Тайна трех портретов

Келли Фиона

ГЛАВА II

Рождение Детективного клуба

 

Очередной номер «Винформации» появился в пятницу утром. Сгорая от нетерпения, Холли заглянула на последнюю страницу — поместила ли Стефи ее объявление?

Поместила — но в каком виде!

Текст был таков: «Детективный клуб. Класс 4 „Б“, пятница, большой перерыв». И это все!

Куцый обрывок, зажатый между чьим-то объявлением о продаже футбольных бутс и заметкой о благотворительной распродаже с целью сбора средств на новый спортивный зал.

«Это что же такое? — возмутилась Холли. — Куда делось все остальное? Кому придет в голову ответить на эту невразумительную чушь?» Уже не ожидая ничего хорошего, она пролистала журнал в поисках своей зашего, она пролисталательную чушь?" утбольных бутс и заметкой о благотворительной распродаже с целью сбометки. Она хорошо над ней потрудилась, потратила весь вечер среды на шлифовку фраз, доводя ее до уровня, при котором Стефи не смогла бы ее отвергнуть. Наконец Холли нашла свое детище и начала читать. Она гордилась своими произведениями и даже позволяла себе мечтать о том, как после окончания школы станет журналисткой. Вот это была бы работа! Заниматься журналистскими расследованиями запутанных преступлений и ужасных убийств!

Стефи, казалось, прошлась по ее заметке ножом мясника, безжалостно обкорнав почти наполовину. Мало того, даже те обрывки, которые уцелели, она изменила почти до неузнаваемости. В своем теперешнем виде статья не имела ничего общего с первоначальным вариантом.

На перемене Холли прямиком отправилась в библиотеку с твердым намерением высказать Стефи все, что она о ней думает. Однако ее стол оказался пустым.

"Прячься-прячься. Это тебя не спасет, — думала Холли. — Я все равно тебя найду. И тогда — берегись!"

Но прежде ей предстояло найти картину, чтобы написать сочинение, которое задал им на дом мистер Барнард.

Главный вход школы с широкими каменными ступенями и внушительными двустворчатыми дверями вел в просторный вестибюль, вдоль стен которого располагались застекленные шкафы с бесчисленными медалями, кубками и вымпелами. Здесь же стояло несколько стульев для посетителей. На стенах вестибюля и выходящего из него главного коридора с деревянными панелями висело множество картин в массивных золоченых рамах. На многих были изображены прелестные йоркширские пейзажи, характерные скалистые холмы и зажатые меж ними долины, текущие по каменистому ложу бурные реки и необъятные небеса с грозными тучами, нависающими над крошечными домиками.

Холли, привыкшая к низкому лондонскому небу, в которое упираются высокие административные здания, к многолюдным столичным улицам с их вечным шумом и толчеей, находила, что здешние места полны таинственного очарования. Нельзя сказать, что жизнь в Лондоне не нравилась Холли. Она выросла в беспрестанной суете большого города и с пеленок впитала в себя этот бешеный ритм жизни. Но здесь, в Виллоу-Дейле, она ощущала себя так, будто одновременно живет дома и куда-то отправилась на каникулы. Единственное, чего ей недоставало, так это школьных друзей, и, если бы не это обстоятельство, она была бы здесь совершенно счастлива.

Холли остановилась перед самой большой из картин. Это был один из многочисленных портретов людей, которые так или иначе в разное время были связаны со школой за долгие годы ее существования. Выбранный ею портрет прежде всего выделялся своими размерами — он был раза в два больше остальных. На нем была изображена сама Винифред Боуин-Дэвис, основательница школы. Одетая в черное с высоким воротником платье, которое оживляли только несколько светлых бликов слева от груди, она гордо восседала в резном кресле из темного дерева. Энергичное, властное лицо в обрамлении зачесанных назад седых волос, умные глаза. Холли невольно оробела под их строгим взглядом. И с удовольствием отметила про себя, что теперешняя директриса, мисс Хорсвелл, совсем не такая — гораздо добрее и симпатичнее. Однако что-то в лице Винифред привлекало Холли. Какая-то основательность и надежность. И Холли приняла решение: она напишет сочинение об этом портрете Винифред Боуин-Дэвис. И будет еще интереснее, если она попытается выяснить подробности о жизни Винифред. Портреты всегда воспринимаются лучше и значат для тебя больше, когда что-то знаешь о человеке, на них изображенном.

