Крючков мог Маринку увезти.

Так как Кирилл молчал, мне пришлось добавить почти с отчаянием:

– Кирилл, пока Маринка еще жива и этот гад ее не убил, есть хороший шанс его найти. А потом уже будет поздно…

Из подъезда моего дома мы с Кириллом вышли под руку. После принятия очень горячей ванны каждое прикосновение одежды доставляло мне весьма изысканное удовольствие, а тут еще крепко вцепившийся в меня напряженный Кирилл… И не разрыдалась я только потому, что прекрасно знала, что ничего от этого не изменится.

Маринка жила на Советской улице, в доме с кариатидами, поддерживающими эркер второго этажа. Казалось, что скульптор нарочно изваял этих дамочек, чтобы показать всем свое понимание женской красоты.

Виктор ждал меня около Маринкиного подъезда, прислонившись плечом к полуколонне, выступающей из стены этого помпезного дома.

Увидев меня, выходящую с Кириллом под ручку из машины, Виктор изобразил на лице полнейшее равнодушие к происходящему и принял позу еще более расслабленную. Но я-то очень хорошо знала, что означает у него этот ленивый вид.

– Виктор, – сказала я, подходя к нему, – Кирилл на сегодня с нами в одной команде. – И Виктор, пристально посмотрев на меня, кивнул.

Мы с Кириллом переглянулись, и он отпустил мою руку, за что я была ему очень благодарна. Сейчас, к сожалению, был не тот момент, чтобы радоваться возможности подержаться за такого представительного парня.

Я обратилась к Виктору:

– Кто тебе сказал, что Маринка уехала с Крючковым?

– Серафима, – кратко ответил он.

Серафима Наумовна была соседкой Маринки и такой же достопримечательностью этого дома, как Матвеевна моего. Серафима Наумовна умудрялась знать все и всех. Но сегодня мне нужно было знать только про Маринкин отъезд. Но зато все и подробно.

– Ну что ж, господа, пойду обаять Серафиму Наумовну и скачивать с нее информацию, – объявила я свои дальнейшие действия.

Кирилл вздрогнул, словно его укусила африканская муха цеце, и дернулся ко мне с угрожающим видом. Мгновенно рядом со мной вырос Виктор, и оба мужчины застыли на месте, не решаясь начать выяснение отношений.

Я взяла обоих под руки: мне не хотелось ни драки между ними, ни исчезновения Кирилла.

Я не успела еще ничего сказать, как в этот момент к дому подъехала милицейская «БМВ» и остановилась рядом с нами.

Я почувствовала, как напряглась правая рука Кирилла, за которую я держалась. Его левая рука в этот момент нырнула в карман куртки.

– Стойте спокойно, Кирилл, – быстро сказала я ему, – это не по вашу душу, точно вам говорю. Не надо никуда бежать. Это Виталий, сын соседки, приехал на обед.

– Бегают только спортсмены и идиоты, – спокойно ответил мне Кирилл и, освободив от меня свою руку, развернулся, явно собираясь уходить отсюда.

Хлопнула дверца машины, и из нее показался среднего роста и среднего возраста средний человек с пугливыми глазами. Он аккуратно запер дверцу и после этого сделал вид, что только сейчас заметил меня. Надо отдать должное Кириллу: увидев маневры водителя, он моментально успокоился и расслабился.

– О, привет, подружка, – поздоровался со мною Виталий и быстренько нырнул в подъезд.

Сколько раз я видела Виталия, сына Серафимы Наумовны, я никогда не могла понять: он так быстро пробегает мимо меня, потому что я ему не нравлюсь или потому что он меня боится?

Оставшись в привычной озадаченности и сейчас, я посмотрела на Кирилла.

– Это сын Серафимы Наумовны, – пояснила я, – вы перестанете дергаться или нет? А то ведете себя как неврастеник, честное слово…

Может быть, Маринка и специалистка по видным мужчинам, но как ставить их в охотничью стойку, я и сама знаю.

Кирилл облизнул губы, бросил взгляд на Виктора, но промолчал. Одно это уже было моей явной победой.

