Журнал «Вокруг Света» № 6 за 2005 год (2777)

Поделиться с друзьями:

Журнал «Вокруг Света»

№ 6 за 2005 год (2777)

Феномен:

Песчаные замки Эола

Дюны не такая уж редкость на нашей планете. Их можно встретить в Сахаре и донских степях, на берегах Арала и в дельте реки Лены, в пустыне Атакама и в окрестностях Байкала. Там, где встречаются песок и ветер, появляются дюны. Правда, в России дюнами принято считать только те песчаные горы, что образуются на берегах морей, рек и озер, а в пустынях – барханами.

Дюны изменчивы. Ветер постоянно обновляет ландшафт, добавляет какие-то детали, штрихи, без устали стирает и заново создает пейзажи на старом песчаном холсте. После каждой бури волны песка застывают новыми гребнями и ложбинами.

Большое путешествие:

Десять лет под огненным дождем

При площади, примерно равной острову Великобритания, и населении 3 миллиона человек Лаос с 1964 по 1973 год получил от США более 2 миллионов тонн взрывчатки. «Получил» – не в качестве военных поставок, а в виде авиабомб, сброшенных на головы лаосских граждан. 2 миллиона тонн – это лишь немногим меньше, чем задействовала авиация всех сторон, сражавшихся во Второй мировой войне. За 6 лет – с 1939 по 1945-й. О том, что такое Лаосская война, как она связана с Вьетнамской, кто в ней победил и что из этого вышло к XXI веку, рассказывают участники экспедиции «Вокруг света».

Судьбы лаосцев и вьетнамцев, которые не являются близкими родственниками в этническом отношении, свел воедино французский колониальный режим. С тех пор как он перестал существовать (а 30 лет спустя исчезло и советское влияние), Лаос все больше втягивается в сферу влияния Таиланда, своего действительного брата по крови.

По тайскую сторону границы живут сейчас 25 миллионов лаосцев – потомки тех, кто был завоеван сиамцами в XIX веке, и новые эмигранты. «Гости» и хозяева без труда понимают язык друг друга. Близки их традиции и обычаи. И вообще, если не углубляться в научные тонкости, различие между Таиландом и Лаосом сводится к тому, что последний сильно отстает в экономике и общественной жизни. Иначе и быть не могло: сказались вековая раздробленность княжеств к востоку от Меконга и их постоянные военные поражения от мощного западного соседа (и как следствие – подчиненное положение по отношению к Бангкоку). Затем пришли французы, мало интересовавшиеся внутренним развитием нового заокеанского владения.

Конечно, западный образ жизни понемногу, самопроизвольно внедрялся в лаосский быт, но тут в 1975 году произошло событие, которое резко замедлило этот процесс, – социалистическая революция. В результате теперь, в начале XXI века, в стране можно найти, например, национальную одежду, особенно женскую, причем не только на фольклорных праздниках. Горные деревни сохраняют совершенно традиционное натуральное хозяйство, если не принимать во внимание спутниковые «телетарелки» над бамбуковыми хижинами. А еще за последние мирные годы (при иностранной помощи) удалось организовать и поддерживать сеть неплохих дорог на всей территории. А нормальные дороги – это путь к туризму, которым обогащаются все соседи Лаоса. Сейчас ежегодно сюда приезжает отдыхать почти миллион человек. Экспедиция «Вокруг света», однако, преследовала несколько иную цель.

Музеи мира:

Осень Средневековья

В теории история – процесс непрерывный. Но на практике в ней оказывается множество разрывов и зияющих пустот. В Национальном музее Средневековья в Париже, известном как Музей Клюни, словно кончиками пальцев ощущаешь, как одна эпоха вырастает из другой, что-то разрушая, что-то заимствуя, чему-то благосклонно позволяя доживать свой век. Ход времени здесь будто материализован.

Музей расположен в самом сердце Латинского квартала – на углу бульваров СенМишель и Сен-Жермен. Туристов сюда влечет не только коллекция, но и архитектура музейного здания.

Давным-давно, когда Париж еще звался Лютецией и входил в Римскую империю, на этом месте располагались термы, остатки которых составляют часть музея. Термы делились на три больших зала: калдарий (для горячих ванн), сейчас практически разрушенный, тепидарий (для теплых ванн) и фригидарий (для холодных), сооруженный по образцу римских терм Траяна и сохранившийся лучше всего. Это единственная римская постройка на территории Франции, где полностью уцелели своды. Помещение так хорошо спроектировано, что даже в самые жаркие дни в этом просторном зале высотой 13,5 метра царит прохлада. Стены и пол обогревались при помощи системы свинцовых и глиняных труб, вода в которые поступала из котлов в подвалах. Летом они открыты для осмотра.

Досье:

Скоростное будущее подземной столицы

В 1954 году вокруг центра Москвы сомкнулось подземное кольцо. С этого события началась новая эпоха в истории столичного метрополитена – он стал стремительно разрастаться от центра к окраинам, теряя по пути роль помпезной «витрины социализма» и превращаясь в простое средство передвижения.

14 марта был открыт последний участок кольцевой линии между станциями «Белорусская» и «Парк культуры». Это случилось через год после смерти Сталина, подчинившего все стройки столицы одной цели – доказательству величия сильнейшей в мире державы. Ради этого поднялись к небу шпили высотных зданий, а на Ленинских горах был воздвигнут громадный «храм науки» – комплекс Московского университета. С той же целью станции метро превращались в подземные дворцы, облицованные мрамором и украшенные картинами, панно, мозаиками, которые прославляли нерушимое единство партии и народа.

Ярмарка идей:

Орбитали зондовой микроскопии

Изобретение сканирующих зондовых микроскопов открыло новую эпоху в изучении свойств поверхности твердого тела и по заслугам было оценено Нобелевской премией по физике в 1986 году. Несмотря на устоявшееся мнение о том, что отдельные атомы невозможно потрогать, в научных лабораториях их уже четверть века умеют отделять и перемещать.

Известный детский конструктор прекрасно иллюстрирует то, какое множество разнообразных устройств можно собрать из достаточно ограниченного набора исходных деталей. Так обстоят дела и во взрослом мире: из сотни химических элементов Таблицы Менделеева в природном промышленном производстве активно используется в лучшем случае два десятка. И из этого скудного набора элементов удается построить все окружающее нас богатство веществ – миллионы органических и неорганических химических соединений.