Вольный полет

Бадей Сергей

Глава 21

 

Все-таки, когда набьешь чем-нибудь желудок, то жизнь становиться, как-то привлекательней! А мы набили даже не чем-нибудь, а отличной едой. Я снова, после долгого перерыва, вспомнил вкус мяса! Эльфы мясом не питаются. Вегетарианцы они. Ну да! Они вегетарианцы, а я страдал. Нет, я не могу сказать, что там невкусно, или там не наедаешься. Но вкус мяса забываешь.

Я сыто цыкнул зубом, за что заработал неодобрительный взгляд Семена. Я, его успешно проигнорировав, окинул взглядом обеденный стол. Нормально! Все, что можно было съесть — съедено, а то, что выпить — выпито.

— А скажи мне Ронда, здесь есть что-нибудь интересное, на что можно посмотреть? — обратися Семен к хозяйке таверны, которая крутилась неподалеку от нас.

Хозяйка застыла, соображая, что же такого у них в Туркорхках может заслуживать внимания.

— Может, благородным господам эльфам пройтись, посмотреть на наш базар? — наконец пришла к решению она.

— А там есть что-то такое, что нас может заинтересовать? — поднял правую бровь Семен.

— У нас очень хороший базар, — часто закивала Ронда, — сюда съезжается много купцов со своими товарами. Именно тут господа эльфы отбирают тех купцов, кто будет продавать свои товары им.

У нас очень хороший ряд амулетов. Я сама там купила амулет от головной боли. Мне он очень помогает.

Хозяйка извлекла из-за пазухи какой-то камушек с продетой в него цепочкой на шею.

По мне, так камушек, как камушек. Ничего особенного. Но Семен внимательно осмотрел его. Разве что, на вкус не попробовал. Ронда даже сняла амулет с шеи и положила ему на протянутую ладонь. Семен прикрыл глаза и ушел в астрал. Что он там делал — не знаю. Я с интересом наблюдал за этим спектаклем. Пауза затянулась. Наконец, Сема встряхнулся, как будто вышел из сна.

— Очень хороший амулет, — вынес он решение. — Качественный! Но создавал его не эльф.

— А я и не говорю, что это работа эльфа, — заметила Ронда. — Люди, благородный господин, тоже могут делать такие вещи.

— А какие еще амулеты там есть? — с интересом спросил я.

Ронда наморщила лоб, вспоминая:

— Там, конечно, не такие уж мощные. Есть от черной болезни, от наговора, от проклятий всяких. Конечно, есть на урожай и на успешные роды. Всякие, мой господин. Всех уж и не упомню. Да вы пойдите и посмотрите! Уж кому, как не вам разбираться в подобных вещах?

— Ну что же, — важно сказал Семен, поднимаясь из-за стола, — пожалуй, так мы и сделаем.

— Я не понял, — откликнулся я, вставая. — Там что, только амулеты продают? На вашем базаре?

— Ну что вы! — даже замахала на меня руками хозяйка. — Конечно же, там еще много всякого добра. Купцы тут останавливаются. Дальше ехать не решаются. Говорят, что там, на дороге, какая-то напасть появилась. И вот вы — первые из благородных господ эльфов, которые к нам приехали.

— Действительно, напасть там была, — Семен весело ей подмигнул, чем немедленно вызвал прилив краски к щекам Ронды. — Но теперь ее нет.

— Там была даже не одна напасть, а около дюжины, — пробурчал я, отряхивая крошки с камзола. — И эти напасти встретили нас с распростертыми объятиями.

— И что? — глаза хозяйки впились в нас в ожидании захватывающих известий.

— Да ничего! — охладил я ее пыл. — Мы им эти ручки-то обрубили, вместе с головами. Обычные разбойники.

— Так вот почему караван Фидела пропал! — ахнула Ронда. — А мы-то думали, что его страсти Старого леса утянули.

— Страсти? — недоуменно переспросил я.

— А как их еще назвать? Мы же не знаем, что и кто там водится.

— Мы тоже не знаем, — буркнул я, но очень тихо.

Не хватало еще портить репутацию всезнающих эльфов.