– Мальчики, – сказала я, – вы постойте и покурите здесь спокойно. Мне нужна моя Маринка, и желательно в целости и сохранности, поэтому, Кирилл, я вынуждена играть честно с вами. Сейчас я иду общаться с соседкой, а вы меня подождите, пожалуй-ста.

Не дожидаясь ответа, я пошла в дом. Любят же все-таки эти мужики разводить дискуссии на пустом месте. Хуже баб, честное слово…

Дверь квартиры номер два была приоткрыта. Я позвонила один раз и заглянула в дверь.

Из кухни выскочила маленькая, чернявая, очень живая старушка.

– Оля, ой-ей! – воскликнула она, вытирая руки о фартук. – А что это с вами, бедненькая моя? Да на вас лица нет! Да-да-да, сегодня очень неблагоприятный день, так и по «Маяку» предупреждали, я вижу, вы это тоже чувствуете… хотя рановато, милая моя, рановато…

Серафима Наумовна умела говорить долго, быстро и содержательно. Кивая ей головой, я поджидала паузу в ее словах, чтобы успеть вставить свой вопрос. Если этого не сделать вовремя, то придется дожидаться следующей возможности, а время идет…

– Виталик у меня скоро получит повышение, – умиленно продолжала Серафима Наумовна, легко переходя с одной темы на другую, – помните, как он возил генерала? Теперь он переходит работать в аппарат правительства. Он всегда на хорошем счету. Виталик будет возить самого секретаря Совета безопасности области. Это большая ответственность. Ему прямо в машину дадут сотовый телефон, он будет мне всегда заранее звонить, когда сможет приехать…

– Марина… – попыталась начать я…

– А что Марина? Ах да, Мариночка. А Марина уехала, уехала с высоким молодым человеком. Он, наверное, попал в какую-то кошмарную историю, все лицо в шрамах, все лицо, если бы вы только видели, Оля! Но он мужчина! Да, Оля, хоть он и молод, но имеет какой-то шарм. Вы слушайте меня, Оля, Марина умеет выбирать мужчин, а ведь в них, как и во всем, как и в вине, как и в подсолнечном масле, нужно знать толк. Да, Оля. Иной раз на мужичонку вроде и смотреть нечего: ростом не удался, и лысоват, и денег нет, а мнит себя орлом, да не простым, а прямо-таки двуглавым… а этот парень очень хорош, уж поверьте мне…

– Мама! – послышался из кухни обиженный баритон сына-карьериста Серафимы Наумовны…

– Иду, сынуля, иду!.. Заболталась я тут с вами, а мне нужно еще моего мальчика накормить. Он у меня устает, работа, сами, понимаете, ответственная и нервная…

– Серафима Наумовна, – взмолилась я. Она остановилась и недоуменно посмотрела на меня, будучи не в силах сообразить, что же мне еще надо, ведь самое важное она уже сказала.

– На чем они поехали и куда, Маринка не сказала? – едва не плача, проговорила я.

– Как куда? К Оле. К тебе то есть… Вот вы друг за другом и ходите…

– А на чем она поехала, Серафима Наумовна, вы не заметили?

– Ну как это я да не заметила! – улыбнувшись мне как несмышленышу, сказала соседка. – Очень хорошо даже заметила. На «Мерседесе»…

– Мама!!

– Уже иду, уже, Талинька.

– Я не Талинька! – моментально окрепшим басом рявкнул бывший баритон.

Серафима Наумовна негромко рассмеялась и удовлетворенно покачала головой.

– На каком «Мерседесе»?

– На красном революционном «Мерседесе», – с непередаваемым выражением лица проговорила Серафима Наумовна, – не новом, но очень приличном. Я еще спросила, какого он года, меня Талинька научил, а этот молодой человек и отвечает…

В коридор вышел грустно жующий корочку хлеба Виталий, Серафима Наумовна засуетилась вокруг него, а я, поблагодарив информатора, вышла на улицу, правильно поняв, что здесь больше мне ничего узнать не удастся.

Ко мне подошли двое моих мужчин.

– Что? – спросил Кирилл.

– Крючков Маринку увез на красном «Мерседесе», сказав, что доставит ее ко мне. Странно как-то, мне показалось, что у него машины нет. Он два раза приходил в редакцию пешком. И вчера тоже…

– Да, иногда он берет ее напрокат у Кольки Бурмистрова, директора магазина кожгалантереи. На Чапаевской, – сказал Кирилл.

