Твой смертный грех

Абдуллаев Чингиз Акифович

Глава 20

 

Слухи о том, что в доме Ярмыша перестреляли несколько человек, долго ходили по городу. Все шепотом рассказывали, что десять или двенадцать нападавших были расстреляны Ярмышем и его людьми, которые ждали гостей в засаде. Но никаких трупов найти не удалось. Правда, милиция дважды проводила обыски в доме Ярмыша и даже находила затертые капли крови на полу, но ничего больше не было. А местный оператор телевидения, который попал в больницу с проломленной головой, клялся, что упал с лестницы и ничего не помнит.

Но самое поразительное, что после такой победы Ярмыш распустил свою банду и, забрав свою семью, куда-то исчез. Потом рассказывали, что он уехал в Сибирь и стал там священником, но, возможно, это только слухи. А я снова вернулся в порт. Шарджин так и не узнал, что именно случилось. Он искал предателя среди своих, но так и не понял, почему Ярмыш отсюда уехал. Шарджин считал себя почти победителем, но я помнил о его диком плане и понимал, что в любой момент ситуация может повториться. Мне шел уже тридцатый год, и я подумал, что нужно оставить все эти бандитские разборки. Может, потому, что на меня так подействовали слова Ярмыша, который был убежден, что меня направил к нему Бог.

И я решил, что мне нужно отсюда уезжать. Я уже прожил две или три жизни. Сначала служил в армии, потом всякого навидался в нашем ночном клубе, потом работал с Ревазом, сидел больше трех лет во французской тюрьме, еще около двух лет отрабатывал в морском порту. У меня было много грехов. Смертных грехов, которые я за собой знал. Я убивал и предавал, хотя предательство Шарджина я почитал доблестью, а не смертным грехом, но, с его точки зрения, это был, наверное, большой грех. Я не почитал свою мать, как должно, не понимая, как ей было трудно поднимать троих мальчиков. В порту я помогал провозить незарегистрированные машины, давал взятки, помогал ворам. За мной числилось много смертных грехов. И я решил, что пора остановиться. Нет, я не был таким уж раскаявшимся грешником, если вы подумали об этом. Мне просто все надоело, и я понимал, что рано или поздно все равно сорвусь. Все эти разборки, драки, борьба за территорию, выяснение отношений с конкурентами, подкупы офицеров милиции, таможни, пограничников. Я повидал в жизни столько всякого, что мне просто надоело. Я чувствовал смертельную усталость. А план Шарджина, когда он хотел так страшно отомстить Ярмышу, меня окончательно добил, и уже не хотелось оставаться здесь. Я просто боялся, что однажды не выдержу и скажу ему все, что я о нем думаю. И тогда мне нужно будет его убить или позволить ему убить меня.

Я никому и ничего не сказал. Просто однажды исчез из дома, обставив все так, словно меня убили где-то в порту. Там, говорят, даже нашли мое тело. И похоронили Казбека Хадырова. А я бросил в воду свою одежду и уехал на поезде в небольшой сибирский городок, где решил начать новую жизнь.

У меня были документы на другое имя, которые я на всякий случай забрал с собой. Я устроился на работу, сначала строителем, потом стал бригадиром, даже прорабом, хотя высшего образования у меня еще не было. Начал встречаться с одной молодой женщиной, которая развелась шесть лет назад и жила теперь с маленькой девочкой. Казалось, что моя жизнь постепенно налаживается, но разве можно уйти от самого себя? Так прошло еще около трех лет. Я уже думал жениться на этой женщине и удочерить ее девочку, когда однажды во дворе моего дома появился какой-то незнакомый мужчина лет сорока. Он опрашивал соседей и искал явно меня. А потом действительно постучался ко мне.

Я уже тогда сразу понял, что этот тип какой-то странный, или у меня снова сработала моя интуиция. Но я почувствовал, что моя жизнь скоро полностью изменится. Этот незнакомец имел какую-то стертую внешность, ни за что нельзя было зацепиться. Он был невысокого роста, одет в серый костюм, говорил очень негромко, был близоруким, носил очки с большими линзами и вообще был похож на случайного посетителя или сельского чудака, непонятно почему случайно оказавшегося у меня. А потом он заговорил и, оказалось, что он искал меня больше года. Неизвестный представился Маляровым. Ильей Глебовичем Маляровым. Я даже не стал спрашивать, какое ведомство он представляет. И так было понятно, что ведомство весьма серьезное.

– Как вы меня нашли? – спросил я.

– Сложно, – признался он, – но именно вы нужны были нам больше всех остальных.

Я молчал, ожидая, что именно он скажет. И он начал говорить.