Мы остановились у входа на базар. Глаза разбегались. Вот это да! Почище, чем все барахолки, виданные мной в разных городах. Нет, конечно, величина не та. Но есть — все! Местные торговцы придерживались строгого порядка. Если уж ряд мясников, то — это ряд мясников. Всяких там торговцев пиратскими копиями фильмов в этом ряду не встретишь. То, что их не встретишь и в других рядах — это вопрос второй. Здесь просто до такого чуда не докатились. Каждый торговец имел свое место. Поверху были натянуты разноцветные, или полосатые полотнища, защищавшие от солнца и дождя. Прилавки сколочены из обработанных рубанком досок. Некоторые, наиболее рачительные, продавцы даже не поленились покрасить свои места работы.

Мы шли по рядам, рассматривая, выложенное для осмотра добро. Чего тут только не было! Ну, того, чем торгуют на рынках и базарах у нас, я упоминать не буду.

Девушки и женщины, встречающиеся нам, бросали на нас заинтересованно — кокетливые взгляды. Не могу сказать, что я наблюдал в эльфах ту самую пресловутую «нечеловеческую красоту», но что-то же их привлекало?

Надо сказать, что купцы очень хорошо, на уровне интуиции, разбираются — кто есть кто. Все свои зазывные и рекламные слоганы они адресовали Семену, как главному в нашей паре. На меня купцы поглядывали с видимой опаской. А что вы хотите? Семен по росту хорошо вписывался в окружающий пейзаж, а я вписываться в него, ну, никак не мог. Этакая дылда с эльфийской мордой, на голову выше всех, да еще рукоять меча из-за плеча торчит. Все моментально уразумели, что благородный эльф (Семен, ага!) притащил за собой телохрана (меня, собственно). Именно поэтому обращение к Семену было построено сплошь из льстивых фраз. Хорошо, что хоть хватания за руки и полы одежды не было. Не рискнули купцы попробовать это дело.

Таким образом, мы пробились к ряду амулетчиков и продавцов всяких там магических прибамбасов. Вот тут мы затормозились надолго. Семен, как хорошая охотничья собака пошел по ряду, вынюхивая интересные вещи. Я окинул грозным взглядом купцов, многозначительно цыкнув зубом и поправив меч в ножнах за спиной, двинулся за Семой. Эти мои действия привели торговцев в легкий трепет. Вследствие его, они безропотно выкладывали перед Семеном все свои богатства.

— Вот это — неплохо! — бормотал Сема, рассматривая очередной амулет. — Смотри! Вот он будет хорош, когда владельца шарахнет обвалившейся крышей. Ну, или там дерево на него рухнет, что тоже неплохо. У клиента из всех симптомов будет только легкий испуг.

Торговец, стоящий за прилавком, даже приоткрыл рот, внимая ученым словам типа «симптомы», из уст эльфа.

— А вот! Смотри! — Сема взял с прилавка какую-то косточку с отверстием, в которое была продета тонкая веревочка. — Это же мечта всех гинекологов и акушеров! Роды без проблем! Хочешь? Могу тебе купить.

— Лучше себе купи! — хмуро посоветовал я. — Если будешь и дальше такие шутки рожать, то, точно, без проблем не обойдешься!

Сема в улыбке показал свой комплект зубов и двинулся дальше по ряду. Я пошел за ним, на ходу соображая, что зубки-то у моего друга тоже подверглись изменению.

— О! — Семен выхватил со следующего прилавка очередной амулет, — это же знаменитый «Олений наконечник»! Все темные силы будут обходить тебя стороной, а при встрече, поспешно перебегать на другую сторону улицы! Прелестная вещица!

— Может благородный эльф приобретет ее себе? — подобострастно спросил продавец. Невысокий тощий мужичок в длинном халате, из-под пол которого торчали загнутые к верху кончики обуви. — Этот амулет изготовил сам Хораб Али Мунтор. Это большая редкость, как вы, уважаемый, несомненно, заметили. Вам я могу сделать небольшую скидку.

— Какую, небольшую? — негромко поинтересовался я, выдвигаясь на передний план. — Знаю я вас, ваша небольшая скидка может вылезти за пределы торговой наценки!

Мужичок, уставился на меня широко открытыми глазами, судорожно сглотнул и сдавленно прохрипел:

— Большую скидку, благородный господин, большую. Исключительно для вас! Это же — редкий амулет, но для вас…!

