Зачарованные. Сила трех

Уиллард Элиза

ГЛАВА 2

 

– Сюрприз! – выкрикнула Фиби, показывая сестрам ключ. – Я нашла его в тайнике и не замедлила воспользоваться.

Прюденс растерянно глядела, как младшая сестра вешает зонт на крючок и сбрасывает на пол с плеча свою промокшую сумку. Сразу было видно, что Фиби прогнала дурные воспоминания. Не только те, что касались Роджера, но и те, что касались их постоянной вражды, продолжавшейся с малолетства.

Прюденс всегда старалась уберечь младшую сестру от необдуманных поступков, но та все равно умудрялась влипнуть в какую-нибудь историю. Фиби никогда не испытывала на собственной шкуре последствий своей неосторожности – все приходилось расхлебывать Прю.

Пайпер из кожи вон лезла, чтобы помирить сестер. Но последнее происшествие с Роджером пустило все ее усилия коту под хвост.

Прюденс была уверена, что никогда не простит Фиби. По крайней мере, сейчас.

В глубине души старшая сестра не верила, что младшая положила глаз на ее бывшего приятеля, но что же ей еще оставалось думать? Какого рожна понадобилось Фиби в квартире Роджера?

Объяснение, будто парень заманил ее к себе обманом, совсем не казалось убедительным.

– Фиби! – Пайпер одним прыжком промахнула прихожую и обняла сестру. – Добро пожаловать домой.

 – Привет, Пайпер! – Та тоже раскрыла объятия. Потом поглядела через плечо средней сестры на старшую и ослепительно улыбнулась ей.

Прюденс отметила про себя, что Фиби выглядит неплохо. Ей очень идет новая короткая стрижка, а фигура и прежде была прекрасной.

На ней красовались джинсы и вызывающая кофточка. «А плащ, как всегда, забыла, – подумала старшая сестра. – Интересно, зачем она приперлась? Что ей от нас нужно?»

– Как же здорово увидеться вновь! – воскликнула Пайпер, потом повернулась к старшей сестре: – Правда, Прю?

– У меня слов нет, – пробурчала та, скрестив руки на груди, а про себя подумала: «Надеюсь, Фиби не собирается продать бабушкин дом, чтобы расплатиться с долгами. Неужели она вернулась сюда только поэтому? Ей нужны деньги. Что ж, Фиби, ты просчиталась по-крупному. Мы ни за что не расстанемся со своим домом».

С улицы донесся автомобильный гудок.

– Ой! Я совсем забыла про такси! – воскликнула Фиби.

– Я все улажу, – заверила Пайпер. Она схватила со стола сумку старшей сестры и выскочила за дверь.

– Эй, там же мой бумажник! – возмутилась Прюденс, но слишком поздно. Пайпер уже преодолела половину пути.

– Спасибо, Прю. Я тебе все верну, – пообещала Фиби.

Сестра кивнула, не в силах унять участившееся дыхание. Она прекрасно помнила, что Фиби ни разу в жизни не отдала долга.

Затем Прюденс указала на стоявшую на полу сестричкину сумку.

– Все мое ношу с собой, так? – произнесла она, не ожидая ответа.

– Да, это вся моя собственность, – подтвердила Фиби. – Еще у меня есть велик, но я же оставила его здесь, разве не помнишь?

Прюденс обвела комнату затравленным взглядом, не зная, что еще сказать. Ей стало совсем неуютно. И Пайпер еще где-то застряла...

– Слушай, Прю, – начала Фиби. – Я знаю, что ты меня совсем не ждала...

– Мы не собираемся продавать бабушкин дом, – бухнула старшая сестра.

– Ты думаешь, что я приехала для этого? – изумилась Фиби.

– Мы с Пайпер позволим тебе занять здесь одну комнату только по той причине, что этот дом принадлежал многим поколениям наших предков...

– Оставь урок истории себе! – вскинулась Фиби. – Я росла здесь так же, как и ты! – Она глубоко вздохнула. – Может быть, поговорим о том, что тебя беспокоит на самом деле?

– Нет, – отрезала Прюденс, стараясь сохранять спокойствие. – Я все еще сердита на тебя.

