Взывая из бездны

Я смеюсь, чтобы не заплакать, и рыдаю, чтобы вновь засмеяться, но к концу сказки добро обязательно победит зло, поставит на колени и зверски убьёт...

От автора 

Эта книга долго пылилась на поверхности моего жёсткого диска. Будучи написаной ещё в далёкие... уже даже не помню насколько далёкие года, но ориентировочно 2000-2002. У неё был долгий путь, ибо ей суждено было стать моим первенцом. Не помню, почему я её всё не выкладывал на обозрение, хотя с тех пор написал ещё не одну книгу.

Меж тем, вы видите перед собой мою самую первую книгу. Название и сюжет её много раз менялись, дополнялись и дорабатывались. Сначала это было что-то вроде небольшого рассказа, которому в процессе создания стало тесно в жёсткой кожуре рассказа. И он стал расти. Из-за того, что лично моё мировоззрение успело не один раз поменяться за те несколько лет, что ушли на создание этого, сюжет и стилистика меняются от главы к главе, уходя в разнос.

Что-то получилось так, как было задумано, а что-то не очень получилось. В любом случае, это есть, пусть это так и останется.

--- Мартынов Алексей

I Дневник

 

"Вот, пожалуй, отсюда и следует начать мой рассказ. Для начала, позвольте представиться. Меня зовут Павел, хотя во многих странах меня знают и под другими более изощрёнными именами. Я народился на этот свет в телесном обличии в году шестьсот тридцатом от рождения Христа. А до этого я был простым ангелом.

Случилось так, что мне дали повышение. Теперь мне следовало следить за работой ангелов-хранителей и вмешиваться в неё, если возникнет в том потребность. Мне выделили рабочую телесную оболочку и я стал жить. В то время начальству требовалось много душ, и я стал одним из воинов вождя гуннов Аттилы. Участвуя в боях, я, тем самым, мог наблюдать за переходом душ в нужном направлении и вносить в это свою лепту. Не подумайте, что я кровожадный, но было обидно смотреть на то, как от Аттилы некоторые откупались, в то время, когда у нас каждая душонка была на счету. Но мы должны помнить: вождь всегда прав. И я не мог лишить жизни тех, кто хотел её сохранить, откупившись, если мне не позволяло начальство. Но в "битве народов" было самое настоящее мясо, тогда-то план по душам был выполнен, а я был спасён и вскоре получил задание стать странствующим мудрецом, что и было произведено.

Спустя несколько лет, я совершил грех: я в шутку направил душу не в рай, а в ад. За это я был сослан в чистилище до выяснения обстоятельств и провёл там ровно сто сорок девять лет. Мне был дан шанс исправиться. Мало кто знает, но иногда появляются такие души, которые намного сильнее обыкновенных рядовых душ и изъять их из тел непросто. И самое плохое - то, что ангелы-хранители не приставлены к ним. Эти души сами вершат свою судьбу и сами решают куда им идти. А я должен был искать эти души и помогать им в выборе пути. Идёт война, большая война. Первым признаком надвигающейся бури была смерть Христа. Сейчас обе стороны копят силы. Но война эта началась не сразу, она как зараза расползается по всей земле, с каждым разом всё сильнее и сильнее вгрызаясь в почву. Местом битвы выбрана Земля.

Я был проклят и сослан на землю в обличии великого война, жившего много тысячелетий назад. Тело это было доселе мертво, но в него вновь вдохнули жизнь. Я лежал на голой земле, мне было холодно, у меня болело всё тело. Не помню как, но я добрёл до ближайшего дома и, теряя сознание, попросил о помощи. Моё тело было в некотором роде бессмертным: оно было не подвержено болезням и прочим веяниям природы. Оно могло лишь умереть от физического ранения, но я мог быть прощён только, когда выполню свою задачу. Вы знаете, как умирают души? Они затвердевают и превращаются в камень, а потом распадаются в песок от времени. При всём этом они живы, они всё помнят, но никогда ничего уже сделать не смогут. А по прошествии многих тысячелетий они перестают видеть и помнить, они засыпают и никогда уже больше не просыпаются. То же произошло бы и со мной, если бы я умер до выполнения миссии.

II Начало чудес 

- Мама. Мамо-о-очка!

