Второй раз не воскреснешь

Поделиться с друзьями:

В тихом уединенном доме без окон шла тайная ночная жизнь. Подъезжали крутые машины, выходили солидные гости, поднимались в зал, где за столами шла крупная карточная игра. Высокопоставленные чиновники охотно расплачивались за проигрыш ценными услугами. Игорь Старых, «раздевавший» горе-картежников, которых заманивала его напарница Таня Садовникова, сам оказался прикованным к бандитскому казино полумиллионным долгом. Он был почти уверен: живым ему отсюда не выйти. А раз так, он обязательно узнает – кто же тот таинственный Хозяин, которому они служат!

Пролог

Хозяин задумчиво повертел в руках фотографию.

Фото было сделано скрытой камерой. Молодой человек в джинсовом костюме, не подозревая, что его снимают, шел в уличной толпе. По чистоте одежд и свежести тротуаров можно было заключить, что фото сделано за границей. Судя по маркам машин (больших, основательных) и небоскребам на заднем плане, заграница была Америкой.

Светило солнце, вокруг шествовали расслабленные прохожие, и человек на фотографии тоже был по-западному расслаблен. Волосы его трепал ветер. Узкое породистое лицо выглядело безмятежным.

Глава 1

Америка, Америка…

Том встречал ее с уставшей розочкой в руках. Роза была американской – не нагло-длинной, какие принято дарить в России, а размером не больше вилки. Но зато ее стебель был упакован в крошечную пробирку с водой – чтобы цветок не завял.

Том был все такой же – загорелый, невозмутимый и стройный. Даже более стройный, чем в Москве или в Европе. Видать, поувереннее чувствовал себя на родной американской земле. Кончики его жестких усов задорно смотрели вверх. Таня, бывало, не раз подсмеивалась: «Они как живые!» Когда Том уставал или нервничал, его усы печально обвисали, словно у Тараса Бульбы. Зато на радостях – например, в предвкушении восхитительного секса – черные щеточки сами собой загибались все выше и выше. Вставали, значит.

Ловко просачиваясь в толпе снулых американцев, Таня спешила навстречу Тому. Даже сейчас, хотя она безумно устала после суток, проведенных в аэропортах и самолетах, внизу живота шевельнулось что-то предательски теплое и пульсирующее… Сейчас она крепко обнимет Тома, прижмется к нему, заползет рукой под футболку…