Трибунал для Валенсии

Абдуллаев Чингиз Акифович

Глава восьмая

 

Дронго был слишком опытным человеком, чтобы броситься сломя голову в люкс соседа. Он посмотрел по сторонам. В коридоре по-прежнему никого не было. Дронго вернулся к уже открытой двери своего номера, положил на пол рядом с ней пакет, затем вернулся к Олегу. Тот ошалело смотрел на него.

— Спокойно, — сказал Дронго.

— Вы говорите по-русски? — только сейчас понял Базуров.

— Лингвистические проблемы обсудим в другой раз, — огрызнулся Дронго, — а сейчас давайте немного успокоимся. Кого убили?

— Нину, — ответил Олег. — Она там лежит…

Дронго подумал, что ему нужен свидетель.

— Стойте здесь и никого не впускайте, — строго приказал он, доставая из кармана мобильный телефон. Обычно он старался не включать аппарат, от которого сильно болела голова, но, находясь за рубежом, на всякий случай носил его не выключенным. Набрав номер отеля, Дронго спросил, как ему позвонить сеньору Фредерику Миллеру. Через мгновение тот ответил:

— Я слушаю.

— Господин Миллер, — обратился к нему на английском Дронго, — вы можете к нам подняться? Я на пятом этаже в правом коридоре.

— Что-то случилось? — сразу все понял Миллер.

— Убийство, — коротко сообщил Дронго, глядя на Олега. Тот все еще стоял, словно оглушенный.

— Сейчас поднимусь, — решил Миллер.

Дронго убрал телефон, внес пакет со статуэткой в коридор своего номера, не заходя в комнату, затем запер дверь и вернулся к Олегу.

— Я войду в ваш номер вместе с моим знакомым, — пояснил он Базурову. — Только вы не нервничайте и не дергайтесь. Где она лежит?

— В гостиной, — выдохнул Олег. — Там… на полу…

— Признаки насильственной смерти есть?

— Что? — не понял Олег.

— Как ее убили? Выстрелили, задушили?

— Нет, нет. Ее ударили по голове. Там столько крови…

— Ясно. Больше ничего не говорите. Сейчас подойдет мой знакомый. Он известный эксперт по вопросам преступности. Его хорошо знают в испанской полиции. Мы вместе с ним войдем в ваш номер и посмотрим, что там случилось.

— Хорошо, — согласился Олег.

— Вы нашли ваши деньги?

 — Откуда вы знаете? — встрепенулся Олег. — Кто вам сказал про деньги? Вы подслушивали наши разговоры? Кто вас подослал?

— Я похож на человека, которому совсем нечего делать? — разозлился Дронго. — Специально прилетел через всю Европу, чтобы послушать, как вы ругаетесь со своей пассией?  Не стоит быть о себе такого высокого мнения…

— Я не хотел вас обидеть, — пробормотал Олег.

В этот момент в конце коридора показался Миллер. Он семенил короткими ножками, торопясь к месту события. Известный эксперт был ниже Дронго на целую голову. Подойдя к ним, он испытующе посмотрел на Олега.

— Такие игры не приводят к добру, — укоризненно произнес Миллер и, не дожидаясь ответа, вошел в номер, почти сразу направился в гостиную, словно знал, где именно лежит Нина Ступникова.

Дронго подумал, что у этого маленького господина гениальная интуиция. Они с Олегом вошли следом. Миллер уже стоял над телом убитой. Молодая женщина была в том самом наряде, в каком они видели ее вчера. Неизвестный нанес ей удар по голове, от которого она скончалась на месте. Миллер присел, наклонился к убитой. Затем повернул голову к Дронго.

— Как вы думаете, коллега, когда произошло убийство? — спросил он.

— Сейчас уже второй час, — глянул на часы Дронго, — я полагаю, не менее часа назад. Примерно в полдень. Кровь впиталась в ковролин. Несчастная убита одним сильным ударом по голове.