- Лёша, ты меня звал?

- Да, мам, я сейчас пойду к Серому.

- Зачем это ещё?

III Рассвет вдали 

Бедная Марья Павловна. С ней чуть не случился удар, когда она узнала о пропаже своего любимого сына. Единственный оставшийся в живых родной человек исчез в неизвестном направлении, это было тяжёлое потрясение. Хорошо, что рядом вовремя оказалась Лена, иначе Марья Павловна этой разлуки с сыном просто бы не пережила.

Когда её муж умер, она вплоть до десяти лет говорила Лёше, что папа просто уехал за границу по делам. И, хотя её маленький сын о чём-то нехорошем догадывался, она продолжала держать его в блаженном неведении. В день, когда ему стукнуло десять годов от роду, она провела с ним разъяснительную беседу на тему долгого отсутствия папы и сообщила ему ужасную новость. Тогда он очень расстроился и несколько часов просидел в комнате в полной тишине, после чего вышел с грустным лицом, в котором, несмотря на столь большое потрясение, выражалась вера в светлое будущее.

Нельзя сказать, что Алексей узнал роковую тайну, которая могла бы в корне изменить его жизнь, ибо воспоминания об отце были беспорядочны и их было немного. С годами у него лишь обострялось чувство вины. Каждый раз, ложась спать, он задавался вопросом: "Почему? Ну, почему я не помню его?!!" Несколько лет он провёл в депрессии, тщательно скрывая её ото всех, даже от своей мамы и друзей. Суть депрессии сводилась к тому, что они с отцом недостаточно хорошо друг друга знали, когда он ещё был при жизни, а теперь он мёртв и Алексей ничего с этим не мог поделать. В двенадцать лет он стал злиться на весь мир, на каждого, кто попадался ему на пути. Он связался с местной шпаной, стал отстраняться от внешнего мира и чуть не подсел на иглу.

Кем бы он был сейчас, да и был бы он вообще, остаётся лишь догадываться, но помощь пришла неожиданно со стороны Лены Моргоновой. Будучи обкуренным и бухим, Алексей, как всегда, шатался с братвой по улицам и решил ещё добавить веселящего напитка. Заплетающимся языком сообщил народу, чтоб его не ждали, он направился в сторону ближайшего дома, в котором жил парень, который всегда располагал нужным топливом. Народу на улице было мало, и Алексей решил не подниматься на третий этаж, а позвать парня вынести бутыль и сообразить на двоих. Поэтому он принялся кидать маленькие камушки в знакомое окно, но, по причине своей нетрезвости, никак не мог попасть в нужное окно. Прохожие стали оглядываться на нетрезвого парня. Старушки качали головами и бормотали что-то ругательного содержания. Алексей уже собирался со злости метнуть в злосчастное окно кирпич, но тут на его плечо опустилась чья-то рука. Алексей обернулся: позади него стоял невысокий человек в кепке и с усами.

 IV Борьба за жизнь

Лена не знала, сколько она пробыла без сознания, может минуту, а может и целый час.

Едва очнувшись, она немедленно попыталась собраться с мыслями. Она огляделась вокруг, обнаружив только смутные очертания стен в кромешной тьме и тускло поблескивающий выход прямо перед собой. Память вернулась к ней, она вспомнила, что за ней гнались несколько ребят. Но Лена ощупала себя и поняла, что с ней всё в порядке, что ничего не произошло, просто немного кружилась голова после обморока.

Лена ещё раз с трепетом взглянула на выход и поняла, что, возможно, эти панки ждут её там. Она быстрым движением руки провела по земле ладонью, тщетно пытаясь найти что-нибудь тяжёлое. Но пол был гладок и чист как тефлоновая сковородка. Через несколько секунд поисков Лена, стараясь создавать как можно меньше шума, нашла-таки нечто отдалённо напоминающее кирпич.

Времени на разборки не было, дорога была каждая секунда. Лена крепко ухватила кирпич правой рукой и попыталась напрячь слух, чтобы по дыханию определить, где находятся эти панки. Затаив дыхание, она вслушивалась в звуки улицы. Наконец она расслышала смутное прерывистое дыхание, напоминавшее храп. По этому храпу она поняла, что двое находятся справа, а один - слева.