Вольный полет

Бадей Сергей

Глава 6

 

То, что этот эльфийский мужик пожелал с нами поговорить, внушало определенные надежды на сохранение наших жизней. Это как-то бодрило. Меньше бодрило то, что надежда вернуться домой становилась все более смутной. Меня так же тревожило это превращение Семена. Я же его знаю много лет! Никогда и нигде он своих черт эльфа, проступивших сегодня, не проявлял.

Мармиэль провел нас в достаточно уютное помещение, освещенном несколькими, висящими под потолком, шарами. Каким образом его устроили в стволе дерева, для меня оставалось загадкой. Честно говоря, для меня тут все было загадочным. А я, по складу своего характера, такие загадки терпеть ненавижу!

Эльф прошелся к изящному столику и плетеному креслу, стоящему у стола, уселся в это кресло и снова стал пытливо нас рассматривать. Мы с Семеном стояли у входа, не зная, что нам делать дальше. Хоть бы сесть предложил, зараза ушастая!

Как будто в ответ на мои мысли, из пола, вдруг, выскочили тонкие прутики и, мгновенно сплетаясь, сформировались в два новых кресла. Вот это технология! Если узнать, как это делается и добраться до дома, желательно живым, то можно стать и лауреатом Шнобелевской…, простите, Нобелевской премии. Есть только два фактора, которые стояли препятствием для этой лучезарной перспективы. Как это делается, и как добраться до дома. Причем, второй фактор — самый важный.

Я кивнул головой и, подтолкнув Семена, прошел к правому креслу. Семен, несколько заторможено, присел на левое седалище. Судя по вознесшимся ввысь бровям Мармиэля, факт появления кресел среди его жилища, стал явление слегка неожиданным для него. Он с интересом взглянул на Сему:

— Неплохо брат, неплохо! — мягко сказал Мармиэль. — Может быть, ты поведаешь мне историю твоих странствий?

— Только его? — фыркнул я.

Мармиэль недовольно взглянул на меня:

— Человек, не вмешивайся! Когда я захочу узнать что-то о твоих странствиях, я тебя спрошу об этом.

Вам это не напоминает пресловутый вопрос о расовой дискриминации? Хотя, в свете последних событий, этот вопрос становится уже и не таким пресловутым. Я пока только закипаю, но если этот кадр продолжит в том же духе, то таки нарвется на пару ласковых!

Семен начал рассказывать. Видно было, что он тщательно подбирает слова. В некоторых местах он сбивался, и тогда я подсказывал ему. Но, в общем, он достаточно толково отобразил наши мытарства. Мармиэль его не перебивал, хотя, в некоторых места недоуменно вскидывал брови, но молчал, приберегая вопросы на потом. Вообще-то, мне такая манера слушать понравилась.

— Занимательно, — изрек Мармиэль, когда Семен закончил свое повествование. — Другой мир…, и мир, в котором нет магии. Занимательно!

— Вам занимательно, а вот нам не очень, — буркнул я. — В нашем мире, стрелы в мирных спелеологов из леса не летают.

— А ты, брат, значит, был там, в человеческом обличье, — продолжал Мармиэль, не обращая внимания на мое бурчание. — Это объясняет многие вопросы, которые были у меня до твоего рассказа.

— Хотелось бы знать, — неуверенно сказал Семен, — есть ли шансы у нас вернуться?

Правильный вопрос! Даже я не смог бы сформулировать его лучше. Но задать вопрос, еще не значит, что на него есть ответ. И в этом смысле Мармиэль оправдал мои наихудшие ожидания. Постукивая пальцами по столику, он нахмурился:

— Не понимаю, зачем тебе туда возвращаться? Да и не могу, вот так, сразу, ответить тебе. Мне надо посоветоваться с сильнейшими магами нашего народа.

— А с сильнейшими магами вообще? Не только вашего народа? — не вытерпел я.

— Сильнее наших магов, нет, — высокомерно ответил мне Мармиэль. — Разве что, драконы. Но они не будут с вами даже говорить.

— Ага, — понятливо кивнул я. — они нас сразу же сожрут.

— Сожгут, — поправил меня Мармиэль. — Разница, конечно, не существенная, но я люблю точность определений. Предлагаю тебе, брат Семьен, воспользоваться нашим гостеприимством, и подождать немного. Я все же думаю, что мы найдем ответ на твой вопрос.

— А я?

— А он?

Вопрос вырвался у нас с Семеном практически одновременно.

— Человеку, место среди своих, — небрежно заметил Мармиэль.

— Но он мой друг! — возмущенно приподнялся со своего места Сема. — Он мне жизнь спас!

— Это, конечно, похвально, — благосклонно кивнул мне Мармиэль, — и заслуживает поощрения. Но идет вразрез с устоявшимися традициями. Уже то, что человек оказался здесь, а не был остановлен на границе наших владений, является неслыханным происшествием.

— Так он же необычный человек, — поспешил вставить Семен.

— Я заметил, — кивнул головой Мармиэль. — Таких нахальных людей я еще не встречал.

— Нахальство — не единственное мое достоинство, — прорычал я.

Все! Этот ушастый тип меня достал. Сейчас я буду все разбивать тут вдребезги и пополам.

Внезапно, из моего кресла вырвались побеги и оплели мои руки и ноги, крепко привязав, таким образом, меня к креслу.

— Мы эльфы! — известил меня Мармиэль, насмешливо улыбаясь.

