Тень Ирода

Абдуллаев Чингиз

16

 

Услышав о том, что Зиновий Михайлович наконец найден, Дронго обрадовался. Но когда Коврова сообщила ему подробности, у него снова испортилось настроение. Поняв по крикам Дронго, что нужно срочно бежать, Зиновий Михайлович отключил вею аппаратуру, стер все записи и поспешил на улицу. Но так торопился, что угодил прямо под машину.

Офицеры СВР уже все тщательно проверили. Ударивший его водитель оказался доцентом педагогического института. Он сам привез пострадавшего в больницу и не отходил от него, пока не установил точно, что несчастный будет жить. У него были сломаны правая нога и несколько ребер. Кроме того, Зиновий Михайлович получил легкое сотрясение мозга и теперь лежал в больнице в крайне жалком состоянии, усугубленном к тому же чувством личной вины за столь глупую аварию.

Дронго рассказал обо всем, что ему стало известно от подполковника, Ковровой и получил адрес новой квартиры, где ему теперь предстояло жить. Именно этот телефон он и дал Славину, попросив того позвонить ему завтра днем. Прослушать его телефон было достаточно трудно. Там стоял телефонный шифратор, который не позволял никому, кроме конкретного абонента, подключиться к линии. Программное обеспечение включало в себя шестнадцатиразрядный цифровой ключ, и после любого звонка и конкретного соединения с клиентом он сам мог ввести любой код вручную, исключая возможность дублирования информации или ее прослушивания на других каналах.

Он не знал, что после разговора с ним Славин получил столь ошеломляющую весть о смерти Хаджи Аб-дуллы. И это сообщение толкнуло подполковника на решительный, но роковой шаг. Он написал официальную заявку в технический отдел, и через час Агаев принес несколько скеллеров и скремблеров, сделавших все подслушивающие устройства почти сразу глухими и немыми, отключив одновременно и «жучки», установленные в кабинетах, и приемники, прослушивающие телефонные разговоры. И лишь затем Славин наконец выговорился.

— Мы плохо работаем! — громко говорил он. — Кто-то узнал о моих встречах. И не просто узнал. Второе подряд убийство слишком явно указывает на то, что нас намеренно вели по чеченскому следу. Теперь уже нет сомнений, что Игорь Лысый знал о готовящемся взрыве и вывез оттуда свои деньги. Видимо, боялся, что мощность взрыва будет слишком большой. А сам заряд положил кто-то из его людей. Он был взорван дистанционным управлением, которым управляли из банка. Теперь уже в этом нет сомнений.

— Я думаю, взрыв в метро тоже дело рук этих бандитов, — осторожно предположил Орловский.

— Может быть. Но кто поручил это такому бандиту? Кому выгодно направить расследование по чеченскому следу? И почему, наконец, Хаджи Абдулла погиб именно сейчас, почти одновременно с этим рецидивистом?

— А может, чеченцы убрали Лысого, чтобы направить нас по его следу? — предположила Светлова. — Те, в свою очередь, узнав об этом, отомстили, убрав руководителя чеченской группировки.

— Каким образом узнали? За один день? И так быстро провели акцию возмездия? Я не верю в подобные скорости у бандитов. И потом, мне определенно сказали, что за нами следят люди из особой инспекции. А это может быть только с личного разрешения руководства. Я сегодня запишусь на прием к заместителю директора. В конце концов, мы выполняем его личное поручение. Пусть или уберет от нас ненужных «церберов», или объяснит нам, что все это значит. Нужно все рассказать. Может, они действительно только нас охраняют. А может, и мешают нам. Мы должны наконец расставить все точки. Что это за «жучки» в наших кабинетах? Машины, которые, сменяя друг друга, следят за нами, когда в управлении нет бензина для важных выездов? Откуда столько людей и почему весь их интерес упирается только в нас? Наконец, почему произошли два эти убийства подряд?

— Может, зайти сразу к директору? — предложил Орловский.

— Нет, — возразила Светлова, — нельзя прыгать

через голову руководства. Владимир Сергеевич прав. Нужно обратиться по инстанции и все рассказать. Если нам не доверяют, пусть отстранят от работы. Если доверяют — пусть дадут возможность нормально работать.

— У вас есть новые сведения по убийству Лысого? — спросил, чуть успокоившись, Славин.