У Холли имелся рекламный буклет о ее новой школе. Его вручила ей мисс Хорвелл во время собеседования, но прочитать его Холли еще не успела — просто не хватило времени. Возможно, она сумеет выкроить для этого несколько минут во время перерыва на ленч, когда будет поджидать будущих членов своего детективного клуба.

Сидя в одиночестве в пустой классной комнате во время большого перерыва и с нетерпением ожидая, что хоть кто-нибудь откликнется на ее призыв, Холли просматривала буклет. Она обнаружила, что школа была основана в 1860 году. Но, к сожалению, о самой Винифред не было сказано почти ни слова. "Может быть, в ее прошлом есть какая-то тайна? — подумала Холли. — В этом стоит покопаться!"

Холли взглянула на стенные часы. Время бежало неумолимо. Минут десять назад в дверях появилась мальчишеская физиономия. Холли вскочила с места, но, прежде чем она успела что-то сказать, физиономия исчезла.

Всякий раз, когда в коридоре раздавались шаги, она с надеждой взглядывала на дверь. Прошло еще минут пять. Хоть кто-нибудь должен же заинтересоваться ее идеей! У нее появились уже серьезные сомнения относительно своих планов создания детективного клуба. Для поднятия настроения Холли достала письмо Миранды и перечитала его в очередной раз. Потом со вздохом сложила и сунула его обратно в карман.

Стоит ли дальше сидеть одной в пустом классе? "Ладно, жду еще пять минут и бросаю эту затею", — решила она. Ей уже начинало казаться, что она так и останется первым и единственным членом детективного клуба.

— Привет! Детективный клуб здесь собирается?

Холли вскинула голову. В дверях стояла улыбающаяся девочка. У нее были короткие светлые волосы и симпатичное веселое лицо. Через плечо висела спортивная сумка, из нее торчала ручка теннисной ракетки.

— Здесь — если кто-нибудь придет, — ответила Холли.

— Прекрасно! — девочка решительно вошла в класс. — Меня зовут Трейси Фостер. А ты новенькая, да?

Девочка говорила с какой-то непривычной интонацией, с легким акцентом, происхождение которого Холли не смогла сразу определить.

— Верно, я — Холли Адамс.

— Привет, Холли, — Трейси сбросила с плеча сумку на стул, а сама уселась на стол. — Ну и? Чего ждем? Кто руководит клубом?

— По идее — я, — ответила Холли.

— Ах да, конечно. Ведь это ты поместила объявление в журнале, так? — Трейси широко улыбнулась. — У тебя получилась отличная приманка. Детективный клуб — звучит очень заманчиво. Так о таких детективах идет речь?

— Я подумала, что тем, кто любит литературные детективы и вообще всякого рода детективы, будет интересно собираться вместе, — сказала Холли. — Ты много читаешь?

— Запоем, — радостно объявила Трейси. — Но я и другими делами занимаюсь. Я участвую почти во всех школьных кружках. Сейчас, например, я должна была бы играть в теннис, но тренировку отменили. А ты, значит, любишь детективы?

— Я их просто обожаю, — подтвердила Холли, чувствуя, что девочка ей сразу понравилась. — Ты американка? — поняла она наконец, что за акцент у Трейси.

— Наполовину, — ответила та. — Отец у меня американец, а мама англичанка. А что, разве так заметно? Я думала, мой акцент уже почти пропал. Я здесь живу уже три года, — она чуть повела плечом, рассеянно глядя в окно. — С тех пор как родители развелись. Мама открыла здесь частный детский сад, — опять улыбнулась Трейси. — Пожалуй, я скучаю по Калифорнии. И, конечно, очень скучаю по отцу, но ничего не поделаешь, приходится мириться с обстоятельствами. Ты, Холли, конечно, понимаешь, что я хочу сказать: не надо зацикливаться на неприятностях.

Холли кивнула.

— А мы только недавно переехали сюда из Лондона, — сообщила она в свою одавно переехали сюда из Лондона — сообщила ь, приходится мириться с обстоятельствами. но собираться вместе — сказалачередь. — Я подумала, детективный клуб — это хороший способ завести друзей.

— Так оно и есть! — воскликнула Трейси, всплеснув руками. — Ты познакомилась со мной.

Холли засмеялась.

— Значит, ты хочешь вступить в клуб?

— А что, нужно письменное заявление? — пошутила Трейси.

