Затянувшееся послесловие

Абдуллаев Чингиз Акифович

Глава 18

 

Конечно, сразу его не отпустили, даже просмотрев его документы. Пришлось долго ждать, пока они выясняли, кто такой этот эксперт и почему он оказался рядом с человеком, почти десять лет находившимся в федеральном розыске. Труп Саламбека повезли на опознание, его сразу дактилоскопировали. Отпечатки пальцев подтверждали, что под именем турецкого гражданина Энвера Халила в Москву прилетел бывший чеченский полевой командир Саламбек Музаев, находившийся в розыске.

Пришлось ждать, пока приедет один из руководителей ФСБ, лично знавший эксперта по прежним расследованиям. Генерал подтвердил личность Дронго. Только в шестом часу вечера тот вернулся домой, уставший, опустошенный и удрученный сегодняшними событиями. С трудом снял с себя одежду, развязал жилет, прошел в ванную комнату и обнаружил два здоровых синяка в области спины. Очевидно, что приказ не брать бывшего чеченского командира живым распространялся и на всех его собеседников. В самого Дронго дважды прицельно выстрелили с довольно близкого расстояния. И оба раза пули застревали в жилете, не пробивая его насквозь.

Дронго принял душ, вышел из ванной, чтобы сделать себе чай. И почти сразу ему позвонил Горчилин. Увидев, кто именно ему звонит, Дронго пробормотал ругательство, но решил ответить.

– Поздравляю, – сразу заявил Горчилин, – я уже вернулся в свою московскую квартиру. Саламбек убит, и мне уже сообщили об этом. Большое спасибо! Вы сделали все, что я вас просил, и нашли убийцу. Я считаю, что вы выполнили вашу работу на «отлично», господин эксперт.

– Я же просил вас никуда не звонить, – устало напомнил Дронго. – Зачем вы это сделали?

– Просто испугался за вас, – сразу соврал Горчилин. – Вы сказали, что пойдете на встречу с ним, и я за вас испугался. Я ведь знал, на что именно способен мой бывший товарищ. Этот человек превратился в неуправляемого зверя, начал убивать ни в чем не повинных людей. И вполне мог убить вас, разозлившись на меня. Увидев, что вместо меня на встречу пришли именно вы, он мог просто убить вас на месте и не начинать никаких переговоров.

– Но я просил вас подождать, – снова повторил Дронго.

– Какая сейчас разница, – сказал Горчилин, – ведь все закончилось прекрасно! Убийца наказан, его застрелили. Все остались живы. Вы спасли жизнь Шалве в Тбилиси, вы сумели спасти жизнь Леониду Субботину. Повторяю, вы все сделали на «отлично», и у меня нет к вам абсолютно никаких претензий. Вторую часть вашего гонорара я завтра утром переведу вам.

– Вы убили невиновного человека, – прервал его монолог Дронго. – Он приехал сюда, чтобы спасти вас и попытаться разоблачить настоящего убийцу. Он искал встречи с вами, чтобы предупредить вас о грозящей вам опасности. А вы поступили подло, не только предав старую дружбу, но и сдав его федеральным властям.

– Вы с ума сошли? – взвизгнул Горчилин. – Как это спасти? Это он убил Гордицкого и Эльгарова, там нашли его отпечатки пальцев. Это он пытался убить Чиладзе и Субботина, а когда у него не получилось, решил покончить со мной. Но я оказался слишком «крепким орешком» и был ему не по зубам.

– Он хотел вас спасти и предупредить об опасности, – повторил Дронго, – а вы сдали его властям. Поступили очень подло и глупо. Хотя бы потому, что настоящий убийца остался на свободе и теперь наверняка попытается убить именно вас. Ведь остальные двое ему пока недоступны.

– Никаких других убийц просто не существует, – радостно заявил Горчилин, – не нужно меня больше пугать. Я же умею рационально мыслить. Нас было восемь человек. Двое погибли там, двое погибли здесь. Двоих вы успели спрятать. Оставались еще двое: я и Саламбек. И все знали, что убийца кто-то из нас. Я не мог быть убийцей, хотя бы потому, что нашел именно вас для нашей защиты. Оставался Саламбек. Я никогда не прощу ему убийства наших товарищей. Даже мертвому не прощу. Я уже звонил Казбеку и поздравил его со смертью убийцы его старшего брата. Они ведь тоже все знали. Было понятно, что сотрудники ФСБ получили конкретный приказ – не брать его живым. Что они и сделали.

– Вы не хотите меня слышать, – сказал Дронго. – Он почти десять лет прятался, даже получил турецкое гражданство под чужим именем. А ради вас и ваших товарищей он решил вернуться обратно, понимая, какому риску подвергается. Он верил вам, а вы его сдали…

– Чем больше вы талдычите мне об этом, тем больше я понимаю, что поступил правильно. И давайте закончим наш разговор. Все равно уже ничего нельзя изменить. Я обязан был информировать наши правоохранительные органы о том, что в Москве появился бывший чеченский полевой командир, находившийся много лет в розыске и считавшийся без вести пропавшим. А если он готовил взрывы в метро или еще какой-нибудь гнусный террористический акт?