– Ну что, ребята, предлагаю заехать в тот магазин. Вы, Кирилл, спросите у директора, на какое время Крючков взял машину, а потом, если ничего не прояснится, едем в «Материк» к Лене.

Кирилл кивнул, соглашаясь со мной, Виктор кивнул тоже, показывая, что задачу он понял.

До магазина кожгалантереи с эпохальным названием «Модели века» мы добрались быстро.

Там уже на разведку пошел Кирилл, а мы с Виктором остались его ждать. Как только появилась возможность, я ввела Виктора в курс дела.

Возвратившийся Кирилл рассказал, что машину Крючков выпросил до пяти вечера. Услышав это, я сразу же посмотрела на часы. Был полдень. Хотелось надеяться, что время у нас еще оставалось.

Поймав мотор, мы поехали к магазину-салону «Материк».

– Ну что, мальчики, – обратилась я к своим кавалерам, когда мы вышли из такси и встали через дорогу напротив центрального входа в салон, – опять вам придется меня подождать.

– Только не мне, – заявил Кирилл, – этот козел может быть у себя на работе. Ты уж не забывай, пожалуйста, что Маринка тебе нужна, а я ищу нечто совсем другое.

– Пойдемте вместе, – пожала я плечами.

– Дай-ка твой сотовый, – предложил он.

Получив трубку, Кирилл вынул из кармана записную книжку, полистал ее и набрал номер.

– Спрашивай про него, – протянул он мне телефон.

– Мебельный салон «Материк», здравствуйте! – услышала я женский голос.

– Пригласите, пожалуйста, Крючкова Андрея Николаевича, – попросила я.

– Он уехал. Правда, он звонил и предупредил, что будет через два часа, – вежливо объяснили мне, и я заинтересовалась:

– Он давно звонил?

– Нет, нет, минут двадцать или двадцать пять назад, не больше.

– Спасибо, – поблагодарила я и отключилась.

– Через два часа ожидается, – доложила я Кириллу, – пошла я вызывать Лену на разговор, а вы подождите меня где-нибудь.

– Рядом со служебным входом, – определил Кирилл, – там будет меньше шансов засветиться, если он подъедет внезапно.

Я посмотрела на Виктора, он в ответ пожал плечами и кивнул.

Расставшись со своим сопровождением, я, перейдя дорогу, поднялась по трем скользским ступенькам и вошла в широко растворенные стеклянные двери «Материка».

Приятная там была выставлена мебель, но смотреть на нее и мечтать, куда бы приспособить ту или иную вещь, было некогда. Да и слишком уж навалились воспоминания. Про Ирку Черемисину, например.

Господи, только бы Маринка не повторила ее судьбу!

Найдя в салоне менеджера фирмы – светленькую девочку с большим бейджиком на груди, – я обратилась к ней с вопросом, как мне увидеть финансового директора.

– Елену Владимировну? – уточнила девочка.

Я кивнула, и после звонка по внутреннему телефону мне было предложено подняться на второй этаж салона и пройти через зал в служебное крыло магазина.

Я сделала все, как мне сказали, думая при этом, что, похоже, я повторяю маршрут бандитов, напавших на салон и убивших охранника.

В конце зала меня встретил охранник, среднего роста мужчина в камуфляжной форме и со свернутой газетой сканвордов в руке.

– Вы к кому, девушка? – тихо спросил он, поглядывая мне за спину.

– К финансовому директору, Елене Владимировне, – ответила я, и меня пропустили беспрепятственно. Надо думать, потому, что, наверное, девушки грабителями не бывают.

Я без задержек дошла до уже знакомой мне двери бухгалтерии и отворила ее.

Мое внезапное появление здесь смазало всю рабочую атмосферу. Из закутка в правом углу кабинета, образованного поставленными буквой «г» шкафами, выглянули три жующие женщины. Пока я всматривалась в их лица, одна из них выскочила мне навстречу. Это была Елена, одетая все так же во все черное, удачно скрывающее ее слегка поплывшую фигуру.