– Вы – Ринат Давлетшин, которого знали во Владивостоке как Казбека Хадырова. Не отрицайте, мы проверяли по отпечаткам пальцев, в том числе и в Лионе. Мы искали вас уже достаточно давно. Вы работали с известным криминальным авторитетом Ревазом Московским, а потом во Владивостоке помогли спастись семье некоего Ярмыша, семью которого защитили от бандитов.

– Откуда вы знаете?

– Одна из дочерей Ярмыша рассказала об этом своему другу, который работает в милиции. Мы вас долго искали, Ринат. Или вы хотите, чтобы я называл вас вашим нынешним именем?

– Мне все равно.

– Тогда пока буду называть Ринатом, – предложил он.

– Что вам нужно?

– Вы сидели три года во французской тюрьме и хорошо говорите по-английски и по-французски.

– Это вы тоже узнали от своего знакомого милиционера?

Он оценил шутку, даже улыбнулся.

– Нам очень нужен такой человек, как вы, господин Давлетшин. С такой биографией, как ваша, и с вашими знаниями вы могли бы работать совсем в другом месте.

– Что вы мне предлагаете?

– Интересную работу, очень интересную жизнь, смену обстановки и обеспеченное будущее.

– Может, вы джинн из сказки? – недовольно спросил я его. – Скажите наконец, что вам нужно?

– Нам нужны именно вы, господин Давлетшин, – немного торжественно повторил он. – Мы прекрасно знаем, как вы относитесь к своим бывшим подельникам. Это ведь они в свое время вырезали вашу семью и хотели вас убить. Мы собирали сведения о вас буквально по крупицам. Для своего возраста вы прожили достаточно насыщенную жизнь.

– И вы хотите, чтобы я снова ее поменял?

– Хотим. Если я расскажу вам наш план и вы откажетесь, у меня есть указание вас ликвидировать.

– Даже так?

Мне стало интересно. Что именно может предложить этот непонятный человек, появившийся из ниоткуда? Маленького роста, в очках, казавшийся хлюпиком рядом со мной. Но я сразу почувствовал его силу и понял, что он не шутит. Если понадобится меня убрать, он уберет очень быстро, и я не смогу ничего сделать.

– Говорите, – разрешил я ему. Наверное, он тоже был неплохим психологом, так как серьезно меня заинтересовал.

– Вы, наверное, слышали о том, что произошло в Москве во время захвата театра несколько лет назад? – спросил Маляров.

– Конечно, слышал. Об этом знает весь мир.

– А теперь произошла трагедия в Беслане…

– Зачем вы мне это говорите? Хотите отправить меня в Чечню? Думаете, я мало воевал?

– Нет, не хотим. У нас другой план. Вы когда-нибудь видели телевизионный фильм «Операция «Трест»?

– Кажется, видел. Может, вы продюсер и искали меня так долго, чтобы я снялся у вас в фильме?

– Почти угадали, мы хотим предложить вам необычную роль. Очень необычную. И предлагаем вам ее сыграть. Для этого вы подходите гораздо лучше других.

– Ничего не понимаю. – Я действительно удивился. Какую роль? О чем он говорит?

Маляров внимательно смотрел на меня, словно читая мои мысли, затем продолжил:

– Я не случайно вспомнил тот самый фильм. Тогда, в середине двадцатых, чекисты придумали такую организацию, как подпольная контрреволюционная организация «Трест», и в результате им удалось провести целый ряд блестящих операций. Скажу вам откровенно: после трагедий «Норд-Оста» и Беслана было принято беспрецедентное решение – создать новую преступную организацию, которой будет руководить достаточно известный авторитетный человек. Благодаря созданному «Тресту» удалось выявить десятки и сотни настоящих контрреволюционеров, арестовать супершпиона Сиднея Рейли, выманить в Союз самого Бориса Савинкова, а потом были похищены даже руководители Белого движения генералы Кутепов и Миллер. И все благодаря псевдоорганизации, которая была создана под руководством чекистов. Надеюсь, вы меня уже поняли?

Я изумленно смотрел на него. Можете себе представить, что именно я испытывал, когда он говорил мне подобные вещи?

– Вы хотите создать преступную организацию под моим руководством? – Я просто не верил услышанному.

– Да. Мы проанализировали ваши данные и пришли к выводу, что вы будете почти идеальной кандидатурой.

– Но меня помнят многие по Москве и Владивостоку.