– Не делайте из него монстра. Он был нормальным человеком.

– Это в вас говорит кавказская солидарность, – весело заявил Горчилин, – не нужно делать из него ангела. Он никогда им не был. Человек, который прошел три войны, превращается в зверя уже независимо от самого себя. Неужели вы этого не понимаете? Все. Дело закрыто. Вы получаете свой гонорар, и мы с вами расстаемся довольные друг другом. Можете позвонить Шалве и Леониду, чтобы они вернулись на свои места. И не забудьте сказать им, что именно мне удалось ликвидировать этого бандита.

– Убийца на свободе, – возразил Дронго. – Должен признаться, что вы мне ужасно надоели. Я сейчас положу телефон и больше никогда не буду с вами разговаривать. Но реальный убийца уже находится в Москве. Вам осталось жить не больше нескольких часов. Возможно, сутки, двое, но вы все равно обречены. Почему вы так упрямо не хотите меня слышать?

– Потому что я не верю в ваши сказки о неизвестных убийцах! – крикнул, срываясь на истерику, Горчилин. – И вы меня не сможете в этом убедить!

– Я с ним сам разговаривал, – сообщил Дронго, – а вчера он позвонил мне и сообщил, что не будет трогать членов ваших семей. Ему нужны только три человека – вы, Субботин и Чиладзе. И как только он решит свои проблемы с вами, он прекратит свои убийства.

– Вы блефуете? – не поверил Горчилин.

– Приезжайте ко мне, и я поставлю вам пленку с его голосом на автоответчике.

– Это черт знает какая хрень, – выругался бизнесмен, – не могу я в это поверить! И не хочу. Саламбек убит – и всё. Больше там никого не было. Никого. И в живых никто не остался. Я сам был на похоронах, видел обоих погибших. Не нужно меня пугать! Мы закончили нашу совместную работу. До свидания.

Дронго бросил свой мобильный на стол, даже не попрощавшись. Взглянул на бумагу, оставшуюся здесь со вчерашнего дня. Итак, теперь уже понятно, что Саламбек Музаев и Энвер Халил – одно и то же лицо. Ясно, что Саламбек говорил правду. Он не мог участвовать в этих двух убийствах – хотя бы потому, что его не было в это время в тех местах. Значит, с двумя персонажами уже разобрались. Никакой банды не существует. Турецкий гость и бывший чеченский командир – это один человек. Тот самый человек, который пытался помочь, каждый раз немного опаздывая. Но, прибыв в Витебск и Нальчик, побывав на местах преступлений, он сделал надлежащий вывод и в Тбилиси уже прилетел в день возможного покушения. А в Москве даже попытался опередить убийцу. И попал под выстрелы сотрудников ФСБ. Формально все правильно, фактически это было убийство хорошего человека, который рисковал своей свободой и жизнью, чтобы спасти своих товарищей. Леонид Субботин был прав: Саламбек не был убийцей, но он оказался роковым образом причастен к этим преступлениям, так как дважды появлялся в городах, где они совершались, и даже умудрился оставить отпечатки своих пальцев на лестничной площадке дома Эльгарова. Дома, где было совершено убийство.

Теперь нужно подумать о том, как действовать дальше. Горчилин не просто болван, он еще и воинствующий болван, ничего не понявший и предавший своего друга, который изо всех сил пытался его спасти. Но убийца реально существует, и его нужно обезвредить. Перед своей гибелью Саламбек успел крикнуть, что Тауфик Сабри не тот человек, за которого себя выдает. Тогда кто такой этот убийца? И как его вычислить? Легче всего забыть обо всем, получить вторую половину гонорара и забыть об этих убийствах и оставшихся в живых троих товарищах. Горчилин вполне заслужил такую участь – и своим невежеством, и своим предательством. Но остальные двое были нормальными людьми. У Шалвы Чиладзе трое сыновей, и им нужно помочь. У Субботина сын-подросток, молодая жена. Нет, он не имеет права оставлять их без помощи, даже если об этом его не просят. Он обяан остановить убийцу.

Этот ливанец – условно будем называть его так – весьма опытный человек. Он понимает, что в ближайшие дни не сможет найти Субботина, уехавшего в отпуск, и тем более не найдет Чиладзе, которого прячет сам Дронго. Значит, он будет выходить на беспечного Горчилина, который полагает, что ему уже ничего не грозит. Он вернулся в свою городскую квартиру.

Дронго задумался. Если этот тип сообразительный человек, то он не станет откладывать убийство на другой день. Если каким-то образом он сумеет узнать о смерти Саламбека, то нанесет удар именно сегодня, пока сотрудники ФСБ и МВД празднуют победу, а у Горчилина эйфория после смерти Саламбека. Да, именно сегодня вечером или ночью убийца попытается убрать Юлия Горчилина. Нужно наконец забыть о собственной гордости и позвонить Горчилину. Другого варианта просто не будет. Нельзя считать себя профессионалом и отстраниться от решения этой проблемы.