Олег стоял у входа и смотрел на происходящее по-прежнему безумными глазами.

— Очевидно, убийца стоял у шкафа, — предположил Дронго. — Услышал, как она входит в номер, и встал вот здесь, чтобы она его не заметила. А когда женщина вошла, нанес ей сильный удар по голове. Такой сильный, что она сразу скончалась на месте.

— Абсолютно верно, — поднялся Миллер, — и, судя по удару, в руках убийцы находился достаточно тяжелый предмет. Если он не планировал этого убийства, у него не должно было быть заранее приготовленного оружия, он ударил бы ее тем, что ему подвернулось под руку. Если мы найдем орудие убийства, то сможем кое-что сказать более конкретно.

— Возможно, — согласился Дронго. — Но где тогда орудие преступления? — Он посмотрел на Олега. — Скажите, господин Базуров, у вас в комнате ничего не пропало?

— Нет, — огляделся Олег, — только деньги и бриллианты, которые я ей дарил. Набор от «Шопард», часы, еще несколько украшений… Все пропало.

— Где вы все это держали?

— В сейфе. А код знала только Нина. Я думал, что вчера она забрала и деньги, и драгоценности. Больше ничего не пропало. Там были кольца, два браслета, колье…

— Да, — перебил его Миллер, отводя глаза, — но такими украшениями нельзя нанести смертельный удар. Может, пропало еще что-нибудь?

— Ничего ценного больше не было, — удивился Олег.

«Идиот», — в сердцах подумал Дронго и, с трудом сдерживаясь, спросил:

— У вас были в номере какие-нибудь тяжелые предметы? Нас мало интересуют ваши ценности. Нам нужно знать, были ли у вас тут тяжелые предметы. Вспомните. Может, вы купили какие-нибудь статуэтки? Или любите возить с собой гантели?

— Нет, ничего не брал, — ответил Олег.

Миллер наклонился, что-то высматривая на полу. Затем поднял голову.

— Может, вы купили какую-нибудь каменную статуэтку? Или какой-нибудь крупный камень в качестве сувенира?

— Да, — сразу вспомнил Олег. — У нас есть такая вещь. Мы купили ее в Эль-Прадо. Каменная. Копия какой-то римской скульптуры. Такая тяжелая, килограммов на пять или шесть. Она в чемодане, в шкафу.

Дронго чуть не выругался. Затем подошел к шкафу, открыл зеркальную дверь.

— Найдите статуэтку, — приказал он, обращаясь к Олегу.

Тот достал один из чемоданов, открыл его. Это был чемодан известной фирмы «Луи Вьюттон». Олег покопался в нем и вытащил темно-синий пакет.

— Статуэтка на месте, — сообщил он, — никто ее не трогал.

— Дайте мне пакет, пожалуйста, — попросил Дронго. Он прошел в ванную комнату и принес оттуда небольшое полотенце. Потом положил пакет на стол, осторожно открыл его, стараясь не дотрагиваться голыми руками. Достал из пакета большую коробку, открыл ее, заглянул внутрь. И, перевернув коробку, вывалил сломанную скульптурку на стол. На ней виднелись и следы удара, и пятна крови.

— Сволочи! — произнес потрясенный Олег. — Мало того что ее убили, так еще и меня подставить хотели…

— Кто? — быстро спросил Миллер.

— Откуда я знаю — кто? И вы кто такие? Почему вы говорите по-русски? И вообще, откуда вы здесь появились?

— Благодарите Бога, что мы оказались здесь, — отозвался Дронго, — иначе у вас были бы очень крупные неприятности. Весь отель видел, как вы все утро бегали в поисках Нины. Десятки свидетелей могли бы подтвердить, что вчера вечером вы с ней поскандалили. Причем поскандалили так сильно, что она ушла из вашего номера и ночевала в другом. А утром ее обнаружили мертвой в вашем номере и орудие убийства лежало в вашем чемодане. Когда вы проспитесь, то поймете, что пожизненный срок в Испании вам почти гарантирован. Сами же вы никогда в жизни не посмотрели бы в свой чемодан.