— А я — человек! — тихо сказал я, поднимаясь.

Побеги отлетели прочь, не в силах удержать мое тело. Улыбка Мармиэля сразу потускнела. Он в шоке смотрел на меня.

— А сейчас будет единственный в своем роде аттракцион, — объявил я, закатывая рукав на правой руке. — Один раз, и только у нас! Эльф, бегающий не только по стенам, но и по потолку. Но далеко не убежит. Я тебя сейчас, хмырь ушастый, научу родину любить!

— Как ты это сделал? — побледнел Мармиэль, пятясь от меня к стене своего жилища.

— В число моих талантов входит не только это, — зловеще оповестил я эльфа, — и ты в этом сейчас убедишься.

— Влад! Остановись! — повис у меня на руке Семен. — Это единственный наш шанс вернуться домой.

«А ведь Сема в чем-то прав», — мелькнуло у меня в голове, заставив сдержать мой коронный хук справа

— Тогда пусть разговаривает со мной нормально! — буркнул я, остывая.

— Будет! — пообещал Семен.

Мармиэль, подошел к моему креслу и стал недоверчиво рассматривать отростки, которые не оправдали его ожиданий.

— Это невозможно! — выпрямился он. — Ты их просто порвал!

— Когда я зол, я на многое способен, — мило улыбнулся я в ответ.

Я не обманывал этого ушастого. Когда я начинаю злиться, то сам не могу понять, откуда что берется. Однажды я зашвырнул в кабинку туалета трех парней из вневедомственной охраны офиса, когда те начали откровенно мне хамить. Ах да, я забыл сказать, что кабинка была рассчитана на одного человека. Стены оказались крепки и дверь, что удивительно, тоже. Когда кабинку открыли, то глазам сердобольных открылось унылое зрелище. С тех пор я пользовался у охраны очень большим уважением и предупредительностью.

Пожалуй, и в глазах этого Мармиэля появилось что-то похожее на уважение и интерес.

— Ну, раз уж ты здесь, то можно сделать исключение из правил, — решил сам для себя этот тип, — но все же, не пойму. Почему ты не хочешь жить среди своих сородичей?

Сородичей? Он что, издевается? Все мои сородичи остались там, откуда мы с Семой сюда свалились. Ну, как ему это объяснить, да и поймет ли он? Мне, честно говоря, совсем не улыбалось остаться одному, в незнакомом для меня мире.

— Понимаешь, — начал я, тщательно подбирая слова, — у нас там нет, не только магии, но и эльфов….

— Этого не может быть! — категорически прервал меня Мармиэль. — Мы — самая приспособленная к жизни раса. Везде, где существует жизнь, есть эльфы.

Мармиэль многозначительно посмотрел на Сему, показывая мне, как я был неправ, давая заведомо ложную информацию.

— Но там, Семен ничем от людей не отличался! — снова начал заводиться я.

Семен успокаивающе положил мне руку на плечо и кивнул Мармиэлю, подтверждая мои слова.

— Хорошо, пусть будет так, — решил Мармиэль, хотя, недоверие в его глазах не растаяло. — Продолжай!

— Он мой друг, — проинформировал я эльфа. — И единственный человек, которого я тут знаю, и которому я доверяю.

— Не человек, а эльф, — педантично поправил меня Мармиэль.

— Да, кем бы он ни был! Я не хотел бы с ним разлучаться.

— И я не хотел бы, — подал голос Семен, — по тем же причинам.

— Нет дружбы крепче, чем дружба эльфа! — высокопарно изрек Мармиэль. — Эти чувства делают тебе честь, Семьен. Я возьму на себя смелость порекомендовать Совету разрешить этому человеку, в качестве большого исключения, провести некоторое время тут.

— Время, необходимое для получения ответа, — уточнил Семен.

— Ну да, — кивнул головой Мармиэль.

— Это, кстати, сколько может занять? Примерно, — поинтересовался я.

— Я думаю, что не очень много, — небрежно ответил Мармиэль, — лет сто — сто пятьдесят.

— Сколько?! — я ошеломленно плюхнулся в кресло.

— Я уже не раз замечал, что со слухом у людей есть проблемы, — сухо заметил Мармиэль.

— Нет, ушастый, я тебе сейчас точно дам в ухо, — огрызнулся я, — тогда и у тебя возникнут те же проблемы со слухом.

— Влад, успокойся! — потребовал Семен, и, уже обращаясь к Мармиэлю:

— Мой товарищ хочет сказать, что это слишком большой промежуток времени.

— Ну да, — согласился эльф. — А что вы хотите? Я, как маг, могу уже сейчас обозначить несколько проблем, с которыми нам придется столкнуться. Их же надо всесторонне рассмотреть, обосновать. А поиск вашего мира? Расчет его координат? Да и метод переброски тоже требует тщательнейшего определения.

— Но я же столько не проживу! — взвыл я.

— Это уже твои проблемы, — хладнокровно парировал этот тип. — А если будешь таким невежливым и дальше, то проживешь еще меньше.

Семен вцепился мне в плечо, давая понять, что сейчас не место и не время сокращать поголовье эльфов в данном, отдельно взятом, регионе.

— А на сокращение сроков, можно надеяться? — жалобно спросил он.

Мармиэль, в задумчивости, почесал макушку.

— Можно, — наконец, разрешил он. — Но гарантировать я вам ничего не могу.