Дронго позвонил Горчилину и обнаружил, что тот отключил свой телефон. Он позвонил по второму, но тот тоже был отключен. Он вспомнил, что у него есть номер домашнего телефона бизнесмена. Нашел записную книжку, в которой был записан номер и позвонил. Телефон долго не отвечал, наконец послышался недовольный голос Горчилина:

– Алло, кто это говорит?

– Это снова я, – сказал Дронго.

– Мы уже закончили наш разговор, – лениво произнес Горчилин, – зачем вы меня беспокоите? Я же вам сказал, что остальную часть гонорара переведу завтра.

– Нельзя считать, что все мыслят так же гнусно, как и вы, – не выдержал Дронго.

– Вы обещали больше не звонить, – окончательно разозлился Горчилин.

– И не позвонил бы. Но я боюсь, что после того, как он уберет вас, он отправится на поиски Субботина и Чиладзе. И поэтому я полагаю, что его нужно остановить именно здесь и сейчас.

– У вас есть способности Ванги или Кашпировского? – зло спросил Горчилин. – Может, вы мне еще что-нибудь нагадаете?

– Сегодня ночью вы умрете, – сказал Дронго.

Каким бы нечутким и грубым ни был человеком, но подобные слова он просто не может проигнорировать.

– Что вам нужно? – нервно осведомился Горчилин. – Что еще вы хотите?

– Приехать к вам и попытаться остановить убийцу, который почти наверняка сегодня попытается вас устранить, – предложил Дронго.

– Вы мне просто надоели, – сердито сказал Горчилин. – Ладно. Делайте как считаете нужным. Можете приехать ко мне, если хотите. Но учтите, что я готов терпеть это непонятное безумие до завтрашнего утра. А потом мы с вами расстанемся навсегда.

– Надеюсь, что именно так и будет. Где находится ваш дом?

– На Пречистенке, я вам сейчас объясню. И учтите, что у нас есть свой консьерж и своя охрана. Так просто вам не пройти. Это новый дом. И даже на моем этаже есть мой собственный телохранитель.

– С чем я вас и поздравляю, – пробормотал Дронго. – Сейчас приеду. И учтите, что я буду звонить таким образом: три, один, три, один. Чтобы вы мне открыли.

– У меня в доме стоят камеры наблюдения, – рассмеялся Горчилин. – Я же вам говорю, что это тухлый номер. Никто ко мне так просто не попадет. И вообще не существует никакого ливанского убийцы. Это все выдумки, фантазия. Но все равно приезжайте, раз вы так хотите. Отпразднуем нашу победу вместе. У меня будут гости.

– Много? – уточнил Дронго.

– Человек десять. Я теперь могу себе позволить веселиться. Поэтому приезжайте.

Дронго положил трубку. Нужно снова надеть на себя этот жилет и взять оружие, подумал он. На этот раз Кружкова звать не нужно. Тот ему все равно не поможет, и надеяться нужно только на собственные силы. Если он все правильно рассчитал, неизвестный убийца должен обязательно узнать о смерти Саламбека Музаева и решить, что это самый лучший момент для нанесения удара по расслабившемуся и не ожидающему подобного нападения Юлию Горчилину.

До нужного дома он добрался лишь к восьми часам вечера – сказались вечерние автомобильные пробки. Во дворе сидели охранник и консьерж, которые уточнили фамилию приехавшего и, перезвонив Горчилину, получили разрешение на его проход. Кажется, система действовала безупречно, но он прекрасно знал, что этот мордастый охранник с тупым выражением лица и женщина-консьерж никогда в жизни не смогут остановить такого профессионала, каким был Тауфик Сабри.

На восьмом этаже у дверей двухуровневой квартиры сидел еще один охранник. Он тоже проверил документы и лениво кивнул, разрешая пройти. Дронго подошел к дверям. Роскошные двери с вензелем хозяина квартира. Он позвонил три раза, затем один раз, снова три и один.

– Напрасно вы так звоните, – заметил охранник, – у нас везде установлены камеры. – Он показал наверх, где работали одновременно две камеры. – Вас сейчас видит и хозяин квартиры, и наш консьерж, – добавил охранник, усмехнувшись.

Дронго подождал, пока ему откроют дверь, и шагнул в квартиру. Теперь остается только ждать, когда здесь появится тот самый убийца, о встрече с которым он мечтает уже несколько последних дней.

Появился Горчилин в бордовом халате, расшитом зелеными драконами.

– Добрый вечер, – поднял он правую руку. – Правильно сделали, что пришли. У нас будет вечеринка, и я познакомлю вас со всеми своими друзьями. Пусть они тоже узнают о таком замечательном эксперте, как вы. Возможно, у них появятся свои проблемы, которые вы сможете столь же блистательно решить.

Дронго промолчал. Он не стал говорить самонадеянному хозяину, что прошел в дом, имея при себе оружие – и никто даже не спросил его об этом. Он понимал, что скоро начнется последний акт этого затянувшегося послесловия, и не собирался реагировать на глупые реплики Горчилина.