Тень Ирода

Абдуллаев Чингиз

15

 

На следующее утро Славин, уже не обращая внимания на аппаратуру, установленную в их кабинетах, приказал Орловскому снова выехать в МУР и узнать все подробности убийства рецидивиста Адашева. А сам вместе с Агаевым и Светловой поехал в тот самый банк, напротив которого и был устроен первый взрыв и который отмывал в основном грязные деньги Лысого и ему подобных «авторитетов».

В последние годы в столице, да и по всей стране, число возникших коммерческих банков не поддавалось никакому счету. Правда, многие из них лопались, едва приступая к серьезным операциям. Но многие держались на плаву именно благодаря многомиллионным вливаниям «грязных денег» мафии и бандитских группировок.

Ради справедливости следует отметить, что возникали и крупнейшие банки, сумевшие стать своеобразными «визитными карточками» новой России и своей деловой активностью даже потеснить ведущие государственные банки страны. Среди них были и уже сделавшие себе громкое имя и не работавшие с мафией. Но практически почти все банки так или иначе в основе своей имели дело с переводом безналичных средств в наличные, с отмыванием, в той или иной форме, государственных кредитов, с ложными авизо, с коррумпированными чиновниками, согласными на выдачу льготных кредитов и тому подобное.

Было много мелких банков, созданных под ту или иную фирму и занимавшихся лишь отмыванием денег своих клиентов. Подобным банком был и «ОСТ-БАНК», скрывавший за громкой вывеской лишь своеобразный пункт перекачки грязных денег. И хотя группа Славина приехала туда в одиннадцатом часу утра, там уже работала группа из МВД, проверявшая деятельность банка. После смерти своего негласного покровителя банк сразу лишился своего важнейшего преимущества — «прикрытия». Очень деятельная в таких случаях и всезнающая милиция тут же проявляла особый интерес к финансовому учреждению, оставшемуся без защиты мафии.

Словно само убийство Адашева становилось катализатором, в результате которого милиция «вспомнила» о существовании этого банка и начала свою проверку. Хотя, по-житейски, все было правильно. Раньше за нормальное функционирование подобного учреждения платил Игорь Лысый. Теперь его не стало. Значит, либо нужно закрывать банк, либо брать еще большие деньги с его преемников. Все было четко продумано и так же четко исполнялось. Банк был закрыт, и около двадцати сотрудников милиции и ревизоров проверяли его деятельность.

Недовольный Славин вошел в кабинет директора, где уже сидел важный сотрудник милиции в штатском. На нем были довольно дорогой галстук, стоивший не менее ста долларов, и очки, оправа которых могла стоить его обладателю никак не меньше трехсот «зеленых». И хотя сама зарплата офицера милиции, даже со всеми льготами и дополнительными выплатами, не составляла и половины этой стоимости, сидя в кресле руководителя банка, он чувствовал себя уверенно.

Сидевший напротив него директор чувствовал себя менее уверенно. Он понимал, почему именно сейчас нагрянули незваные гости, и оттого нервничал еще больше. Славина и сопровождавшего его сотрудника важный милицейский чин встретил удивленным взглядом.

— В чем дело, Рысаков? — спросил он у своего офицера. — Я ведь приказывал — ко мне никого не пускать.

— Это к вам из ФСБ, товарищ полковник, — почему-то шепотом доложил старший лейтенант.

Человек в штатском счастливо улыбнулся и медленно поднялся.

— Полковник Леонов, — представился он, протягивая руку.

Пришлось здороваться с этим типом.

— Подполковник Славин, из ФСБ, — сказал Славин, испытывая, однако, не очень приятное чувство.

— Садитесь, — показал полковник и, посмотрев на директора, коротко сказал: — У нас гость.

Директор, кивнув, быстро вышел из кабинета. Через секунду он вернулся в сопровождении очень красивой молодой длинноногой секретарши.

— Что вы будете пить, — мило улыбнулась она Славину, — чай, кофе?

— Ничего, спасибо, — огорчил девушку Славин и, когда она вышла, спросил полковника милиции: — Вы, очевидно, проводите плановую проверку?

— Да, — подтвердил полковник, — а вы по тому же делу?

— Нет, — покачал головой Славин, — у нас совсем другое. Мы расследуем дело о грабеже банков. Для профилактики осматриваем несколько местных банков. Мои сотрудники сейчас внизу, на первом этаже, вместе с вашими осматривают хранилище. Вы прикажите, пусть им не мешают.

— Да, конечно, — сразу разрешил Леонов и нажал кнопку селектора. Он даже знал, какую именно нажимать.

— Рысаков, — строго сказал полковник, — там товарищи из ФСБ хотят хранилище посмотреть. Пусть спустятся и посмотрят. Что еще? — спросил он у подполковника.

— Еще несколько вопросов к директору, и я вас покину, — улыбнулся Славин. Приходилось улыбаться этому полковнику.

— У вас ничего секретного? Может, мне выйти? — счастливо улыбнулся полковник.