— О, Господи! — вздохнул Олег. Он пошатнулся, взял стул и уселся на него. Было видно, что произошедшее его основательно потрясло.

— Нужно вызывать полицию, — решил Миллер, — здесь все ясно. Убийца достал этого каменного истукана из чемодана и нанес сильный удар по голове несчастной молодой женщине. Потом убрал сломанную статую обратно в коробку. Обратите внимание, на полу осталась каменная крошка. Поэтому я и спросил про что-нибудь каменное.

Олег, судорожно вздохнув, кивнул.

— Может, ее совсем убрать? — робко предложил он. — Они мне не поверят. Решат, что я убийца. Они мне ни за что не поверят. Может, нам лучше выбросить эту статуэтку? Как вы думаете?

— Экспертиза все равно определит, что удар был нанесен тяжелым каменным предметом, — возразил Дронго, — а если мы согласимся с вашим предложением, то исчезнет основная улика для полицейского расследования. Поймите, этого нельзя делать ни при каких обстоятельствах. Я могу стать вашим свидетелем и рассказать полицейским, что вы поднялись вместе со мной на пятый этаж. Я видел, как вы входили в ваш номер.

— Это ничего не даст, — возразил Олег. К нему начало возвращаться былое самообладание. — Они скажут, что я вошел, убил, спрятал статуэтку и вышел. На ней сколько угодно отпечатков моих пальцев.

— Нет, — возразил Дронго. — Во-первых, вы не успели бы так быстро ее убить, спрятать сломанную пополам статуэтку и выйти в коридор. У вас не хватило бы на это времени. А во-вторых, она была убита не только что, а примерно час назад. И это серьезное ваше алиби. Где вы были час назад?

— В поселке Эл-Салер, — вспомнил Олег. — Я отправился туда пешком, примерно часов в одиннадцать. За сорок минут дошел, думал найти там Нину. Но ее нигде не было, и я еще зашел в местный бар.

— Вы там что-то заказывали?

— Бутылку холодного пива. Было очень жарко.

— И как потом вернулись обратно? Тоже пешком? — недоверчиво спросил Дронго. — У вас не хватило бы времени.

— Нет, приехал на такси, — ответил Олег, — там случайно оказалось свободное такси, и я попросил водителя отвезти меня в отель. Он согласился.

— Номер не помните?

— Нет. Но можно выяснить, какое такси меня привезло. Думаю, это не проблема.

— Вы хотя бы запомнили водителя в лицо?

— Тоже нет, — признался Олег. — Я уже давно не запоминаю ни водителей, ни швейцаров. Извините меня, но я привык в Москве к своим водителям и чужих просто не вижу…

Дронго взглянул на Миллера. Тот подошел к столу, сел на второй стул.

— Напрасно вы так бурно реагировали на ее исчезновение, — назидательно произнес он, — не обязательно было тревожить весь отель. Вы нашли ваши деньги?

— Не нашел, — угрюмо буркнул Олег, — и все наши ценности пропали. Даже мои часы. Это сделал какой-нибудь испанский грабитель. Залез в номер, убил мою девушку и забрал все наши ценности. Вызывайте полицию, пока не поздно.

Дронго и Миллер переглянулись.

— Если убийца местный, то его уже давно здесь нет, — мрачно пояснил Дронго, — но, я думаю, мы с коллегой другого мнения.

— Какого еще мнения? — не понял Базуров.

— Нина вошла в номер и дошла до гостиной. Чтобы открыть дверь, ей нужны были секунды две. И чтобы пройти сюда, еще столько же, — объяснил Дронго. — Предположим даже, что сначала она постучала. Но и в этом случае не прошло больше десяти—пятнадцати секунд. За это время неизвестный грабитель обязан был быстро принять решение, найти эту скульптурку, приготовить ее и нанести удар. В это верится с трудом. Поэтому я думаю, что убийца просто знал, где лежит ваша статуэтка. И достал ее заранее, чтобы нанести удар.

