Атомный поезд. Том 1

Выпускник ракетного училища лейтенант Кудасов получает распределение на сверхсекретный объект и оказывается в центре сложнейшей оперативной комбинации ЦРУ, направленной на уничтожение самого опасного стратегического ядерного объекта России.

Пролог

Черный, как вороненая сталь, поезд со свистом рассекал непроглядно-черную сибирскую ночь. Бешено крутящиеся колеса упруго закусывали край отполированного до никелевого блеска бесконечного рельса, как две сходящиеся половинки гигантских ножниц, готовых разрезать надвое все, что попадет между смыкающимися острыми поверхностями. Сейчас попадалась только корка льда и смерзшаяся снежная крошка, которые размалывались чудовищным давлением и превращались в мелкие капельки воды. Завихрения воздуха под вагонами мгновенно высушивали эту воду, вздымали покрывающие шпалы сугробы и выдавливали снежную пыль в стороны, будто старинный угольный паровоз стравливал накопившиеся в котле опасные излишки пара. Лязг стали о сталь, гул двадцатитысячесильных дизелей, – весь грохот несущегося на предельной скорости состава разносился над безмолвной снежной пустыней и постепенно таял в вязком от мороза воздухе.

Яркий голубоватый луч мощного прожектора разрезал молочную тьму на несколько сот метров вперед, в ослепительном световом туннеле клубились мириады снежинок, которые вдребезги разбивались о бронированную грудь локомотива, как мошкара о лобовое стекло несущегося по трассе «Мерседеса». Казалось, что неукротимый состав вот-вот протаранит низко висящие звезды, и те разлетятся искристо светящимися брызгами, с шипением прожигающими густую пелену предрассветного тумана.

За локомотивом раскачивались на рельсах, стучали колесами, лязгали сцепками семь пассажирских вагонов, при свете луны можно было различить на бортах белые трафаретки с надписью «Тиходонск – Новосибирск». Если бы на заснеженной насыпи оказался изнывающий от безделья зевака, пытающийся рассмотреть пассажиров скоростного экспресса, то у него бы ничего не вышло: все окна были плотно зашторены, даже лучик света не вырывался наружу, и что бы ни делали обитатели вагонов – пили ли чай, придерживая торчащие из стакана ложечки, читали ли при свете ночников детективы в пестрых обложках, или занимались любовью на толстых мягких диванах, – все это оставалось тайной за семью печатями. Впрочем, в несущемся экспрессе ничего подобного не происходило и происходить не могло. К тому же на пустынных сибирских просторах не встречалось любопытных, желающих разгадывать тайны проносящихся мимо поездов.

Поезд продолжал разгоняться. Ни одного огонька, ни одной транзисторной ноты, ни одной выброшенной бутылки, какой-то «летучий голландец», призрак… Казалось, что вот-вот он взлетит, втянется в световой туннель прожектора и бесследно исчезнет. Но чудес не бывает. Олицетворяющая мощь и стремительность цивилизации стальная лента пересекала безлюдный пейзаж, не нарушая законов бытия.

Пологим радиусом рельсы ушли влево, и сначала локомотив, а вслед за ним и вагоны скрылись за заснеженными деревьями. Какое-то время еще доносился отдаленный стук колес, но когда смолкли и его отголоски, в окрестностях вновь установилась звенящая первобытная тишина.

Часть 1

Кто владеет информацией, тот владеет ситуацией

Глава 1

Прометей выходит на связь

Яркое весеннее солнце отражалось в угрюмых небоскребах Нового Арбата, прогревало промерзшую за зиму землю, ласкало девушек, расстегнувших шубы, дубленки и простенькие пальтишки на ватине или синтепоне. Здесь было как всегда многолюдно, причем большинство составляли приезжие. Они, толкая друг друга, заполняли тротуары, толпились возле киосков с пиццей или шаурмой, заглядывали в магазины, хотя уже не так деловито и напористо, как несколько лет назад.