– И ты собираешься омрачить радость нашего воссоединения из-за каких-то глупостей? – спросила Фиби презрительно.

– Нет, но в любом случае нам с тобой разговаривать не о чем.

– Мне и на фиг не нужен был твой Роджер, – выпалила Фиби. – Я знаю, ты мне не веришь, потому что этот моднючий выпивоха наплел тебе...

– Эй! – появившаяся на пороге Пайпер крикнула задорным голосом. – У меня потрясающая мысль – не закатить ли нам грандиозную пирушку в честь возвращения сестрички?

Неожиданно небо прорезала молния, и комната на мгновение заполнилась мерцающим светом.

Прю поглядела на Пайпер, потом на Фиби:

– Мне не хочется есть.

– А я перекусила в автобусе. – Фиби подхватив сумку, стала подниматься по ступенькам.

– Л-а-а-а-адно, – протянула Пайпер. – Раскроем друг другу объятия попозже...

– Как знаешь! – Прюденс резко развернулась и направилась в кухню. Она чувствовала что готова вот-вот взорваться. И принесла же нелегкая Фиби именно тогда, когда жизнь на чала налаживаться. И отношения с Роджером как-то пришли в норму. Конечно, работать вместе с ним в музее вовсе не сахар, но в остальном все было замечательно.

Прюденс схватилась за край стола и сделала глубокий вдох. «Держи себя в руках, – произнесла она мысленно. – Просто не обращай внимания».

Фиби сидела на своей кровати в старенькой голубой футболке и широких пижамных брючках. Одним глазом она глядела на экран маленького телевизора, примостившегося на шкафу. Ее мысли были заняты не передачей, а отношениями со старшей сестрой.

Фиби потрясло то, что за такой срок Прю ничуть не смягчилась. Шесть месяцев – этого должно было хватить с лихвой даже для нее. Тем не менее сестрица по-прежнему полагала, что разрыв с Роджером произошел именно из-за нее.

«Может быть, я действительно была в этом виновата, – призналась себе Фиби. – Наверное, мне не стоило доверять Роджеру, когда он пригласил меня к себе домой, чтобы передать кое-что для Прю. Следовало понять, что ничего он передавать не собирается, а просто хочет меня соблазнить». Она вздрогнула, вспомнив о том, как Прю нагрянула в тот момент, когда она вырывалась из рук Роджера.

«Нет, все-таки я ни в чем не виновата, – уверяла она себя. – Роджер действительно на меня напал. Если бы Прю только узнала, что ему было нужно на самом деле...»

Возвращение домой далось Фиби с большим чудом – ведь она знала, что столкнется носом к носу с Прю. «Ну могла же сестра хоть чуть-чуть охолонуть, – подумала Фиби. – И постараться понять... Но Прю уже не переделаешь!»

Фиби постаралась сосредоточиться на выпуске новостей, и тут в дверь постучали. Она поднялась, чтобы открыть.

На пороге стояла Пайпер, одетая в короткую хлопчатобумажную рубашечку и шелковое кимоно.

– О Феба, ты проголодалась? – шутливо возвышенно произнесла она, протягивая поднос с бутербродами, тертой морковкой и двумя стаканами чая со льдом.

Затем осторожно поставила поднос на кровать, взяла стакан и отхлебнула чаю.

– Уверена, что Прю скоро отойдет, – заверила Пайпер сестру.

– Не думаю. По крайней мере, не скоро. – Фиби схватила бутерброд с индюшатиной. – Она злится по-прежнему. Нужно было мне остаться в Нью-Йорке. А почему ты ей не сказала, что я приеду?

– Тогда бы она нам помешала, – объяснила Пайпер. А потом вдруг добавила: – Вообще-то, по-хорошему, ты сама должна была ее предупредить.

– Ты же знаешь, как трудно с ней разговаривать. Она ведет себя как мать, а не как сестра. – Вздохнув, Фиби откусила кусочек и отпила чаю.

– Это не ее вина, – возразила Пайпер. – Ей можно сказать, пришлось пожертвовать...

– ...собственным детством, чтобы поставит нас на ноги, – закончила сестра. – Слышала это уже миллион раз!..