— Я вас не понимаю, — протянул Олег.

— Мой коллега пытается вам объяснить, что убийца знал о вашей статуэтке, — сказал Миллер. — Это важно потому, что означает: вошедший в ваш номер человек — один из тех, кто вместе с вами покупал эту копию скульптуры в Мадриде.

— С нами никого не было, — растерялся Олег, — только мы с Ниной и ребята. Наша компания… — Вдруг он все понял. И ему впервые стало по-настоящему страшно. — Вы хотите сказать, что кто-то из наших ребят мог сделать такое?

Дронго и Миллер еще раз переглянулись, но промолчали. Миллер подошел к телефону, набрал номер портье и попросил вызвать полицию, коротко сообщив, что в люксе на пятом этаже произошло убийство. Затем вернулся к столу, сел на свое место.

— Терпеть не могу выступать в роли свидетеля, — признался он, — но придется объяснить курортным блюстителям порядка, что тут случилось. Вряд ли в таких местах есть квалифицированные сыщики. Здесь занимаются поисками пропавшей губной помады и похитителей женского белья, а не убийц.

— Но ведь ребята были в Валенсии, — вспомнил Олег, — у них тоже есть алиби. Они все уехали отсюда на автобусе отеля в половине одиннадцатого утра и вернулись все вместе к часу дня. Никто из них не мог такого сделать.

— Я сам был в этом автобусе, — сказал Дронго.

— Ну вот видите! — выдохнул Олег. Он старался не смотреть на убитую. Так ему было легче.

— Но дело в том, что ни у кого из отправившихся на экскурсию нет настоящего алиби, — продолжил Дронго. — Как только мы приехали в город, нас сразу же повели в музей керамики, а затем, примерно минут через пятьдесят, мы все разошлись в разные стороны. И должен вам сказать, что ваши приятели вели себя не очень организованно. Вадим поругался с супругой и ушел куда-то один. Тигран потерялся. Только Аркадий все время был с супругой, да и то это не алиби, так как жена может создать ложное алиби, чтобы выгородить мужа. А это значит, что у каждого из мужчин было время, чтобы взять машину, вернуться в отель, пройти в здание через внутренний дворик, подняться на этаж, убить вашу подругу, а затем уехать в Валенсию.

— Нет, — отрезал потрясенный Олег. — Не верю. Такого просто не может быть.

— Кстати, и у вас, — безжалостно добавил Миллер, — была такая возможность. Вы могли поехать в Эл-Салер на машине, доехав туда за несколько минут, а всем рассказывать, что отправились в поселок пешком. И значит, у вас было время совершить это преступление, спрятать статуэтку в чемодан, чтобы подставить самого себя столь грубым способом, и затем разыграть комедию перед моим другом, уверяя, что вы случайно нашли тело через час с лишним после убийства.

Олег от ужаса качнулся. Посмотрел на Нину и почувствовал приступ тошноты. Было не совсем понятно, от чего ему вдруг стало так плохо: то ли от последних слов Миллера, объяснившего, как его могут заподозрить в преступлении, то ли от вида убитой. Он пробормотал извинения и побежал в ванную комнату. Оттуда послышались судорожные всхлипы и характерное урчание.

— Наша профессия востребована на любом курорте, — подвел невеселый итог Миллер. — Кажется, я слышу, как сюда бегут люди. Итак, дорогой мистер Дронго, мы с вами должны провести очередное расследование и постараться найти убийцу. Этот тип, совершивший преступление, не мог знать, что тут, рядом с ним, окажутся два таких специалиста. Как вы считаете?

— Нужно его вычислить, — согласился Дронго, посмотрев на погибшую. — Ненавижу, когда убивают людей. Для меня любой убийца — не человек. Он сам лишает себя права так называться..

В дверь громко постучали.