– Начнем с того, что уже многие не помнят. Прошло несколько лет, а сейчас забываются события даже прошлого года. Мы не хотим сразу вводить вас в игру. Сначала вы пройдете спецподготовку, получите образование в одном из наших лучших институтов. А мы будем целенаправленно создавать вашу легенду и вашу новую биографию. Со временем даже найдем известного журналиста или журналистов, которые будут с отвращением писать о таком жутком типе, как вы. Некоторые громкие преступления будут списываться на деятельность вашей группы. Одним словом, мы создадим нужный ажиотаж вокруг вашего имени. Конечно, у вас будет новая биография и новая легенда. Но некоторые факты вашей биографии мы хотим сохранить. Например, ваше пребывание во французской тюрьме. Это очень удобно ложится на вашу новую биографию и объясняет всем, откуда вы так хорошо знаете английский и французский языки.

– И вы предлагаете мне сыграть роль бандита?

– Не просто бандита, а некоронованного короля преступного мира. Эта работа не на один год. Мы пустим слухи по всем колониям о ваших подвигах, их будут рассказывать по всем тюрьмам и поселениям. Через некоторое время вас официально «коронуют» в какой-нибудь колонии, и вы сможете открыто заявить о своих правах. На вашем счету будут деньги, много денег, которыми вы сможете лично распоряжаться.

– Но для чего?

– Именно для борьбы с настоящей преступностью. Вы должны войти в число самых известных преступных авторитетов страны. Если хотите, мы собираемся взорвать это сообщество изнутри. И самое главное, что вы в силу своего положения будете узнавать практически о всех наиболее громких террористических, диверсионных и уголовных акциях, которые готовятся и проводятся по всей стране. Мы сделаем так, что вы будете одним из самых важных и самых авторитетных людей, советоваться с которыми станет непременной обязанностью всех остальных преступных авторитетов.

Теперь наконец я понял. Он предлагал мне невероятную жизнь и почти неслыханные условия. Я должен был стать бандитом и вместе с тем работать на правоохранительные органы, взрывая это сообщество изнутри. Я должен был научиться лицедействовать, чтобы обмануть преступный мир целой страны. И не только нашей страны. Судя по тому, что он говорил про мое знание иностранных языков, они хотели сделать меня не просто преступным авторитетом, а настоящим международным мафиози, завязать на меня все международные связи наших наркобаронов, контрабандистов, террористов. Они учли еще и мое мусульманское происхождение. В отличие от грузинских, армянских и славянских авторитетов со мной будут советоваться и прислушиваться ко мне даже откровенные радикалы из подпольных мусульманских организаций. План был грандиозным.

– Все получится не так сразу, – признался Маляров, – у нас продумана целая система подготовки и пропаганды. Чтобы внедрить вас в это сообщество под новым именем и создать вам новую легенду, понадобится несколько лет. Мы научим вас аристократическим манерам, заставим прочесть нужные книги, познакомим со стилистами и дизайнерами. У вас будут деньги, женщины, дорогие вещи, роскошная жизнь. Мне же нужно получить только ваше согласие, чтобы вы немедленно уехали со мной.

– Я не смогу немедленно, это невозможно, – вспомнил я про женщину, с которой общался в этом городе.

– Это обязательное условие, – предупредил Маляров. – С этой минуты вы не можете оставаться один. Я сказал вам слишком много, чтобы позволить еще кому-то узнать об этом плане. Даже в моей организации о нем знают лишь несколько человек. Успех этого плана, рассчитанного на десять-пятнадцать лет, зависит прежде всего от абсолютной секретности. И это в ваших интересах в первую очередь.

Я сидел и молчал. Мне предлагали стать почти разведчиком в своей собственной стране. Предлагали стать самым известным бандитом, но уже под руководством наших правоохранительных служб. Предлагали известность, богатство, роскошную жизнь, поездки за границу, красивых женщин и почти неограниченную власть в обмен на мое лицедейство. Говорят, что артистов православная церковь запрещает хоронить на обычном кладбище. Лицедеям не место среди обычных людей. И может, именно лицедейство станет моим основным смертным грехом. Хотя уже тогда я понимал, что сыграть роль такого авторитета будет непросто. Придется быть жестоким, беспринципным, наглым, напористым, агрессивным и бессовестным. Но сама идея игры мне понравилась.

В этот вечер я исчез из своего городка вместе с Маляровым. Правда, он разрешил мне позвонить моей знакомой и объяснить ей, что я должен уехать. Это был сложный разговор, но я пообещал вернуться, хотя уже тогда понимал, что никогда больше сюда не вернусь.

Через несколько лет в Москве появился известный преступный авторитет Роберт Туманов по кличке Отшельник. Его известность была ошеломляющей. Его кличку знала отныне вся страна, от Владивостока до Калининграда. Он был образован, начитан, знал языки, умел обольщать женщин и руководил самой крупной преступной организацией в стране. О нем писали журналисты и писатели, о нем говорили на приемах и в дорогих бутиках. Роберт Туманов постепенно превращался в настоящую легенду. Легенду, которую так тщательно готовили российские спецслужбы.