Трагедия Сталина и его сыновей. «Я солдата на фельдмаршала не меняю!»

«Я солдата на фельдмаршала не меняю!» Кто не помнит эти слова Сталина из классического военного фильма – ответ Вождя на предложение обменять его попавшего в плен сына Якова на сдавшегося в Сталинграде фельдмаршала Паулюса! Отправив на фронт обоих своих сыновей (кто из нынешних кремлевских временщиков способен на такое?!), Сталин считал, что обязан разделить с советским народом общую судьбу и жертвовать всем, даже родной кровью, ради Победы. Но стоит ли вообще верить утверждению гитлеровцев и их нынешних «либеральных» подпевал, что старший сын Вождя добровольно сдался в плен? Имеются ли убедительные доказательства подлинности протоколов допроса Якова Джугашвили и тех мутных ретушированных фотографий, на которых он мирно беседует с немецкими офицерами? Или все это – вражеская провокация, грязная фальшивка, состряпанная геббельсовской пропагандой, чтобы опорочить Верховного Главнокомандующего Красной Армии через его сына? Проведя собственное расследование, ведущий историк и публицист патриотических сил приходит к выводу, что немцы выдавали за Якова Джугашвили его «двойника» (отсюда и фотомонтаж, и масса ошибок и нестыковок в показаниях), что на самом деле старший сын Сталина не сдавался в плен, но пал смертью храбрых в бою, а младший сын Вождя, герой войны, боевой летчик-орденоносец Василий Сталин был убит хрущевскими иудами за то, что не отрекся от отца и не предал его светлой памяти!

Предисловие Ложь и коварство

Война – дело старое, и никакие совершенствования оружия и тактики боя не меняют принципов победы, а их еще в XIX веке довольно дотошно, хотя и с обычным для немца академизмом, описал Карл фон Клаузевиц в своем объемном труде «О войне». И Клаузевиц еще в те годы заметил, что для победы в войне совершенно недостаточно иметь материальный перевес (хотя он очень важен). Если бы дело было в нем, то войн никогда бы не было, поскольку враждующие стороны могли бы подсчитать, сколько у кого людей, пушек и снарядов, и объявить победителя, так сказать, по очкам. Но войны идут независимо от материальной силы сторон, и это объясняется тем, что на победу сильнейшее влияние оказывают еще два фактора – моральная стойкость войск и народа и случай. Правда, второй фактор без первого не существует, поскольку для того, чтобы рискнуть и воспользоваться случаем, нужно быть морально стойким – смелым и храбрым.

Клаузевиц совершенно точно определил, что у собственно войны всего одно средство победы – бой, но из-за морального фактора на те принципы, которыми достигается военная победа, нужно смотреть шире, и цель боя может быть достигнута и без боя (выделено Клаузевицем):

«Цель боя не всегда заключается в уничтожении участвующих в нем вооруженных сил и может быть достигнута без действительного столкновения, посредством одной постановки вопроса о бое и складывающихся вследствие этого отношений. …Военная история подтверждает это сотнями примеров. Мы не станем рассматривать, часто ли в подобных случаях бескровное решение оказывалось правильным, т.е. не заключало в себе внутреннего противоречия с природой войны, а также могли ли бы выдержать строгую критику некоторые знаменитости, создавшие свою славу в этих походах; нам важно лишь показать возможность такого хода войны»

.

Моральные силы противника – это такая же сила, как и его материальная сила, однако уничтожение моральных сил гораздо дешевле, нежели уничтожение его материальных сил, и надо быть не государственным деятелем, а дебилом или предателем, чтобы не принять мер к уничтожению моральной силы противника и сохранению своей. Уже к середине XIX века анализ показывал, что достижение победы путем уничтожения не материальной, а моральной силы противника гораздо выгоднее и гораздо безопаснее, нежели достижение победы единственным имеющимся у войны средством – боем.

Но для уничтожения моральных сил противника и соответственного укрепления своих моральных сил тоже нужны снаряды, и этими снарядами являются идеи, с помощью которых уничтожаются моральные силы противника.