Звезда наемников

В битвах на планете Треллван Грейсон Карлайл создал великолепный отряд наемников. Вскоре они получили важное задание – помочь фермерам-повстанцам некогда мирной планеты Верзанди. И хотя Грейсон Карлайл считается опытным воином, объединение разрозненных отрядов повстанцев в борьбе против оккупантов очень трудное дело. Отряд Грейсона должен победить или погибнуть, потому что честь и совесть и в третьем тысячелетии иногда оказываются сильнее меркантильных расчетов.

ПРОЛОГ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

Огонь бросал на низко висящие облака багровые отсветы. Ревело пламя. Дым и. искры уносились вверх, в черное беззвездное небо. Люди метались по улицам, унося с собой те жалкие пожитки, которые им удалось спасти. Одни бежали, прижимая свое добро к груди, другие волокли с собой корзины и метки. Порывы ветра временами раздували пламя, и тогда по покореженной мостовой метались громадные черные тени бегущих. Крики, стоны, проклятья, причитания, пальба, что слышались отовсюду, сливались в единый хор, будто оплакивающий гибель Маунтин-Висты – этого занюханного городишки, что притулился у подножия горы Виста.

«Мародер» тяжело развернулся. Увешанные орудийными установками руки приняли горизонтальное положение. «Мародер» искал новую цель... Нашел. Ею оказалось большое здание со сплошь застекленным фасадом. Каким-то чудом ни одно стекло не было разбито. Вывеска на крыше извещала, что это склад-магазин сельскохозяйственного инвентаря. На площадке перед входом метались тени. Объятый пламенем глайдер, лежащий неподалеку, освещал всю сцену.

«Мародер» сделал несколько шагов по направлению к зданию. Тотчас же из дверей, будто тараканы, стали выскакивать люди, разбегаясь во все стороны.

Ослепительная вспышка озарила правую руку смертоносной машины. Струя плазмы, исторгнутая из ПИ-излучателя, ударила прямо в витрины. Часть стекол разлетелась на тысячи осколков. Затем где-то в недрах склада раздался взрыв. Должно быть, загорелись какие-нибудь минеральные удобрения, хранящиеся внизу. Взрыв был такой силы, что земля содрогнулась под ногами боевого робота. Оставшиеся стекла витрины прямо-таки выдавило наружу. По толпе у входа хлестнула шрапнель из битого стекла, расщепленного дерева и бетонного крошева, разрывая в клочья беззащитную человеческую плоть. Три верхних этажа здания на миг будто повисли в воздухе, затем тяжко ухнули вниз. Дождь осколков простучал по броне «Мародера». Облако пыли заволокло все вокруг. Когда пыль осела, там, где только что было здание, виднелась бесформенная гора обломков. Площадь перед нею была сплошь усеяна телами. Раненые корчились и вопили, мертвые лежали тихо.

Валдис Кевлавич радостно расхохотался, обливаясь потом в горячем нейрошлеме. Все в нем ликовало. Он и его «Мародер» – они были единым целым. Гигантская машина подчинялась любому его желанию, достаточно было о нем помыслить. Вот и сейчас «Мародер» отвесил неуклюжий, пародийный поклон горе обломков, затем развернулся и двинулся к центру городишка, увеча мостовую. Инфрасканеры проецировали на экран изображения в виде слитных зеленых силуэтов. Во многих местах на экране ярко светились белые пятна, отмечая места, где бушевало пламя в инфракрасном диапазоне. Люди разбегались от несущего смерть «Мародера». От его «Мародера». В инфракрасном диапазоне они виделись как юркие зеленые призраки, метущиеся по пространству экрана.

II

Выхода не было, на предложение этого Девика Эрадайна приходилось соглашаться. К тому же это предложение было единственным, которое Серый Легион Смерти получил за все шесть месяцев торчания на Галатее. Пора было принимать решение: или расформировывать Легион к чертовой матери, и пусть каждый сам ловит удачу за хвост, или же подыскать какую-нибудь работенку. Легионеры и так уже косили глазом на другие отряды. Благо, чего-чего, а наемных отрядов на Галатее хватало – планета эта была своего рода рынком наемных воинов. Со всего Лиранского Содружества сюда стягивались наемные отряды или их представители. Да и не только оттуда – были отряды и со стороны. Сюда же являлись и уполномоченные всевозможных планетных правительств, испытывавших в данный момент... некоторые трудности. – Короче, наемных отрядов на Галатее было множество – плюнуть некуда. К тому же полностью укомплектованных – все чин чинарем, все двенадцать боевых роботов в каждом, как и полагается, плюс полный боевой состав, плюс вспомогательные подразделения. Да что отряды – целыми дивизиями на Галатею являлись. Так что конкуренция здесь была жесточайшая.

