Зачарованные. Сила трех

Уиллард Элиза

ГЛАВА 12

 

Прю поспешила вслед за сестрой к ресторану. «Как может Энди быть колдуном? – размышляла она. – Мы с ним встречались так долго, и я обязательно что-нибудь заметила бы. Фиби наверняка ошибается. Должно быть какое-нибудь логичное объяснение».

– Мы не можем ворваться туда из-за одних подозрений, – сделала она вывод.

– Ладно, – согласилась Фиби. – Давай зайдем сзади, через кухню. Может быть, увидим Пайпер.

– Фиби, я уверена, что она цела и невредима, – возразила Прюденс, еле поспевая за сестрой.

–Ш-ш-ш! – оборвала ее та. – Нужно в этом удостовериться. Если все нормально, мы тут же уйдем.

Они прильнули к кухонному окну. Пайпер, одетая в поварской халат и колпак, стояла у разделочного стола, разговаривая с каким-то мужчиной. Это был Энди!

– Он здесь! – прошептала Фиби. – Разговаривает с ней!

– Без тебя вижу! – ответила Прюденс с бьющимся сердцем.

Она изо всех сил всматривалась в полумрак помещения. Лица Энди не было видно, но Пайпер улыбалась и кивала. Другие повара нарезали овощи, готовили соусы.

«Она не кажется напуганной», – успокоилась Прю. А ее младшая сестра всегда все преувеличивает.

– Я уверена, что всему этому есть простое объяснение, Фиби, – произнесла вслух Прюденс. – Может быть, Энди приходит сюда постоянно. Может быть, он ужинал здесь и до того, как Пайпер приняли на работу. Он выматывается у себя в полиции, поэтому бывает страшно голоден. Ну, остановился поговорить с Пайпер. Это вовсе не значит, что он колдун.

– Но как он оказался на кухне? – возразила Фиби. – Посетители обычно сюда не входят.

– Почем мне знать? – У старшей сестры разламывалась голова. – Может, Пайпер увидела его в зале и позвала сюда? Да мало ли как?

Она снова поглядела в окно. Энди вышел через двери кухни с сумкой, полной продуктов.

– Видишь? – прошептала Прюденс. – Пайпер жива и здорова.

– Кажется, ты права, – согласилась Фиби.

– Пойдем, что ли? – спросила Прюденс. Нужно по дороге заехать в аптеку. Из-за твоих колдовских штучек у меня дико трещит голова.

Они молча направились к машине. «Энди никакой не колдун, – убеждала себя Прю. Может, Фиби и не ошиблась насчет нашей силы, но ошиблась в остальном. Она вообще слишком часто ошибается».

Сестры сели в машину и направились к аптеке. С каждой минутой боль в голове у Прюденс усиливалась. «Итак, я ведьма, – подумала она, все еще сомневаясь. – 3амечателыю! Больше я об этом думать не хочу. Мое единственное желание – чтобы голова не болела».

Войдя в аптеку, она принялась разглядывать полки в поисках аспирина, а Фиби топталась рядом. «Должно быть, аспирин в другой секции», – подумала старшая сестра, не находя нужного лекарства.

– Может быть, Энди всегда знал, что мы ведьмы, – прошептала Фиби. – Только хотел дождаться, пока мы наберем силы, но еще не научимся ими пользоваться.

«3аткнулась бы ты», – подумала Прюденс, закипая.

– Говорю же тебе – Энди не колдун, – прошептала она. – Он не может им быть.

– А я говорю, что колдуном может оказаться каждый мужчина или ребенок. Бывают и женщины-колдуньи, – возразила Фиби. – Так что нужно опасаться всех. Даже Энди.

Прю остановилась и пристально поглядела на сестру.

– Ты, видимо, хочешь, чтобы моя голова совсем лопнула. Мне нужно найти аспирин.

– Знаешь, от головной боли хорошо помогает отвар из трав, – заметила Фиби.

– Вряд ли он подействует сейчас. – Прю подошла к следующей полке, но, обнаружив лишь шампуни и лак для волос, гневно воскликнула: – Здесь аптека или парфюмерная лавка?

– Извините, где тут у вас аспирин? – обратилась она к кассиру.

Кассир-подросток пробурчал, не отрывая глаз от книжки:

– Он в секции три.

Прю направилась туда. Фиби неотступно следовала за ней.

«Да где же этот чертов аспирин?» – думала старшая сестра, разглядывая бесконечные ряды лекарств.

– Знаешь, я совсем не боюсь нашей силы, – заметила Фиби. – Ведь каждый получает что-нибудь в наследство, правда?

– Да. Деньги, антиквариат или крупную собственность, – ответила Прюденс. – Вот что получают нормальные люди.

– Но зачем нам быть нормальными, если можно стать особенными? – настаивала Фиби.