— Ну что вы, — возразил Славин. — У меня совсем несекретные вопросы. Простите, как ваше имя, отчество? — спросил он уже у директора.

— Петр Семенович, — ответил тот. Он был вообще удручен. Мало того, что МВД, так еще и ФСБ на голову свалилось. И это все после смерти Игоря, так долго прикрывавшего их банк.

— Скажите, Петр Семенович, у вас не было случаев пропажи денег или нападения на ваших инкассаторов?

Директор чуть перевел дыхание. Видимо, этот подполковник вообще ничего не знает. Кто же посмеет напасть на инкассаторов банка, который держит Игорь Лысый? Откуда только взялся на его голову этот глупый кагэбэшник.

— Нет, — сказал он, — у нас таких случаев не было.

— А нападений на хранилище?

— У нас постоянная вооруженная охрана. Три человека. Есть разрешение на оружие. И очень совершенная сигнализация. Вот товарищ полковник может. подтвердить, — показал на Леонова директор, вытирая свою теменную лысину большим носовым платком.

— Да, у них все с этим было в порядке, — солидно кивнул полковник.

— Вы не вывозили денег из хранилища? — спросил Славин. — Хотя бы на время?

— Нет, конечно. Хотя постойте, — вспомнил директор, — несколько дней назад вывозили. Как раз накануне этого взрыва. Я еще тогда подумал, как хорошо, что мы убрали все деньги. Мы перевезли их в наш филиал и попросили специалистов осмотреть хранилище. Они два дня все проверяли. Вы знаете, даже взрыв, который был совсем рядом, почти не принес никаких разрушений.

— А кто осматривал ваше хранилище?

— Специалисты из Госбанка России. Мы их специально пригласили. И даже заплатили за это.

— Вы можете назвать фамилии?

— У нас есть договор с ними, — удивился директор. — Сейчас принесу, — вскочил он с места.

— Если можно, — кивнул Славин, и директор поспешил к выходу.

— У них неплохой банк, — осторожно сказал полковник, уже понявший, что в финансовую деятельность офицеры ФСБ вмешиваться не будут.

— Это ваша территория? — поинтересовался Славин.

— Не совсем. Я просто курирую эту группу банков. Проводим плановые проверки, — снова не совсем убедительно сказал милицейский чин.

— Здесь был взрыв, прямо напротив. Во время презентации, — напомнил Славин.

— Да, я тоже приезжал, — кивнул Леонов. — Это просто безобразие! Пора кончать наконец с этими чеченцами. Да и вообще со всякими пришлыми черномазыми. Построить этакую китайскую стену и отделиться от них. Пусть себе убивают друг друга дома. Меньше всякого сброда у нас будет. Эти чеченцы, грузины, азербайджанцы, армяне, осетины, лезгины, абхазы — всех не перечислишь. Только головная боль от них.

«Вот сукин сын», — подумал Славин, но не стал спорить. У него была совсем другая задача.

— Вы думаете, взрыв устроили чеченцы? — уточнил он.

— А кто же еще? — удивился Леонов. — Конечно, они. Здесь, в здании банка, все стекла вылетели. Я тогда сюда заходил.

«Еще бы, — подумал Славин, — сюда ты и прибежал в первую очередь. Это место твоей кормежки, полковник».

Вернулся директор с документами.

— Вот договор. Вот их подписи. Варнаков и Семенов. Вот, видите. У нас все документировано. Они приехали как консультанты в области безопасности. Посмотрите, вот их заключение.

Славин обратил внимание, что договор был заключен за день до осмотра специалистами хранилища. Получалось, что на следующий день после заключения договора специалисты приехали осматривать хранилище и поэтому вывезли все деньги. «Что-то слишком оперативно», — подумал Славин, но ничего не сказал.

Внимательно просмотрев все документы, он поднялся. Пришлось во второй раз пожимать руку полковнику Леонову.

— Спасибо, — поблагодарил Славин скорее полковника, чем директора банка.

Внизу, у машины, его уже ждали Агаев и Светлова. Агаев сел за руль. Славин пропустил Светлову вперед и сам сел на заднее сиденье.

— Как у вас дела? — спросил он.

— Они вывезли все деньги за день до взрыва. Один сотрудник даже вспомнил, что не было машин и пришлось делать несколько рейсов одним и тем же автомобилем. Причем директор сам торопил, приказывал все вывезти именно в этот день.

— На следующий день был взрыв, — вслух сказал подполковник. — Директор, конечно, ничего не знал о взрыве. Но о нем, кажется, действительно знал его негласный покровитель. Я обратил внимание на их договор. Он был заключен за день до осмотра помещения специалистами Госбанка. Вы представляете, какая оперативность? Все сделали в один день. Гамза, давай сразу поедем в Госбанк.

— За нами, кажется, следят, — сказал Агаев, посмотрев в зеркало заднего обзора.