— Немного есть. Он приехал на встречу со своими телохранителями. Но никакой встречи не было. Прохожие видели, как подъехал джип и из него вылезли трое парней с автоматами в руках. Они подошли к автомобилю и расстреляли всех сидящих там людей. Водитель пытался достать оружие, но не успел.

— Это действительно были чеченцы?

— Свидетели утверждают, что среди стрелявших был один заросший человек, возможно, кавказского происхождения. Но мнения разные. Сейчас в городе идут аресты. Берут оставшихся на свободе людей Лысого. Уже арестовано пять членов его банды.

— Они ждали его убийства, — покачал головой Славин. — Что-нибудь еще?

— Да. Говорят, что у погибшего была своя касса, свой «общак», где он хранил наиболее важные документы.

— Ну и что?

— Его не нашли. У него на даче кто-то побывал и все изъял.

— У него и дача была?

— Да. Выяснили, что была. Правда, не на его имя. Там он в основном и жил. Там же жила и его любовница.

— И все об этом знали, но он был в розыске, — насмешливо сказал Славин. — Типичная ситуация для нашей действительности. Милиция появляется только после смерти «авторитета». И в банке, и у него дома.

— Никто не хочет высовываться. Вместо благодарности можно получить пулю, — пояснил Орловский. — Кроме того, погибший наверняка платил всем, кому нужно. Поэтому им особенно и не интересовались.

— Я проверил по нашим данным, — вставил Виноградов. — Он действительно проходил по нашей картотеке.

— А у меня ничего нет, — пожала плечами Светлова. — В архивах про него — ни слова. Вообще нет его личного дела, словно такого агента у нас никогда и не было. Можно подумать, он был разведчиком, и его личное дело в особом фонде.

— Никаких записей? — спросил Славин.

— Я ничего не нашла, — честно призналась Светлова.

— Когда был обыск на этой даче? — уточнил подполковник у Орловского.

— Сегодня утром. Пока, конечно, не обыск, осмотр. Настоящий будет завтра, более обстоятельный. ,

— Кто ведет его дело?

— Следователь Барельский. А почему вы спрашиваете?

— Он может дать нам разрешение поискать там самим?

— Не думаю. А зачем нам это нужно?

— Нельзя откладывать на завтра. Может, мы найдем какие-нибудь документы. Пусть даже с участием этого следователя.

— — Не знаю, — несколько растерялся Орловский. — Может быть, он и разрешит. Мне нужно с ним поговорить.

— Прямо сейчас, — сказал Славин. — Вы знаете его телефон? Можете позвонить отсюда: Я подключил скремблер, нас не услышат.

— Хорошо. — Орловский подошел к телефону. Славин обернулся к Агаеву:

— Возьми в техническом отделе металлоискатель. И специальный детектор на выявление бумаги. У нас есть новый тип. Прямо сейчас оформи заявку.

— Можно, я поеду с вами? — попросил Виноградов. — А то уже засиделся в этих кабинетах.

— Хорошо, — согласился Славин. — Светлова останется здесь. Подготовите к нашему возвращению подробную записку о случившемся. Я пойду вместе с ней к заместителю директора. И не делайте такого страшного лица. Кто-то из нас должен заниматься этим, как вы считаете?

— Хорошо, — вынуждена была согласиться Светлова.

Орловский, поговорив со следователем, повернулся к подполковнику.

— Он согласился. Просит прямо сейчас, пока еще светло. Он заедет в прокуратуру, возьмет разрешение на обыск. Будут нужны понятые, но их можно пригласить на месте.

— Договорились, — кивнул Славин, — мы выезжаем все вместе. Возьмите оружие. Я не думаю, конечно, что на дачу кто-то может напасть, но на всякий случай.

Через пятнадцать минут все четверо офицеров бежали вниз по лестнице и встретили поднимавшегося к ним майора Краюхина.

— Что у вас случилось, Гамза? — спросил он, здороваясь с каждым.

— Не знаю, — сделал большие глаза Агаев. — Я иду как раз к вам получать дополнительную аппаратуру. А почему ты спрашиваешь?

— Звонят из соседних отделов, говорят, им мешают ваши скеллеры. Мы и так надежно защищены от прослушивания внешним кольцом, зачем вам использовать эту аппаратуру в своих кабинетах?

Агаев переглянулся с товарищами.

— Действительно, зачем? — пожал плечами Славин. — Можете забрать ее у нас. Там Светлова сидит. Скажете, подполковник разрешил.

И они двинулись дальше.