– А я хочу быть нормальной! Хочу нормально жить! – Голова болела все сильнее, казалось, вся кровь приливает к мозгу. Прю направилась к секции три. Фиби не отставала, говоря:

– Случившегося уже не исправишь. Мы не властны над судьбой. И у нас нет времени на бесплодные раздумья. Нам угрожает опасность. Нужно срочно научиться управлять своими силами!

– Ты видишь где-нибудь аспирин? – взвилась Прюденс. Как же ей хотелось, чтобы сестра замолчала! Ее уже достали все эти разговоры о ведьмах и колдунах!

Фиби посмотрела на прилавок и воскликнула:

– Я вижу нужный отвар!

– Послушай! – Прю со злостью обернулась к сестре. – Я убедилась, что я ведьма. И что мои сестры тоже ведьмы. Мы обладаем силой, способной противостоять всем проявлениям зла. А зло охотится за нами. Все это я уже слышала. Но это знание не излечит меня от головной боли!

– А почему бы тебе не воспользоваться своей силой? – Фиби говорила как о чем-то само собой разумеющемся. – Просто удали эту боль из головы.

– Да заткнись же! – заорала Прюденс, и с полки неожиданно взлетел пузырек с аспирином. Рука Прю автоматически поймала его прямо в воздухе.

У Фиби от удивления расширились глаза.

Прю мгновение глядела на сестру, затем на пузырек с аспирином, который крепко-крепко сжимала в руке.

«Это случилось снова, – подумала она потрясенно, вспомнив молочник из ресторана. Но как? Как я это делаю?»

– Ты двигаешь вещи, когда сердишься, – объяснила Фиби, словно услышав мысль Прюденс. – Я это знаю.

– Ты ненормальная, – ответила Прюденс. Знаешь, бабушка говорила в шутку, что в младенчестве уронила тебя головой вниз. Выходит, она не шутила.

– В «Книге Теней» сказано, что наша сила будет возрастать, – продолжала Фиби, словно не слыша обидных слов.

– До каких пор? – Прю рассердилась.

– Кто ее знает... – беспечно проговорила Фиби.

– Моя сила не будет возрастать, если я этого не захочу, – уверенно заявила старшая сестра. – Во всяком случае, я могу ее контролировать. И я не двигаю вещи, когда сержусь. Если кто-то и умеет держать себя в руках, так это именно я!

– Я докажу, что это сделала ты, – не сдавалась младшая. – И чем больше ты сердишься, тем сильнее проявляются твои способности.

«Она сущее дитя», – подумала Прюденс.

– Ро-о-джер, – произнесла Фиби нараспев.

При звуках этого имени в душе у Прюденс поднялась новая волна ярости, но она попыталась сдержать ее.

Еще несколько пузырьков вылетели с полок и свалились на пол.

Прю кинулась подбирать их. «Разве они разлетелись из-за того, что мне напомнили про Роджера? – удивилась она. – Это же невозможно!»

– А теперь поговорим про папу, и посмотри, что выйдет, – произнесла спокойно Фиби.

«Папа»? С чего это Фиби о нем вспомнила?»

Прюденс попыталась унять ярость, хотя и понимала, что ненавидит отца больше всех на свете.

– Папа умер, – вслух сказала она.

– Нет, не умер, – возразила Фиби. – Он уехал из Нью-Йорка, но все-таки жив.

– Только не для меня! – вскинулась Прюденс. – Он умер в тот момент, когда бросил маму.

– Да, верно. Он всегда был для тебя самой больной мозолью. Тебя бесило, что папа жив. Раньше ты сходила с ума от того, что я пыталась его отыскать, а теперь – от того, что я вернулась. Папа-папа-папа-папа-папа-папа-папа!

Прю сверкнула глазами в ее сторону. Больше не было сил сдерживаться. Она ненавидела отца, а заодно и вспомнившую о нем сестру!

Ярость волной прокатилась по ее телу.

Все сотни пузырьков, заполнявших секцию, слетели с полок и рухнули на пол.

– Не напоминай мне больше про отца! – заорала Прюденс. – Ты была слишком маленькой и уже не помнишь, как плакала по ночам, когда он сбежал. Я целыми часами сидела у твоей кроватки, стараясь тебя успокоить! Тебе казалось, что повсюду чудовища – и над постелью, и на полу. Так что больше не говори мне про отца, слышишь? Потому что я помню, что с нами было после того, как он нас бросил. Я все помню!

Прюденс сделала глубокий вдох. Она почувствовала такое облегчение, будто наконец смогла дышать полной грудью.

– Ну что, тебе стало лучше? – спросила Фиби, глядя с улыбкой на рассыпавшиеся пузырьки.

– Намного, – ответила Прюденс, любуясь произведенным разгромом. Она поняла: ее сила возрастала, но это уже перестало ее удивлять. Неужели такое состояние станет для нее нормальным?