Третий вариант

Абдуллаев Чингиз Акифович

ГЛАВА 13

За шесть месяцев до событий

 

Звонок, раздавшийся так рано утром, мог удивить кого угодно, только не Рашида Касимова. Звонили по телефону, который всегда находился рядом с ним и номер которого, за исключением нескольких близких людей, никто не знал. В городской квартире, занимавшей два этажа элитного дома, у него была своя комната, куда не заходили даже супруга и дети. С годами жена постарела, и он с ней почти не спал, считая, что она сознает причины подобного невнимания.

Супруге было всего сорок три года, но он считал ее уже достаточно пожилой, предпочитая молодых девочек. Однако для него, как и для любого восточного человека, семейный очаг был святым местом. Он не посмел бы даже подумать привести в свою спальню какую-нибудь постороннюю женщину. В квартире находились жена и дети, и подобный разврат для такого серьезного человека, как Рашид Касимов, был немыслим.

Покосившись на часы — еще не было и семи, — он поднял трубку.

— Слушаю, — сказал охрипшим голосом.

— У нас проблемы, — сообщил Ринат Хайфулин, голос которого он сразу узнал.

— Какие проблемы?

— Сегодня ночью двое моих людей схвачены сотрудниками банка. В тот момент, когда они следили за Игнатом Мальчиковым.

У Касимова сразу пропал сон.

— Его специально охраняли?

— Похоже на то. Оба моих человека пропали, а соседи слышали там какие-то выстрелы. Рядом с домом на земле мы обнаружили кровь. Там были ранены или убиты мои люди.

Касимов вскочил с постели, стараясь унять нервную дрожь в левой руке.

— Что думаешь делать?

— Искать своих людей. Они увезли их куда-то, один из моих помощников полагает, что они прячут их в своем банке.

— Это невозможно, — усомнился Касимов. — Такой респектабельный банк. Кирилл Петрович не станет так рисковать.

— Он может об этом и не знать. Там ведь сидит Потапенко, а это старый специалист, понимает: банк — самое последнее место, которое может вызвать подозрение.

Касимов знал, что их разговор нельзя подслушать. В телефонный аппарат был вмонтирован дешифратор, не позволяющий постороннему попасть на линию. Но все равно не следовало слишком доверять технике, это он усвоил давно.

— Что хочешь делать?

— Сейчас думаю. В любом случае должен был тебя предупредить. Они могут тебе позвонить. Если захватили моих людей, наверняка сумеют узнать, кто их послал. А если узнают, то придут к тебе.

Помрачнев, Касимов тихо сказал:

— Ты меня не пугай.

— Я просто предупредил. Они поймут, что мы разгадали их игру, и решат, что мы с тобой знаем слишком много. Может, они сумели договориться с другой стороной, которую ты хотел обмануть.

— О чем ты?

— О тех, кому принадлежат эти деньги. Может, они уже все знают и вместе с Мясниковым решили устранить ненужного свидетеля.

Касимов вспомнил лицо приезжавшего к нему человека. Он невольно вздрогнул. Если то похоже на правду, ему не спастись. Против него спецслужбы целого государства, а это уже не доморощенные мафиози. И шансов на спасение не будет.

— Почему молчишь, Рашид? — спросил Хайфулин. — Решил, что игра слишком усложнилась? Или думаешь, как от меня избавиться?

— Дурак! — разозлился Касимов. — Делай что хочешь, но я должен все знать. Все точно знать, чтобы решить, как мне быть дальше!

— Я еще не сказал самого главного. Мальчиков тоже пострадал. Его тяжело ранили, отобрали портфель. Думаю, это сделали люди Потапенко, чтобы потом все свалить на нас и таким образом отмазаться от подозрений. Они ведь все равно не хотели посылать Мальчикова в Цюрих.

— Насчет ранения точно известно?

— Говорят, он в больнице. Я послал своих людей проверить. Может, они просто подстроили, чтобы снова нас обмануть.

— Как только узнаешь, сразу позвони мне. И звони мне все время. Какой у тебя мобильный телефон?

Хайфулин продиктовал номер, Касимов записал. Швырнув ручку в сторону, положил трубку на рычаг. Спать больше не хотелось. Нужно все продумать. Сегодня последний день. Неужели Кирилл Петрович действительно решил таким образом от него избавиться? Но для чего? Какой в этом смысл? Или они избавляются от всех свидетелей разом?

Нужно что-то делать. Он задумчиво прошелся по комнате. Если они решили его убрать, то сделают это при любых обстоятельствах. Или поездка Кондакова и его неудача в Будапеште были лишь ловушкой для простаков? Нужно все тщательно продумать.