— Два человека для клуба — маловато. Может, нам лучше назвать себя детективным дуэтом? — со смехом предложила Холли.

Трейси тряхнула головой:

— Представляю вывеску: "Трейси Фостер и Холли Адамс — любители тайн и детективов!" — И она посмотрела на Холли искрящимися глазами. — Ну, что скажешь?

— Для меня в данный момент самая большая тайна, — раздался вдруг голос от двери, — это почему в кафе через дорогу никогда не бывает шоколадных чипсов.

Холли и Трейси обернулись. У двери стояла упитанная круглолицая девочка с темно-каштановыми волосами, выглядевшими так, будто по ним только что прошелся небольшой тайфун. Она посмотрела на любителей детективов сквозь очки в металлической оправе и не спеша двинулась к ним.

— Мне надо вступить в клуб, — объявила обладательница всклокоченной шевелюры, плюхаясь на стул. — Мама говорит, я слишком много времени провожу в одиночестве. Она мне велела побольше общаться со сверстницами. Вот я и пришла.

— Ты Белинда Хейес, да? — догадалась Трейси.

— Верно, — кивнула девочка. — А ты — Трейси Фостер. Я все время вижу твою фамилию в списках всяких спортивных мероприятий. Надеюсь, это не новый спортивный клуб? — подозрительно покосилась она на Холли. — Неужели я жестоко ошиблась?

— Не волнуйся, Белинда, это не спортивный клуб, — успокоила ее Холли. — А меня зовут Холли Адамс.

— Ну, слава Богу, — облегченно вздохнула Белинда. — Я готова на некоторые жертвы, чтобы доставить мамочке удовольствие, но носиться по корту с теннисной ракеткой в руках или еще что-нибудь в этом роде — простите, выше моих сил. Мне и с Мелтдауном забот хватает и двигательной активности, кстати, тоже, — усмехнулась она. — Мелтдаун — это моя лошадь. Шикарное имя, правда?

— У тебя есть собственная лошадь? — удивилась Холли.

Белинда кивнула.

— И на нее уходит вся моя энергия. Я вожусь в конюшне каждое утро. Мама, конечно, думает, что лошади сами себя приводят в порядок, судя по тому, как она распространяется о моей лени. Считает, если она сама всю жизнь только и делает, что носится туда-сюда как заведенная, то и все остальные должны поступать так же.

Моргая ресницами, Белинда посмотрела сначала на Трейси, потом на Холли.

— Ну? Расскажите же толком, что это такое, ваш детективный клуб?

— Не ваш, а наш детективный клуб, — поправила ее Трейси. — И ты сама все поймешь, если в него вступишь.

— Я предполагала, что мы будем обсуждать литературные детективы, — сказала Холли. — Книжками обмениваться и все такое… У меня дома довольно много детективов. Я могла бы давать вам почитать.

— Значит, идея такая: садимся в кружок, болтаем и читаем книжки, так? — уточнила Белинда.

— Ну, примерно, — подтвердила Холли.

Лицо Белинды расплылось в широкой улыбке.

— Пожалуй, это мне подойдет, — сказала она, поднимаясь со стула. — От всех этих разговоров у меня разыгрался жуткий аппетит. Кто хочет наведаться в кафе-мороженое? До начала уроков еще осталось полчаса.

— А банановое мороженое у них есть? — заинтересовалась Холли.

— Непременно, — кивнула Белинда. — А еще фисташковое, ананасовое, ореховое, ванильное и даже с малиновым сиропом. И самый огромный шоколадно-ореховый пломбир, какой только может быть.

— Со взбитыми сливками сверху! — азартно добавила Трейси.

Глаза Холли загорелись.

— Немедленно ведите меня туда. Я и не подозревала, какую возможность упускаю.

— А ты не хочешь еще немного подождать? — спросила Трейси. — Может, придет еще кто-нибудь желающий вступить в клуб.

— Клуб — это мы, — провозгласила Белинда. — Кто нам еще нужен? Разве тебе не известно, что Бог троицу любит?

Схватив сумку, Трейси бросилась за ними к двери.

— Мы можем, не теряя времени, прямо там набросать перечень дел для клуба, — сказала она. — А тот, кто добежит до кафе последним, платит по счету!

Когда они втроем выскочили на улицу, у Холли не осталось ни малейших ссказала омнений в том, что они подружатся. Вопреки опасениям, ее объявление в школьном журнале сработало как нельзя лучше!