— Сколько? — коротко поинтересовался я, небрежно опершись на самодельный прилавок, который под тяжестью моих рук жалобно заскрипел.

— Три…, нет! Два золотых.

Я скосил глаза на Семена, который откровенно забавлялся происходящим.

— Ну, если за два, то возьму, пожалуй, — сделал одолжение Сема, выкладывая из кошеля требуемую сумму.

Беспрестанно кланяясь и причитая, что отдает только потому, что мы ему понравились, продавец поспешно запихнул амулет в маленький мешочек и, с поклоном, передал его моему другу.

Семен небрежно сбросил мешочек в кошель и двинулся дальше вдоль ряда.

— Ты когда так научился в амулетах разбираться? — поинтересовался я, нагоняя его.

— А как ты думаешь? — ответил Сема вопросом на вопрос.

— Мне думать не положено! — нейтрально сказал я. — Мне положено твое тело хранить, но если ты будешь и дальше себя так вести, то хоронить, мне тоже будет положено. Причем, заметь, тебя же. Так, откуда дровишки?

— Ох! Нетрудно догадаться. Пока ты мечами с Орантоэлем махал, меня Мармиэль по этим делам натаскивал.

Моя рука рефлекторно метнулась за спину и появилась оттуда с уловом. В ней трепыхалась некая личность, незначительная и худосочная. Вырваться она, вернее он, не имел ни малейших шансов. Я его ухватил, как раз, за ту самую руку, которой он вытаскивал из-за пояса Семы кошель. Причем, ухватил так, что бросить кошель и сказать, что он тут не причем, воришка не мог.

— Ну, вот, — обратился я к Семену, печально созерцая мелкий криминальный образец, — имеем на лицо отставание в развитии местных преступных элементов. А ты тщательнее за своими кошелями смотри! Еще немного, и этот «Олений наконечник» отпугивал бы темные силы от местного криминального авторитета. Хотя, не пойму. Зачем темным силам отпугивать друг друга?

— Отпусти, дылда ушастая! — просипел пойманный.

— Эй, эльф! Ты чего к человеку пристал? — прозвучал из-за спины хриплый голос.

Ну, обладателя этого голоса и его напарника я уже контролировал примерно минут десять. Как только они нарисовались на горизонте и, заприметив нашу парочку, пристроились нам в кильватер.

Я поморщился, передавая улов на попечение Семы, как все тривиально! Этап переговоров, по идее, должен закончиться положенной в таких случаях фразой: «Ну, че мужики, давайте отойдем, поговорим?». Дальнейший сценарий особой оригинальностью тоже, скорее всего, не блещет. Придется мне вносить, как режиссеру-постановщику, правки.

Семен, приняв груз, моментально выхватил из его руки свой кошель и взял его руку в захват. Это когда кисть руки клиента пытается прижаться к тому месту, из которого она растет.

Опыт нас учит, что вступать в переговоры в таких случаях — бесполезно. Войдя в темп, я резко развернулся и нанес двумя руками одновременный удар по переносице обеим защитникам человеческой чести, сбив их с ног. Только после этого, мой меч тихо прошелестел в воздухе и застыл в опасной близости от горла одного из «гопников».

— Еще вопросы имеются? — вежливо поинтересовался я. — Задавайте! Не стесняйтесь. Я всегда рад просветить, если не засветить.

Ребята, надо отдать им должное, лежали смирно и качать права, вроде, не собирались.

— Стража! — раздалось испуганное восклицание со стороны торговцев.

Клиент в руках Семы дернулся, но тут же, охнув от боли, затих. Вокруг нас начали собираться люди, с любопытством рассматривая картину. Сквозь них, как нож сквозь масло, прошло трое вооруженных воина в доспехах.

— Что тут происходит? — грозно поинтересовался один из них.

— Нападение на благородных эльфов, — услужливо сообщил торговец, только что продавший нам амулет. — Благородные господа дали им отпор.

Окружающие зашумели, в смысле, что таки — да. Было такое дело.

— Попытка ограбления, — коротко сообщил я. — Преступник захвачен на горячем с кошелем, принадлежащим моему….