Тучный мужчина в дорогой дубленке «CHRIST», вышедший из подземного перехода, явно был москвичом, но почему-то стремился в эту толчею. Ему было сорок пять лет, но выглядел он на все шестьдесят, у него было широкое мясистое лицо, красное то ли от пристрастия к алкоголю, то ли от повышенного давления. Собственно, то, что образует лицо – маленькие, близко посаженные глаза, курносый нос, напоминающий некондиционную картофелину, пухлые губы цвета сырого мяса, – располагалось в круге диаметром десять-двенадцать сантиметров, все остальное пространство пустовало. Если бы удалось обрезать лишнее – висящие щеки, двойной округлый подбородок, толстую складку на шее, – мужчина помолодел бы лет на двадцать. Но он явно не нуждался в косметической операции: уверенные манеры, властность во взгляде и осанке, значительность каждого движения выдавали, что он вполне доволен собой.

Хотя, возможно, не сейчас: уже полтора часа человек катался в метро, пересаживаясь с одной ветки на другую, и терся в толчее подземных переходов. От этих непривычных занятий он взопрел и пришел в крайнюю степень раздражения. В очередной раз оглядевшись по сторонам, мужчина подошел к краю тротуара и поднял руку. Любому, кто видел этот жест, бросилось бы в глаза, что он не привык останавливать случайные машины, зато поднаторел командовать персональным водителем. Впрочем, обычные прохожие в Москве не обращают внимания на чужие привычки.

Почти сразу возле коренастой, круглобокой, но на удивление прямой фигуры притормозила черная «Волга», человек в коричневой дубленке сел на заднее сиденье, положил на колени кожаный дипломат и, стараясь не щелкать замками, приоткрыл его. В простеганном шелковом нутре лежал прибор, похожий на популярный когда-то в СССР радиоприемник «Спидола». Человек выдвинул антенну и нажал кнопку проверки готовности. На панели зажглась зеленая лампочка – все в порядке. Он посмотрел налево.

«Волга» проезжала мимо казино «Метелица», как раз в его сторону и торчала направленная антенна. Если сейчас нажать вторую кнопку, то сжатый во времени импульс перебросит в «Метелицу» спрессованное сообщение, которое практически невозможно запеленговать. Но казино его не ждет, там некому принять и раскодировать шифровку. Да она там никого и не интересует.

Глава 2

Охота на Прометея

Бар «Ночной прыжок» располагался на Тверской, наискосок от Мариотт Гранд отеля. Это было элитное заведение, известное тем, что в нем собирались самые красивые девушки Москвы. Встреча была назначена на восемнадцать тридцать, Вениамин Сергеевич намеренно опоздал на пять минут – в конце концов, это не «моменталка», к тому же пусть самовлюбленный идиот Слепницкий подождет, почувствует, с кем имеет дело.

Припарковаться вечером на Тверской практически невозможно, но как раз напротив входа имелось свободное место, и черный «Мерседес-500» Министерства обороны вошел в него, как ракетный тягач в родной бокс. И прапорщик-водитель и генерал-майор Фальков полагали, что чины, звания, крутой автомобиль, министерские номера и синий маячок сбоку на крыше позволяют им парковаться где угодно. Возможно, так и было, но «Ночной прыжок» являлся исключением из правил. Место напротив входа занимать не полагалось на случай, если сюда пожалует хозяин заведения, хотя никто доподлинно не знал, кто является хозяином модного ночного бара.

Массивную деревянную дверь отгораживал стальной барьер, протянувшийся вдоль стены метра на четыре. В результате образовался искусственный коридор и подходить ко входу можно было по одному или максимум по двое, чтобы крупным, внушительного вида «секьюрити» было проще осуществлять фейс-контроль. По какому признаку допускались посетители, никто не знал, но то, что здесь не случалось скандалов, драк и других неприятностей, – это, как говорится, медицинский факт.

Фальков не был завсегдатаем подобных заведений и плохо знал нравы и правила поведения ночной Москвы, но не сомневался в своей очевидной респектабельности и благонадежности. Однако широкоплечий парень с ничего не выражающими глазами неожиданно преградил ему дорогу.

– Извините, это частный клуб. Сюда вход только по абонементам и пропускам.