Как все это глупо. Неужели кто-то действительно решил выключить его из игры? Он знал, какую сторону представляют держатели счета. Знал, чьи именно эти деньги. Там церемониться не будут. Они просто истребят всех, кто встанет на их пути. В конце концов, дело не в деньгах, для тех людей это и не такие большие суммы. Дело в самом принципе. Там никто не потерпит обмана. Рашид Касимов понимал это, может быть, лучше других.

Снова зазвонил телефон. Он с ненавистью посмотрел на аппарат. Кому приспичило в такую рань? Он подошел к телефону.

— Рашид Амирович? — раздался в трубке голос Мясникова. Он даже вздрогнул: слишком невероятным был этот звонок, слишком неожиданным.

— Да, — глухо сказал он, — да, это я.

— Нам нужно встретиться. — Голос Мясникова был явно не сонный. Значит, он и не ложился в эту ночь.

— Нужно, — выдавил Касимов, — нужно встретиться.

— Может, вы приедете к нам в банк? — предложил Мясников, и Касимов сразу насторожился.

— Нет, — отказался решительно, — лучше вы приезжайте ко мне на дачу. Увидимся там в девять утра.

— Так дела не делаются, Рашид Амирович, — явно нервничая, возразил Мясников. — Мне нужно с вами поговорить.

— Кажется, раньше вы не отказывались посетить мою дачу, — заметил Касимов. — Что случилось, Кирилл Петрович? Решили таким образом устроить свои дела?

— Это я должен у вас спрашивать! — зло огрызнулся Мясников. — Ничего я не решил. Мне нужно с вами обязательно увидеться до поездки нашего сотрудника в Швейцарию. Это очень важно, Рашид Амирович. У нас мало времени.

— Да, — согласился Касимов и вдруг быстро спросил: — Что с вашим сотрудником? Разве он сможет полететь в Цюрих? Я слышал, он ранен.

— А вы уже об этом знаете?

— Я знаю все! — закричал Касимов. — Все, что мне нужно знать!

— Тогда нам не о чем разговаривать, — так же зло ответил Мясников. — Это ведь ваши люди отправили его в больницу, чтобы не пускать в Цюрих.

— Как это мои?! — заорал Касимов. — Это ваши люди его убрали! А теперь решили свалить на нас!

— Мерзавец! — прохрипел Мясников. — Ты проиграл. Мы захватили твоих людей. Они подтвердили, что их послал твоя «шестерка» Хайфулин.

— Это ты сам «шестерка»! О чем ты думаешь? Решил всех обмануть? Никто в Швейцарию не поедет, это блеф, обман. Все деньги ты уже давно спрятал.

— Они там, на счету, — отрезал Мясников и потом, чуть успокаиваясь, сказал: — Сукин ты сын. Я всегда знал, что тебе нельзя доверять. Все равно мой сотрудник сегодня вылетит в Цюрих, и ты ничего не сможешь сделать. Я все сам проверю, лично.

— Что? Твой сотрудник сегодня летит в Швейцарию?

— Да, — злорадно выпалил Мясников, — и ты ничего не сможешь сделать. Поздно уже, все.

— Подожди, — занервничал Касимов: может, они действительно ошибаются оба, — давай все-таки встретимся.

— У тебя на даче? — издеваясь, спросил банкир.

— Нет, в аэропорту. В Шереметьеве. Прямо в салоне ВИПа. Твой сотрудник летит из Шереметьево-один?

— Да.

— Тогда увидимся прямо там.

— Сегодня в девять, — уточнил Мясников.

— В десять, — возразил Касимов, — ровно в десять. И без глупостей, Кирилл Петрович. Я приеду с охраной.

— Я тоже буду не один.

Касимов положил трубку. И тут же набрал номер мобильного телефона Хайфулина.

— У нас встреча с Мясниковым в десять часов утра, в салоне ВИПа, в Шереметьево-один. Ты тоже туда подъезжай. А я возьму своих ребят.

— Будь осторожен, — на всякий случай сказал Хайфулин, — мало ли что. Может, там будет засада.

— Я всех своих людей захвачу, — ухмыльнулся Касимов, — если понадобится, весь аэропорт оцепим. У Мясникова столько людей в банке не работает, сколько я привезу охранников. Если что, мы его сразу уберем. Это не в банке сидеть.

— Ты, самое главное, езжай по другой дороге, — посоветовал Хайфулин, — они могут устроить засаду на трассе. Там есть где вас встретить. Или, еще лучше, отправь охрану вперед, а сам поезжай в аэропорт на каком-нибудь простом автомобиле с затемненными стеклами. Но чтобы об этом никто не знал.

— Я теперь никому не верю, — признался Касимов. — Кирилл Петрович мне всегда казался солидным и надежным. А оказался таким подлецом. Нет, Ринат, теперь я никому не верю. Ты лучше бросай все дела и срочно езжай в аэропорт. Там встретимся.

— Про Мальчикова слушать не хочешь? — спросил Хайфулин. — Мой человек уже был в больнице.

— Ну и что там?