Сам же Серый Легион Смерти на момент прибытия сюда мог похвастаться лишь пятью боевыми роботами. Ветеранов среди водителей роботов, имеющих хоть мало-мальски приличный боевой опыт, было всего двое – Лори Калмар на своем «Страусе», да Грейсон на «Беркуте». Правда, за несколько недель в Легион завербовались пятеро водителей, а двое из них не на своих двоих пришли, а на собственных боевых роботах. Так что на сегодняшний день в Легионе было семь машин.

Грейсон крутился как белка в колесе. Надо было поторапливаться – деньги утекали с устрашающей быстротой. Он начал с того, что завербовал пару взводов пехоты. Пехотинцев надо было еще подготовить – на это требовалось время. Нашел неплохих техов – боевые роботы нуждались в ремонте и перевооружении. Закупил запчасти для ремонтной базы. А денежные средства все таяли и таяли.

Ренфорд Тор, капитан Т-корабля «Индивидуум», тоже не сидел сложа руки. Где-то нашел и завербовал двух пилотов аэрокосмических истребителей. В задачу пилотов входили защита в космосе и тактическая поддержка во время планетных операций Легиона.

Завербованные пехотинцы попали в «ласковые и заботливые» руки сержанта Рэмеджа, который изо дня в день беспощадно гонял их, отрабатывая тактические приемы. Прошло совсем немного времени – и пара пехотных взводов превратилась в единое вымуштрованное подразделение. Не жалея глотки и кулаков, Рэмедж доказал пехотинцам, что приемы борьбы с вражескими боевыми роботами никоим образом не исключают тесного взаимодействия с машинами родного Легиона.

III

Центральной звездой планетной системы, к которой принадлежала Галатея, была звезда спектрального класса F8. С планеты ее солнце выглядело как крошечный, нестерпимо палящий диск в безоблачном небе бронзового цвета.

Было около полудня, а жара уже стояла несусветная. Но даже несмотря на пекло, космопорт жил своей обычной лихорадочной жизнью.

В настоящий момент особенная активность наблюдалась возле площадки номер двадцать, где полным ходом шла погрузка шаттла. Между шаттлом и служебной зоной туда-сюда сновали транспортеры, доставляя к кораблю контейнеры, тут же подхватываемые подъемниками.

Наблюдали за погрузкой дежурный офицер-таможенник Галапорта и его ассистенты. Прежде чем достигнуть шаттла, вся вереница грузов шла на досмотр. Только после взвешивания и выяснения содержимого многочисленных контейнеров груженые транспортеры двигались дальше – к шаттлу.

В руках у таможенников были микрокомпьютеры, куда заносились данные о характере и массе пропущенного груза.

IV

В свое время, будучи еще в отряде отца, Грейсону нередко приходилось присутствовать при штабных совещаниях. Грейсон тогда находил их утомительно-ненужными. Командиры подразделений часами сидели и бесконечно обсуждали какие-то мелкие (так ему тогда казалось) хозяйственные вопросы. Большей частью беседы – а частенько и горячие споры – вертелись вокруг денег. Теперь, будучи командиром отряда наемников, Грейсон, что называется, на собственной шкуре испытал, как это важно – чтобы в кассе отряда всегда были деньги. Грейсон готов был локти грызть от досады, что в свое время не слушал и не запоминал, как решались денежные вопросы в отряде Коммандос Карлайла. Ведь ему тогда предоставлялась уникальная возможность присутствовать при штабных совещаниях, где были представлены все подразделения, все хозяйственные службы, и на священнейшей для любого наемника процедуре – распределении заработанных денег.

Понятное дело, юный Карлайл-младший находил все это неимоверно скучным для себя. И поныне Грейсон буквально ненавидел штабные совещания. Понимая, впрочем, их необходимость.

Первое свое штабное совещание Грейсон решил провести в кают-компании «Фобоса» – месте, которое он временно избрал под штаб. Он не любил не только сами штабные совещания, его раздражали все связанные с этим формальности, до которых так охочи были некоторые из командиров.