– Оля! Что-то еще случилось? Или вы просто так зашли? – пристально глядя мне в глаза, взволнованным голосом спросила она.

– Вы знаете, кажется, случилось, – ответила я и не успела больше ничего добавить, потому что Елена сразу сказала:

– Сейчас поговорим. Девушки, – обратилась она к двум своим сотрудницам, – мы пойдем вниз покурить, если будут меня спрашивать, кто бы там ни был, я вышла неизвестно куда, но скоро вернусь.

– Все понятно, Лена, – ответила одна из них, и Елена, взяв меня под руку, вывела из кабинета.

Мы спустились вниз по лестнице, Елена отперла металлическую дверь с кодовым замком, так запросто преодоленную несколько дней назад грабителями, и мы вышли в печально знакомый мне коридор.

Я вперила свой взгляд в то место на полу, где в тот жуткий день лежал охранник, – молоденький мальчик, в которого стреляли буквально у меня на глазах. Направо была запертая дверь представительства «Орифлейма».

На звук отворяемой двери из служебного помещения появился новый охранник. Бросив на нас заинтересованный взгляд, сразу же ставший равнодушным, потому что он узнал в Елене руководство, а не постороннего, охранник вернулся к себе, не сказав ни слова.

– Пойдемте на улицу, – оглядевшись, предложила мне Елена, – там можно будет спокойно поговорить, да и покурить, действительно, заодно.

Мы вышли и встали недалеко от двери.

На расстоянии десятка шагов от нас стояли Виктор и Кирилл. Я уловила в их глазах облегчение при виде меня.

Поймав взгляд Елены, я пояснила:

– Эти ребята приехали со мной. Мои помощники.

Я достала из сумки пачку «Русского стиля» и предложила Елене сигарету.

Мы закурили.

– Так что еще произошло? – нетерпеливо спросила она меня, стараясь говорить спокойно, но по ее глазам было видно, что чувствует она себя…

– Мне нужно срочно найти Андрея, – сразу же сказала я самое главное.

Брови Елены удивленно дрогнули.

– Он уехал куда-то по делам, скоро вернется, – медленно сказала она, не сводя с меня пристального взгляда, – а что произошло-то?

Я помолчала, стараясь сформулировать свое высказывание попроще, но не смогла придумать ничего лучше, как сказать правду, может быть, только немного смягченную.

– Понимаете, Елена, может быть, для вас это будет удивительно слышать, но, короче говоря, сегодня Андрей увез мою подругу… и я очень опасаюсь за нее… Мне кажется, вы должны… догадываться, где его можно разыскать… Это очень важно, поверьте, пожалуйста…

– Так, – пробормотала она, – значит, еще одна молоденькая девушка…

Елена затянулась сигаретой и прищурилась. Ее глаза повлажнели, словно в них попал сигаретный дым. Но мне показалось, что причина здесь была в другом.

– Так, – повторила она, – конечно, найти его было бы желательно… мы, кажется, с тобою на «ты»? – вдруг уточнила она и грустно усмехнулась: – Он на самом деле уехал с твоей подругой?

– Да, – подтвердила я.

– Вот козел, мерзавец, – со злостью словно выплюнула она, – где же он тогда может быть… Я думаю, что у себя дома. У него жена неделю назад уехала с ребенком к маме… Квартира пустует…

Внезапно Елена напряглась.

– Я еду с вами, – резко сказала она.

Я промолчала, но сомнение, как видно, четко проступило у меня на лице. Сказать, однако, я ничего не успела.

– Я еду с вами, – безапелляционно повторила Елена и выбросила сигарету, – все равно без меня вы не найдете ни дом, ни квартиру… я сейчас.

Повернувшись, она быстро вошла в магазин. Несмотря на кажущуюся твердость ее слов, я чувствовала, что она очень опасается противодействия от меня, поэтому и убежала.

Я подошла ближе к поджидавшим результатов разговора мужчинам.

– Она предполагает, что он у себя дома, и собирается ехать с нами.

– Твою мать, еще одна баба, – прошептал Кирилл и отвернулся.

Елена вышла спустя минуту, не больше. Она накинула на себя черный плащ и взяла сумку.

– Поехали! – с напускной бодростью сказала она.