— Он действительно тяжело ранен. Сотрясение мозга. Послушай, Рашид, если это Мясников и Потапенко, то они ведут очень нехорошую игру. Может, тебе лучше не ездить в аэропорт?

— Нет, — подумав, сказал Касимов, — все равно поеду. Нужно все выяснить одним разом. Сегодня последний день. Завтра приедут за деньгами, и я должен точно знать — кто против меня, а кто за меня. Увидимся в аэропорту, а там посмотрим, что будет, — закончил он твердо.

Положив трубку, он подумал немного и набрал другой номер. Семен жил недалеко, в одном из соседних домов, он сразу ответил, словно знал, что будет звонить хозяин.

— Срочно ко мне, — приказал Касимов, — все бросай и быстро поднимай своих ребят. Сегодня мне они понадобятся все.

— Что случилось? — сонным голосом спросил Семен.

— Когда приедешь, узнаешь, — коротко бросил Касимов. — Прикажи приготовить все наши автомобили. Лучше джипы. И собери столько людей, сколько сможешь. Вызывай даже дополнительных. Я заплачу наличными, сколько захочешь. Но чтобы у всех было право на ношение оружия.

— Будет разборка? — не удержавшись, спросил Семен.

— Идиот! Такие вопросы по телефону… — бросил трубку Касимов.

Теперь нужно все продумать тщательно и во всех деталях. Предусмотреть любой вариант развития событий.

Он встал и прошел в ванную комнату. По старой привычке он по утрам прежде всего брился, тщательно выскабливая щетину. Как у всякого восточного человека, растительность была обильной, и бриться нужно было ежедневно. Его огорчала эта буйная волосатость лица и тела, словно компенсирующая отсутствие волос на голове.

Он был человек осторожный. Годы, прожитые в бывшем советском пространстве, научили его изворотливости. Впрочем, тому они учили любого предприимчивого коммерсанта, любого удачливого дельца — уметь совершать сделки, соблюдая конспирацию и рассчитывая разумный риск.

С молодости привыкшие исправно платить государственные налоги и уважавшие законы, западные бизнесмены даже не представляли, как приходится изворачиваться и приспосабливаться коммерсантам по другую сторону «железного занавеса». Но и после падения этого занавеса ничего не изменилось. На Западе большая часть людей по-прежнему исправно платила налоги, внося в свои налоговые декларации все заработанные суммы. И послушно следовала букве закона, понимая, что существуют ценности, гораздо более важные, чем собственный карман. А по другую сторону бывшего занавеса точно так же, но в зеркальном отражении, большая часть людей просто плевала на все принимаемые законы, успешно уклонялась от уплаты любых налогов и ежедневно нарушала закон практически по всем статьям, не заботясь о последствиях. И, самое главное, всегда считала собственный карман и собственное благополучие более важными вещами, чем весь окружающий мир с населяющими его людьми и какими-то там придуманными правилами.

Когда Семен приехал, хозяин уже принял решение. На всякий случай он продумал несколько возможных вариантов поведения, справедливо решив, что нужно предусмотреть и крайний, самый отчаянный вариант, по которому придется действовать в случае необходимости. Но даже его изощренная фантазия не могла предусмотреть того, что произошло в действительности.

Семен сразу сел за телефон и стал обзванивать всех, кого мог вспомнить и на кого мог рассчитывать. А Рашид Касимов снова прошел в ванную комнату и принялся снимать небольшой итальянский электронагреватель, установленный в нише. Сняв нагреватель, он осторожно вытащил две кафельные плитки, находившиеся за ним. За плитками обнаружилась дверца сейфа. Набрав комбинацию цифр, он открыл сейф, достал из него несколько паспортов и пистолет. Тут же лежало несколько пачек денег. Он сгреб их все, рассовал по карманам.

Выйдя из ванной комнаты, прошел в свою спальню. В гостиной, на нижнем этаже, уже находились несколько охранников. Испуганная супруга и дети не понимали, в чем причина такой суеты. Все ждали появления хозяина дома. Он надел пиджак, поправил галстук. Пачки денег и пистолет аккуратно переложил в небольшой «дипломат». Туда же положил паспорта. И только затем вышел в коридор, где уже находился Семен и еще два охранника. Увидев мужа, супруга бросилась к нему. Рядом с детьми стояла теща, которую Касимов всегда недолюбливал.

— Все в порядке, — успокоил их глава семейства, — у нас просто важная встреча.

Лица охранников не обещали ничего хорошего. Да и столь ранний выезд самого хозяина внушал опасение. Но, привыкшие не вмешиваться в дела своего мужа и отца, домочадцы хранили молчание. Только теща попыталась было что-то сказать, но под грозным взглядом зятя тут же умолкла.

— Сегодня не приеду, — сказал на прощание Рашид, обращаясь к жене. Он еще не знал, насколько пророческими будут его слова.