Когда девять приглашенных мужчин и женщин заняли свои места, Грейсон заставил себя сохранять непринужденно-расслабленную позу. Он понимал: его неуверенность и скованность проистекают главным образом оттого, что большинство людей, представляющих сейчас командный состав Легиона, были ему практически незнакомы. За исключением Лори Калмар, сержанта Рэмеджа и Ренфорда Тора. Сейчас командиры сидели, шурша бумагами,– изучали контракт. Грейсон же, стараясь не показывать вида, не меняя позы, переводил взгляд с одного на другого – изучал этих людей, своих непосредственных подчиненных.

Девис Макколл. Большой дружелюбный каледонец. От своих терранских предков-шотландцев Макколл унаследовал типично шотландскую внешность и манеру речи. Боевой водитель. В Легион пришел не на своих двоих, на собственном шестидесятитонном «Стрельце». Сам он гордо именовал свою машину «Громом небесным».

V

«Индивидуум» материализовался в нормальном пространстве в зенитной Т-точке звездной системы Норны, в 1.28 астрономической единицы от звезды. Норна, звезда спектрального класса К2, была меньше и холоднее Солнца – звезды, под светом которой впервые появился род людской. Вокруг этой оранжевой звезды обращались три планеты, плюс астероиды и кометы. Несколько столетий тому назад эта планетная система была заселена выходцами из древней терранской Скандинавии, назвавшими три планеты своей новой системы именами трех богинь судьбы из древней скандинавской мифологии. Ближе всего к Норне находилась Скульд, горячая планета, затянутая плотной пеленой ядовитых облаков, дальше всего – ледяная Урт с ее морями замерзшего метана и аммиака. А между этими крайностями, между огнем и льдом, пролегала орбита Верзанди – планеты, размеры которой очень близки к древней Терре. Орбита Верзанди почти совпадала с внутренней границей термозоны Норны. На поверхности планеты имелась вода. Однако близость к Норне сказывалась в том, что из-за длительности солнечного дня и интенсивности солнечной радиации большая часть поверхности Верзанди представляла собой пустыню.

Из зенитной Т-точки Верзанди выглядела сейчас небольшой звездочкой в 23 угловых градусах от светила. Выйдя в нормальное пространство, «Индивидуум» тут же включил все свои радарные системы, просматривая и прослушивая окружающий мир. Однако ничего не указывало на присутствие поблизости каких-либо шаттлов или Т-кораблей. Девик Эрадайн говорил, что силы Синдиката Драконов обычно не патрулируют Т-точки, но мало ли что могло произойти с тех пор, как он отбыл с родной планеты.

Находясь в свободном дрейфе к Норне, «Индивидуум» сохранял полное радиомолчание, настороженно прослушивая эфир. Однако электромагнитная активность была только в районе вокруг Верзанди и ее гигантской луны. Никаких передач вблизи в пространстве замечено не было. Поэтому «Индивидуум», не теряя времени, начал разворачивать свои гигантские паруса, впитывая и аккумулируя энергию, излучаемую звездой. Т-корабль готовился к следующему прыжку.

– Не нравится мне все это,– сказал Тор. Они с Грейсоном стояли около шлюза, ведущего в транспортный док, где находились шаттлы и АКИ. «Фобос» и «Деймос» были стандартными грузовыми шаттлами, используемыми для перелетов внутри планетных систем. Внешне они напоминали боевые шаттлы класса «Сфера», стоящие на вооружении у Дома Куриты, но на этом сходство заканчивалось. По вооружению и бронезащите они намного уступали настоящим боевым шаттлам Синдиката Драконов.

На ходу привыкая к работе в условиях невесомости, легионеры, работая как одержимые, в считанные часы произвели перекраску обшивки шаттла, нанеся на нее изображения дракона и прочее, что отличало имперские боевые шаттлы класса «Сфера». Теперь на борту «Фобоса» красовалось иное название и стоял другой номер. Тем не менее сомнительно было, что этот фокус пройдет и что шаттл успешно достигнет планеты. Радары Дома Куриты определят наличие чужака в системе задолго до того, как к нему приблизятся патрули. А любой бой, навязанный Драконами, скорее всего, будет иметь для грейсоновского шаттла роковые последствия. Еще на Галатее Грейсона одолевали сомнения: