Тропою снежного барса

Медведев Иван Анатольевич

2

 

По пути я заехал на работу в «Чёрный альпинист» проверить, как идут дела. К вечеру у нас бывает наплыв клиентов. Поужинал в малом зале нашего ресторанчика. Пока я ел, повар Мурат рассказал последние новости: приехало девять человек на трёх машинах.

– Те, что на «вольво», заняли люкс, заказали сауну. Парочка с «нэкси» поселилась на третьем этаже. Молодые люди – белый «жигуль» – попросили в номер телевизор.

Наши гости редко смотрят TV, не за этим они приезжают в наше уютное горное гнёздышко, одиноко прилепившееся на западном склоне урочища.

– Если будут смотреть парнуху, то пусть уберут звук, – сказал я. – У нас приличное заведение.

– Хорошо, шеф. Карим проследит. Провизия у них своя. До утра им хватит. А к обеду я сделаю чахохбили.

В «Чёрном альпинисте» я имел долю в двадцать процентов, дело процветало. Семь лет назад мы с друзьями взяли сначала в аренду, а потом и выкупили два здания зоны отдыха «Геолог». Один кирпичный двухэтажный домик с номерами люкс, двумя саунами и зимним бассейном, другой – трёхэтажный, деревянный, где на первом этаже располагались кухня и ресторан. Верхние этажи были предоставлены гостям. Зимой – лыжи, летом – туризм. На уиэк-энды отель обычно загружен полностью. Раньше я и не подозревал, что есть масса богатых людей, которые готовы щедро платить за отдых при условии, что гостям предоставляется известная свобода в выборе развлечений при полной анонимности и ненавязчивости персонала. Уже как три года я и ещё два компаньона были полными хозяевами «Чёрного альпиниста». За это время мы обнесли гектар своей территории высоким глухим забором и построили ещё два коттеджа. Один, стандартный, для персонала, второй – в виде лежащей на боку бутылки. Там находился бар и небольшое казино. Все дорожки посыпаны красным песком, которые вились по саду отеля к слабо освящённым укромным местечкам, где под сводами виноградников прятались летние беседки, и били фонтанчики.

Я дал последние указания своему заместителю Кариму и греку Роме. Жгучий красавчик Рома – один из моих старых университетских друзей. Бывший спецназовец, он служил в своё время в Анголе, а в «Чёрном альпинисте» занимался обеспечением безопасности отеля. Я рассказал ему про странное исчезновение Ирбиса.

– Рома, присмотри завтра за его домом. Так, на всякий случай.

– Понял, шеф. Тогда я возьму на пару часов нашу «авиа»?

– Ладно. Только не сажай в неё девочек.

Рома жизнерадостно улыбнулся.

– Не гони по трассе, Женя, – посоветовал он мне. – Асфальт мокрый.

Я заехал заправиться на станцию техобслуживания туристического комплекса «Чаргам». Три девятиэтажки и две дюжины коттеджей прилепились почти у самого подножия пика Чаргам – 3338 метров над уровнем моря. Ярко освящённый комплекс сиял стеклом и алюминием. Залив бак, я притопил газ до начала серпантина. Алдаркент в сорока километрах на запад от Чаргама. Это мой родной город. Раскинувшийся в предгорьях на берегу быстрой реки Чирчик, Алдаркент был раем для пенсионеров: чистый воздух, мягкий климат и утопающий в зелени обширный частный сектор, где можно недорого купить приличный домик. Раньше третью часть населения города составляли сосланные сюда во время войны немцы с Волги и Кавказа. Но вот уже как несколько лет основная их часть вернулась на историческую родину. Остались единицы, и среди них немец Гарри.

Сначала он, как и все, съездил на разведку в фатерлянд, пригнал оттуда два автомобиля, хорошую фотоаппаратуру, купил двухэтажный особняк на окраине Алдаркента и занялся свадебным извозом и съёмками торжеств.

– Чтоб мне так жить в Германии, – говорил Гарри, – надо пахать, как папе Карло, а здесь я двумя свадьбами в месяц покрываю все свои потребности.

Гарри подрабатывал фотографом в каких-то иллюстрированных журналах, а главное он, как и Ирбис, не мог жить в дали от Тянь-Шаня. Они часто вместе, заранее разрабатывая маршруты, уходили далеко за пятитысячники. Эта страсть сделала из них фанатиков. Когда-то и я был таким, но в двадцать пять лет я понял, что в жизни существуют не только горы.

Я выключил двигатель. Тихо накатом подъехал к особнячку немца Гарри. В одном из окон второго этажа из-за портьеры пробивался слабый свет. Я вышел из машины, нажал пару раз кнопку звонка. Тишина. Пустынная тёмная улочка нагоняла тоску. У следующего поворота на перекрёстке мелькнули задние огни джипа.

Прождав несколько минут, я нажал ручку калитки в железных воротах. Она мягко поддалась. Дверь в дом тоже была незапертая, и я вошёл.

– Гарри!

Прямо из холла наверх вела деревянная лестница. Я поднялся и открыл наугад первую же дверь. Это была проекционная. Гарри лежал в кресле, неестественно свесив голову набок.

Я пощупал его пульс, похлопал по щекам, брызнул из стакана в лицо минералкой. Гарри застонал и открыл глаза.

– Майн Год, это ты… Мой череп цел?

– Ты в порядке?

Гарри осторожно ощупал свою небольшую черепушку.

– Дай мне выпить…

Пришлось вновь спуститься по лестнице и сделать набег на бар хозяина. У Гарри была лучшая в городе коллекция заморских спиртных напитков. Я не стал рассматривать этикетки на бутылках всевозможных форм и размеров, а просто плеснул ему в бокал водки «Смирнофф». Когда я снова появился в проекционной, Гарри уже поднялся с кресла. Ухо у немца распухло, часть шеи и скула отекли и покраснели.

– Кто тебя так?

Гарри залпом выпил водку, и протянул бокал.

– Принеси ещё. Скула болит, наверное, у меня трещина…

– Что здесь произошло?

– Я просматривал слайды, делал выборку для «Путешественника». Их было двое. Они неожиданно вошли, и один сразу схватил меня за горло… – Гарри сделал паузу.

– Как они выглядели?

– Одна такая уголовная рожа, светловолосый, в шрамиках…

Второй амбал, брюнет, на казаха похож…

– Что им было надо?

– Монеты… Золотые червонцы, которые Ирбис нашёл трещине.

Я так и знал, что дело этим кончится…

– Ирбис пропал без вести. Уже три дня. Теперь неизвестно кто врывается в твой дом и бьёт тебе морду. Гарри, прими добрый совет. Расскажи мне всё по порядку – это в твоих интересах. Ведь о н и всегда могут вернуться…

Немец пружинисто прошёлся по комнате. Он уже полностью пришёл в себя.

– Эта сволочь так ударила меня, словно это был Холлифильд! У меня даже мелькнула мысль, что он вышиб мне мозги…

– Гарри, не испытывай моего терпения. У меня мало времени.

– Да, да, конечно, Женя, я понимаю, мы в одной команде… Похоже, Ирбис вляпался в скверную историю. Мы были с ним на Арашанских озёрах. Ирбис спускался в трещину на леднике. Внизу оказались скальные породы и пещера… Это сказка и фильм ужасов в одном жанре, Женя. Такое случается раз в тысячу лет. Там лежал скелет, а рядом рассыпанная куча золотых монет. Ирбис сунул в карман пару горстей… Рядом валялась коробка с каким-то клеймом… Её он тоже вытащил. – Гарри встрепенулся и приял стойку сторожевой собаки. – Я сейчас!

Он вышел из комнаты, сходил в гараж и принёс проржавевшую железную коробку.

– Вот она.

Исследования и открытие пещер – хобби Ирбиса. Любитель-спелеолог, он один сделал для этой науки больше, чем все профессора страны в этой области вместе взятые. Ирбис каждый год находил по три-четыре новые пещеры и аккуратно наносил их на топографические карты.

– Когда ты видел его в последний раз? – спросил я Гарри.

– Он приехал через несколько дней после похода, во вторник.

Ночевал у меня, два раза ходил на рынок.

– Продавал монеты?

– Он говорил, что хочет сделать дочери подарок…

Только теперь тревога по-настоящему сжала мне сердце. До этой минуты я старался не думать о плохом.

– Гарри, как мужчина – мужчине, что ты сказал гориллам? Учти, я всё равно это узнаю, но мне надо знать сейчас.

Немец сделал виноватое лицо.

– Поначалу я растерялся, когда этот уголовник схватил меня за горло. Казах стал орать мне в лицо, где остальные монеты?.. Я сказал им, что… не знаю о чём речь… Тогда тот, второй, выхватил нож. Я испугался, я сказал им, что Ирбис живёт в Чаргаме.

Я замер.

– Это всё? Ты мне больше ничего не хочешь сказать?

– У них был мобильный телефон. Им позвонили. Уголовник от-

пустил меня, а казах неожиданно саданул в ухо, и я отключился. Женя, надо найти их…

Я спустился в холл к телефону, позвонил в Чаргам.

– Заря, у тебя всё в порядке? Слушай меня внимательно, малыш. Сейчас быстро собери самое необходимое и иди оврагом в «Чёрный альпинист». Не выходи на шоссе.

– Что случилось, Евгений Алимович?

– Не задавай вопросов, а только запоминай, у меня мало времени. В отеле снимешь номер семнадцатый, и не выходи из комнаты. Ужин и завтрак тебе принесут в номер. Завтра увидимся.

– Вы нашли отца?

– Всё нормально, малыш. Запомни: через две минуты тебя не должно быть дома.

Я дал отбой, потом позвонил и предупредил Карима.

Гарри, потирая скулу, тоже спустился вниз.

– Вроде кость цела, но синяк будет… Надо найти этих подонков. Да как они смеют позволять себе такое… У нас что, Чикаго?

У Гарри в многоэтажках Нахаловки жила пассия, ему было, где укрыться.

– Ты видел золотые монеты?

Гарри кивнул.

– Да, Ирбис показывал… Царские червонцы с профилем Николая II.