– Да, нам просто повезло, что она оказалась такой самоотверженной! – не сдавалась Пайпер. – Нам с тобой все давалось легко, а она взвалила на себя буквально все трудности, потому мы и жили припеваючи.

– Ну что ж, теперь мне уже двадцать два. И мне больше не нужно, чтобы она была для меня мамочкой. Мне нужна именно старшая сестра. – Фиби взяла морковку. – Хватит, надоело разговаривать о Прю. Давай лучше о тебе. Как у тебя дела? Например, в любовном плане?

Пайпер застенчиво улыбнулась.

– Ну, если честно, – она принялась наматывать на палец прядь волос, – замечательно!

– Правда?! – Фиби подалась вперед. Теперь у них действительно было о чем поговорить. – Расскажи мне поподробнее!

– Ну, я по-прежнему встречаюсь с Джереми – я тебе говорила о нем. Он репортер из «Кроникл». Замечательный парень!

– Просто замечательный? – уточнила Фиби.

Пайпер вспыхнула в ответ:

– Не просто! У него... у него такие глаза, наешь... какие-то особенные.

Пайпер схватила Фиби за руку.

– Ты понимаешь, о чем я говорю? Он самый потрясающий парень, которого я когда-либо встречала. Я даже сперва понять не могла, что он во мне нашел.

– Как же он мог в тебе чего-то не найти? – не согласилась сестра. – А вы давно встречаетесь?

– Около полугода. Начали незадолго до бабушкиной смерти, – ответила Пайпер. – Мы познакомились с ним в больничном кафетерии. Он расследовал какое-то происшествие. Я перепачкалась рулетом, и он протянул мне салфетку.

– Как романтично! – Фиби шутливо закатила глаза.

– Не смейся! Получилось и вправду романтично. Он успел написать на салфетке свой телефон. – Пайпер сделала паузу. – Знаешь, Джереми всегда был рядом, пока бабушка болела. – Зардевшись, она еле слышно прошептала: – Думаю, он может стать для меня тем самым единственным человеком...

– Вот это да! – выдохнула Фиби. – Невероятно! Я так рада за тебя! – Она наклонилась к сестре и обняла ее.

Фиби искренне радовалась за сестру. Они были дружны, и Пайпер всегда ее защищала. «Уж с ней-то нас водой не разольешь», – подумалось ей.

Пайпер внезапно указала на экран телевизора:

– Гляди-ка! Это же Джереми!

Фиби схватила пульт и прибавила звук. Корреспондентка расписывала зрителям ужасающее убийство женщины. Стоявший рядом с ней привлекательный молодой широкоплечий парень разговаривал с полицейскими.

– Это и есть Джереми? – спросила Фиби. – Он клевый!

– Должно быть, собирает материал, – пояснила Пайпер.

– Возможно, это убийство было ритуальным, – произнесла журналистка. – Все три  жертвы, скорее всего, были последовательницами какого-то культа. У них оказались одинаковые татуировки под ключицей.

На экране появилось изображение татуировки – три дуги, заключенные в круге.

Этот репортаж неожиданно взволновал Фиби.

– Тебе что-нибудь известно? – спросила она сестру. – Когда здесь появился этот маньяк?

– Ш-ш! – прошипела Пайпер, махнув рукой.

– Тело женщины нашли в каком-то странном месте, напоминающем алтарь, – продолжала журналистка. – Это снова указывает на обрядовый характер преступления.

– В Сан-Франциско народ все дичает и дичает, – прокомментировала Фиби, как только репортаж закончился. – Пока этого психа не поймают, нужно быть осторожнее.

Раздался стук в дверь, и на пороге появилась Прюденс, выглядевшая уже более спокойно.

– Эта комната всегда была самой холодной доме, – заметила она, бросая на стул стеганое одеяло.

Фиби неожиданно почувствовала, что в комнате вновь повисла напряженность. Стоя в дверях, сестра не двигалась.

«Наверное думает, что, едва она войдет сюда, с ней что-нибудь случится», – сообразила Фиби.

– Спасибо, Прю, – произнесла она с улыбкой.

Пайпер придвинулась к ней вплотную. «Наверное, раздумывает, что бы такое сказать, поняла Фиби. – Подыскивает слова, способные растопить лед между мной и Прю».

Старшая сестра тем временем коротко кивнула ей и на секунду уставилась на нее. «Может, Прю хочет мне что-то сказать? - предположила Фиби. – Может, она сердится не так сильно, как мне кажется? Хорошо бы нам поговорить, как настоящие сестры».

Фиби всей душой ждала такого разговора. Но Прюденс, так ни слова и не сказав, повернулась и ушла.

Фиби напряженно глядела ей в спину. «Мне этого не понять, – подумала она с горечью. – Мы с Прю сестры, так почему же так велика разница между нами?»

Пайпер, словно утешая, тронула ее за руку:

– Не бери в голову. Просто ей нужно время, чтобы осознать случившееся.

Фиби вздохнула, глядя, как старшая сестра спускается по деревянной лестнице. «Да, правильно, – подумалось младшей. – Что же еще от нее ждать, если я всегда бессовестно ее использовала, ровным счетом ничего не давая взамен? Она до сих пор не может этого простить».

– Слушай, у меня блестящая мысль! – воскликнула Пайпер.

– А у нее тоже? – съязвила Фиби.

– Нет, действительно блестящая, – заверила Пайпер. – Идем-ка.

Она схватила сестру за руку и потащила по скрипящим ступеням.

– Куда мы идем? – спросила Фиби.

– В гостиную. У меня для тебя сюрприз. Тебе наверняка понравится.

Едва оказавшись в гостиной, Фиби плюхнулась на кушетку.

– Я сейчас, – заверила Пайпер, уходя.

Фиби заметила старую фотографию, стоявшую на столе. Три маленькие девочки, держась за руки, весело улыбались.

«Как бы хотелось, чтобы и теперь все было, точно так же, – подумала Фиби. – Как мы были тогда счастливы! Счастливы, несмотря ни на что».

Вернулась Пайпер, сжимавшая что-то в руках.

– Погляди! – воскликнула она. – Наша старая спиритическая доска!

– Где ты ее откопала? – Фиби потянулась за доской. Прикосновение к гладкой старой древесине воскресило детские воспоминания.

– Прю наткнулась на нее в кладовке. Давай поиграем с ней? – предложила Пайпер.

– Почему бы и нет? – Фиби пристроила доску на чайном столике. Потом вскочила и достала из буфета несколько свечей. – У тебя есть спички?

Пайпер выдвинула ящик стола, достала коробку и протянула сестре.

– Пойду поищу Прю. Может, ей тоже захочется поиграть, – бросила она, выходя из комнаты.

Фиби тем временем расставила свечи столике и зажгла их. «Чтобы создать настроение», – подумала она с усмешкой.

Пайпер вернулась через несколько минут.

– Прю на кухне, готовит чай. Говорит, что у нее нет настроения развлекаться.

– Какая неожиданность, – проворчала Фиби.

– Ладно! Так о чем мы спросим духов? – Пайпер опустилась на кушетку.

– Ну, скажем... – Фиби на минуту задумалась. – Что у нас завтра будет на завтрак?

– Да ну тебя, – засмеялась Пайпер. – Давай спросим что-нибудь стоящее.

– Ладно. – Фиби прикрыла глаза. Ей хотелось узнать так много разных вещей о будущем, но она решила начать с чего-нибудь более близкого.

– Давай спросим, найду ли я в Сан-Франциско хорошую работу, – предложила она.

– Хорошо. – Пайпер потянулась к стрелке, находившейся в середине доски. Сестры дотронулись до нее пальцами.

– Найду ли я в Сан-Франциско хорошую работу? – спросила Фиби, затем бросила взгляд на сестру, которая уставилась на доску. Улыбнувшись, Фиби толкнула стрелку: – Она действует!

– Это же ты ее направила! – возмутилась Пайпер. – Ты всегда так делала!

– Ничего я не толкала,– ответила Фиби, ухмыляясь. Потом установила стрелку так, чтобы она указала на край, где красовалось слово «Да», и весело крикнула: – Она отвечает «Да»!

