Вольный полет

Бадей Сергей

Глава 13

 

Так вот. Состояние «ухода на другой уровень бытия» я освоил. Орантоэль решил теперь меня и в других областях поднатаскать. Начал он это делать, со свойственной всем преподавателям, жестокостью. Я ведь по натуре существо ленивое. Ну, что есть, то есть! Чего уж там.

Вот научился такому полезному делу, убрался туда, то есть на другой уровень, сижу там, никому не мешаю. Благодать! Так нет! Оказывается, меня этому учили совсем с другой целью! Эта цель называется «ускорение».

— Почему все боятся связываться нашими мастерами меча? — втолковывал мне Орантоэль. — Совсем не потому, что они хорошо мечами владеют. Хотя и это тоже есть. А потому. Что они ими владеют с огромной скоростью. У противника просто не остается ни одного шанса устоять против атак.

Так как ты смог овладеть основами, то сможешь и ускорением овладеть. Начинаем разрабатывать эту, крайне нужную, заметь, для тебя, составляющую боя.

— Орантоэль, а ответь мне на один вопрос, — поспешно спросил я, стараясь как можно дальше оттянуть неизбежные мучения. — Вот у вас и мечники таки, что от них все шарахаются, и лучники — все, как один, Робин Гуды. Ну, взяли бы, собрались, и завоевали бы весь мир, а?

Ответ Орантоэля заставил меня пересмотреть свое отношение к эльфам и испытать даже некоторое уважение.

— Зачем нам весь мир? — просто ответил он вопросом на вопрос.

Я понял, чем менталитет эльфов отличается от менталитета людей. Да, они не любят незваных гостей и встречают их очень жестко, если не сказать жестоко. Но в них нет такой алчности и желания заграбастать все, до чего дотянутся руки, как у людей. Им хватает своего. Они желают жить на своем куске земли и жить по своим законам. Им не нужно чужого. И они не хотят учить других жить так, как живут они. Не знаю, может быть это и плохо. Замкнуться в своей коробочке, и пусть весь мир загибается. Тут уж я не могу судить.

Начались изматывающие тренировки. Орантоэль требовал от меня, чтобы я научился переходить в скоростной режим быстро и непринужденно.

— У тебя, Влад, когда на тебя нападут, не будет времени настроиться и приготовиться, — втолковывал он мне. — Ты не сможешь их попросить подождать, пока ты войдешь в это состояние. Значит, ты должен уметь входить в это состояние мгновенно, минимальным усилием воли, а то и без участия сознания, рефлекторно.

Надо сказать, что это у меня, хоть и не сразу, но начало получаться. Все меньше времени мне требовалось войти в измененное состояние и ускоряться. Причем, и скорость в этом состоянии стала возрастать.

Орантоэль с удовольствием, но все же, и с некоторым удивлением следил за моими успехами.

— Вот уж не думал, что люди тоже могут такое! — сообщил он мне, после того, как я в диком темпе прошел по всей поляне, рубя манекены, расставленные по поляне в произвольном порядке.

— Могут! — бросил я, вытирая пот.

Знал бы он! У нас люди всякое могут. Нет не все, конечно, но некоторые могут. А может быть, они бы тоже изменились, попав сюда, как Семен? Впрочем, это вопрос риторический. Не попробуешь — не узнаешь. Я же вон, не изменился!

Как всегда, в такие моменты, я рефлекторно провел рукой по ушам — не заострились ли, сердечные? Нет? Ну, слава Богу!

Орантоэль начал давать мне все более сложные связки, комплексы приемов с отвлекающими движениями, заставляя повторять их неисчислимое количество раз до полного изнеможения. Тренировочные бои становились все реже, но все более ожесточеннее. Причем, к каждому из этих боев, не только я готовился тщательно, что естественно, но и Орантоэль. В таких боях мастер запрещал мне ускоряться, мотивируя это тем, что при ускоренном движении, легких ран не бывает.

Орантоэль требовал от меня спать в полглаза, устраивая неожиданные побудки. Я при этом должен был вскакивать в полной готовности к боевым действиям. Он учил меня мгновенно ориентироваться в любой ситуации. Но, несмотря на то, что я успешно все это осваивал, Орантоэль хмурился все больше и больше.

— Не сделал ли я ошибку, Влад? — печально спросил Орантоэль, когда мы однажды сидели у Хрустального ручья.

— Я как-то не заметил ошибок в этом бою, — устало отозвался я.

— В том-то и дело, что с твоей стороны не было допущено ни единой ошибки.

— Так это же хорошо!

Орантоэль отрицательно покачал головой.

— Ты стал бойцом очень высокого класса. Я не припомню случая, чтобы за столь короткий срок, кто-то смог достичь таких же успехов, как ты. По некоторым моментам ты превзошел даже меня! Чего я вообще не мог себе представить. И вот я спрашиваю себя, да и тебя тоже: не допустил ли я ошибку, обучая тебя?

Ты стал бойцом очень высокого класса. А ну как ты обратишь свое оружие против нас? Ты знаешь, что тебя еще отличает от всех людей?

Я, ошарашенный такой постановкой вопроса, только покачал головой.

— Тебя принял лес! Невиданное дело! Ты научился передвигаться по нему, подобно нам — детям леса. И теперь представь себе: такой боец становится нашим врагом….

Орантоэль замолчал, выжидающе глядя на меня. Я же озадаченно почесал затылок.

— Орантоэль, ты что, с мэллорна упал? Причем, наверное, с самой верхушки. Какого демона ты решил, что я собираюсь стать вашим врагом? Вы, все-таки, нас с Семеном приютили, пригрели, накормили, да и обучили. И что? В благодарность за это, я должен стать вашим врагом?

— Ну, я не говорил, что ты должен им стать, — печально улыбнулся мастер. — Я сказал — что, если ты им станешь. Людям не свойственно чувство благодарности.

— Не расписывайся за всех людей! — сухо отрезал я. — Я помню все, что вы для меня сделали, и благодарен вам за это. А врагом я могу стать только для того, кто по-крупному меня обидит. Вы в это число не входите!

— Сегодня нет, а завтра? — помолчав, спросил Орантоэль.

— Слушай, ты уже, вроде бы, неплохо меня знаешь? Я похож на того, кто легко меняет свои принципы и взгляды? Я давал хотя бы раз повод для таких подозрений?

Орантоэль очень внимательно всмотрелся в меня.

— Если ты поклянешься, что не поднимешь оружие против нас…?

— Я не люблю клясться вообще! — резко сказал я. — Я говорю либо «да», либо — «нет».

Мастер, не сводя с меня взгляда, прислушался к чему-то в себе.

— Ты говоришь правду! — сделал он вывод. — Я тебе верю.

— А почему ты думаешь, что я сказал правду? — так же резко продолжал я. — Ведь люди так лживы!

— Ну, это просто, — усмехнулся Орантоэль. — Хоть вы и лживы, но мы, эльфы, можем безошибочно отличать ложь от правды.

— Вот, блин! Угораздило же меня столкнуться с ходячим детектором лжи! — вырвалось у меня.

— А что такое детектор? — мгновенно среагировал Орантоэль.