— Ну и черт с ними, — махнул рукой подполковник. — Нужно все равно делать свое дело. Едем в Госбанк.

Через полчаса они были в Госбанке. Еще через двадцать минут Славин нашел Семенова. В результате разговора выяснилось, что сами банкиры из «ОСТ-БАНКА» настаивали на немедленной ревизии хранилища и просили осмотреть его именно в тот день. Обоих специалистов банка удивила такая настойчивость частного коммерческого банка, обычно неохотно пускающего к себе специалистов из Госбанка России.

К себе на работу они возвращались во втором часу дня. Славин посмотрел на часы. Он чуть не забыл о звонке Дронго. «Нужно будет забежать к этой тетке», — с неудовольствием подумал он. Расчет строился на том, что следившие за ним люди не успеют за несколько минут подключиться к телефону квартиры, в которую он войдет.

Он попросил Агаева остановиться у одной из станций метро и купил небольшой букетик цветов. Затем они свернули на Садово-Кудринскую и остановились у многоэтажного красивого дома. Подполковник посмотрел на часы. Было без пяти два.

«Надеюсь, она будет дома», — подумал он, вбегая в подъезд. Он так быстро исчез, что следовавший за ним «наблюдатель» вынужден был почти бегом догонять его и с плохо скрываемой миной на лице смотреть, как он поднимается наверх. На какой именно этаж поднялся Славин, он уже, конечно, увидеть не мог.

«Придется им проверять все квартиры подряд», — подумал с удовольствием подполковник, нажимая звонок. Дверь открылась, и тетушка его жены радостно заохала, увидев знакомое лицо. Он вручил цветы, галантно поклонился и быстро закрыл за собой дверь. В квартире находились в это время и внуки старушки, которые смотрели на него с интересом. Детям было по пять-шесть лет.

Ровно в два часа зазвонил телефон, и Славин услышал, как тетушка зовет его к телефону.

— Они просят вас, — испуганно сказала она, до сих пор боявшаяся КГБ и немножко мужа своей племянницы. В ее представлении КГБ, даже переименованное в ФСБ, все равно было страшной организацией, которая знала все о каждом человеке. Она даже не удивилась, что позвонили именно в ее квартиру, посчитав, что это в порядке вещей.

Славин подошел к телефону.

— Как дела? — услышал он знакомый голос Дронго.

— Кажется, ничего. Наш ушедший знакомый знал о том, что должно было случиться в ту ночь, — сказал подполковник. — Он вывез все деньги из своего банка, боялся, что тот может быть разрушен слишком сильной взрывной волной.

— Мы сумели проверить абсолютно точно. Машины, которые ездили на вокзал, принадлежат вашим коллегам, — сказал Дронго. — У них, правда, несколько специфический профиль.

— Особая инспекция, — понял Славин, мрачнея. — Ясно, — сказал он, — что-нибудь еще?

— Ваши компьютеры тоже под наблюдением. И самое главное — о вашем знакомом они тоже знали.

— Это точно? — немного понизил голос подполковник. Он смотрел на часы. Говорить больше минуты было нельзя в любом случае. Могли засечь говорившего с другой стороны.

— Думаю, да. Будьте осторожны, — еще раз попросил Дронго. — До свидания. Поговорим завтра. На этот раз позвоните вы. Я буду по следующему телефону: от вчерашнего времени, когда мы встретились, отнимите цифры… — он начал диктовать…

— До свидания, я завтра позвоню вам днем. — Славин положил трубку.

И, войдя в комнату, сказал изумленной тетушке:

— К сожалению, мне пора. Вы же видели, меня вызывают. Они даже здесь меня нашли.

Тетушка глубокомысленно кивнула. Конечно, она понимала важность работы своего родственника.

Тепло попрощавшись с ней и ее внуками, Славин вышел из квартиры и застал на лестнице двух мрачных типов, очевидно, старающихся уловить, в какой именно квартире он находится. Спустившись вниз на лифте, он быстро прошел к своей машине и сел рядом с Агаевым.

В этот момент оставшийся в подъезде незнакомец сказал своему напарнику:

— Он нас дурачит. Нужно доложить полковнику, что он все уже знает.

Сидя в машине, Славин молчал. Он боялся рассказывать своим сотрудникам о разговоре, понимая, что «жучки» могли быть установлены и в автомобиле Агае-ва. Лишь когда они вышли из машины, он сказал:

— Я поговорил с нашим другом. За нами следят офицеры из особой инспекции. Ему кажется, что они знали и о нашем разговоре с чеченцами.

Светлова прикусила губу, а Агаев молча покачал головой. В отделе их ждал мрачный Орловский. Он протянул подполковнику сообщение МУРа, едва тот вошел в кабинет.

«Сегодня ночью при попытке ареста оказал сопротивление и был убит известный рецидивист, один из руководителей чеченской группировки в Москве Хаджи Абдулла. В перестрелке пострадало еще несколько человек».

— Черт возьми! — громко сказал Славин. — Это был наш последний свидетель.