Пайпер, сняв пальцы со стрелки, произнесла с укоризной:

– Фиби, я же видела, ты сама ее толкнула. Лучше я пойду за поп-корном...

– Постой! – крикнула сестра ей вслед. – А что мне спросить у доски в твое отсутствие?

Пайпер на мгновение остановилась.

– Спроси, начнет ли Прю встречаться с кем-нибудь до конца этого года.

– Очень важный вопрос, – заметила Фиби. – Может, это повлияет на ее настроение. – Она повернулась к доске, дотронулась о стрелки и прошептала: – Пожалуйста, скажи «да». Пожалуйста... скажи... «да»...

Внезапно стрелка описала круг и остановилась на букве «Ч».

Фиби вскрикнула и отдернула руки от доски, как будто обжегшись. «Что происходит? – пронеслось у нее в голове. – На этот раз я не толкала стрелку. Я держала ее плотно!»

– Пайпер! – позвала она испуганным голосом.

В это время стрелка передвинулась на букву «Е».

Фиби глядела на нее потрясенно. Теперь ней вообще никто не прикасался – она двигалась самостоятельно! У Фиби так и запрыгало сердце.

– Пайпер, скорее сюда! – заорала она.

– Что такое? – спросила сестра, вернувши из кухни.

– Чем вы тут занимаетесь, девчонки? – спросила Прюденс, прибежавшая на крик.

Фиби лихорадочно оглядывала лица сестер.

– Стрелка на доске, – выдавила она, – движется... сама по себе.

Пайпер вытаращила глаза, а Прюденс смерила младшую сестру ироничным взглядом.

– Я серьезно, – возразила Фиби. – Она показала «Ч», «Е»...

– Оттого, что ты ее толкнула, – закончила Пайпер.

– Ты и раньше всегда толкала стрелку, – добавила Прюденс.

– Нет, – ответила Фиби. – На этот раз я толкала!

– У меня нет времени на всякую чепуху. – Прюденс уперла руки в бока, потом развернулась, собираясь уйти.

– Прю, постой! – закричала Фиби. – Я вообще не дотрагивалась до стрелки! Клянусь!

К ее удивлению, сестра остановилась. На ее лице по-прежнему читалось сомнение, но все же она осталась в комнате.

– Посмотрите, как она движется! – уговаривала Фиби сестер.

«Давай же! – мысленно заклинала она, глядя на стрелку. – Крутись! Крутись! Я же видела как ты движешься!» Но стрелка оставалась глухой к ее мольбам.

– Это не смешно, Фиби, – с укором произнесла Прюденс, собираясь уйти. Пайпер последовала за ней. Но как только старшие сестры показали спины, стрелка снова задвигалась по доске. Теперь выпала буква «Р».

–А-а-а! – взвизгнула Фиби от изумления. – Она снова движется! Она движется!

Пайпер и Прюденс остановились. Старшая сестра подошла к доске. Поглядела на нее и пожала плечами.

– А может, она здесь и была, Фиби?

– Клянусь, она двигалась! – возразила та.

– Конечно. – Прюденс снова развернулась двери.

Фиби с ужасом заметила, что стрелка снова начала вращаться.

– Она снова движется! – воскликнула младшая сестра, вскакивая со стула.

На этот раз стрелка остановилась на букве «Д».

Пайпер поглядела на доску, и у нее отвисла челюсть.

– Ты же видела это, правда? – спросила Фиби.

– Кажется... кажется, да, – еле выдавила Пайпер.

– Говорю же, я ее не трогала! – выкрики Фиби и указала на движущуюся стрелку! – Смотрите!

Теперь стрелка указала на букву «А», затем на «К».

Пайпер вскрикнула, потом нервно произнесла:

– Лучше бы тебе вернуться, Прю.

Фиби, подхватив с чайного столика ручку и какой-то обрывок бумаги, принялась записывать буквы, показанные доской.

Прюденс снова заглянула в гостиную.

– И что на этот раз? – спросила она. – По-моему, она пытается нам что-то сказать, – ответила Фиби, показывая свою запись дрожащей рукой. – «Чердак».