А вот тут проблема! Кому моему? Работодателю, сюзерену, или другу? Я взглянул на Сему. Тот моментально сообразил, в чем состоит моя заминка:

— Мой телохранитель захватил этого воришку! — сердито сказал он, отпихивая пленника в объятия стражников. — Вы здесь, чем занимаетесь? Грабители ходят у вас под носом, а вы даже не чешетесь!

— Все будет исправлено, господин эльф! — вытянулся командир, делая знак подчиненным увести воришку. — А эти что вам сделали?

— Начали задавать неумные вопросы, мне под горячую руку, — сердито отозвался я.

Доказать, что эти двое являются сообщниками, я не мог. Они могли наплести, что просто шли, увидели, что нелюди обижают человека, хотели спросить, за что и получили по голове.

Командир стражников еще раз недоверчиво осмотрел лежащих орлов. Они старательно пучили глаза, всем видом изображая невинность.

— Если бы я не знал, кто они такие, то может быть я бы и поверил, — усмехнулся он. — Эти попадают не только под горячую руку. Смотрите, доиграетесь! Его Величество готовит Указ. Попавшимся на воровстве — рубить правую конечность по локоть и клеймо ставить на лоб, абы все знали, что этот человек вор.

Мы уже утратили интерес к дальнейшим процедурам. Мое внимание привлек оружейный ряд. И хотя Семен, возжелал было, осмотреть ряд готовой верхней одежды, я ему этой возможности не дал.

— Ты повеселился с амулетами, теперь моя очередь! А теперь ты следи, чтобы у меня никто кошель не спёр!

— Ага! — Семен, с вожделением, посмотрел на одежный ряд. — У тебя сопрешь! Самоубийц, что-то, в пределах видимости мною не замечено.

— Главное не результат, а процесс, — со значением сказал я, направляясь к оружейному ряду.

Оружие! Это слово, от которого невольно вздрагивает сердце каждого настоящего мужчины. Мы любим его не рассуждающей и не поддающейся логике любовью. Как только в руках оказывается рукоять мощного меча или хищный клинок кинжала, ребристая рукоятка револьвера или цевье винчестера — мужик сразу преображается. Взгляд пытается превратиться в орлиный, фигура выпрямляется, мышцы напрягаются. Каждый становится похожим на Бонда, Джеймса Бонда.

Я медленно двигался вдоль ряда. В глаза бросались образцы, при виде которых, у любого коллекционера холодного оружия немедленно зачастило бы сердце. Двуручные мечи и полуторники, кинжалы и сапожные ножи, наручи и двойные клинки — все это было представлено в широчайшем ассортименте. Мое внимание привлекли клинки очень похожие на эстоки. Хороши! Но это не для всадников, а для пешего боя. С коня, да на полном скаку не очень удобно протыкать, а ведь эти мечи в основном для колющих ударов предназначены. Вот седельные мечи — для всадников. Были тут и первые образцы, похожие на палаши.

В ряду оружейников преобладали представители людского племени, но я заметил и несколько приземистых и широкоплечих экземпляров, которые, несомненно, представляли племя гномов. Они держались несколько обособлено, насколько это было возможно. Выложенное на прилавки оружие отличалось от остального. Мне бросились в глаза «гномьи аспиды», пару образцов которых я уже видел в коллекции Орантоэля. Клинки абсолютно черного металла с сияющей белизной рубящей кромки. Красивы черти, но мне они не подходили.

Гномы с неприкрытой неприязнью смотрели на нас. Сема ответил им таким же неприязненным взглядом. Это понятно. Гномы, как они говорили, уважают честный металл. Они делают оружие надежное и практичное. Эльфы же, вплетают в оружие, при создании, всевозможные заклинания. Это активно не нравится гномам. Да и ненужное, на взгляд тех же гномов, украшательство одобрения не вызывает. Гномы считали эльфов снобами, а те, в свою очередь, отзывались о гномах, как о скрягах и торгашах. Это холодность между расами уходила корнями в глубину прошедших веков, и сейчас, пожалуй, никто и не помнит, чем она была вызвана.

Мне было абсолютно фиолетово, кто и как друг на друга смотрит. Меня, в первую очередь, интересовало представленное оружие. Поэтому я решительно направился в сторону прилавков, за которыми стояли эти недомерки.