Тайна трех портретов

Келли Фиона

ГЛАВА XVIII

Секрет "Белой Леди"

 

— Она спрятана там, за этой картиной, — сказала Холли, указывая на портрет Винифред Боуин-Дэвис.

Глаза Оуэна алчно блеснули. Потом, зло прищурившись, он перевел взгляд с портрета на Холли.

— Ты вроде говорила, картина в подвале?

— Я ошибалась, — пожала плечами Холли. — Оказывается, она здесь.

Том Барнард подтолкнул Трейси к Холли.

— Снимайте, — приказал он. — И если вы соврали, то держитесь — вам несдобровать.

— Я не вру, — сказала Холли.

Она посмотрела на Трейси. Та с тревогой и непониманием глядела на нее.

— Помоги мне, — сказала Холли. — Нам понадобится несколько стульев.

Вдоль стены около приемной секретаря стоял ряд стульев. Холли и Трейси подтащили два стула к портрету, взобрались на них и взялись с двух сторон за позолоченную раму. Приподняв картину, они сняли ее с крючков, на которых она висела. Цепь, освободившись от тяжести картины, негромко звякнула. Осторожно удерживая картину, они слезли со стульев и положили ее лицом вниз на пол. По периметру рамы располагались с десяток или больше деревянных клинышков, закрепляющих холст в раме. Присев на корточки, девочки принялись поворачивать их.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — улучив момент, шепнула Трейси подруге.

Та ничего не ответила. Она тоже на это надеялась.

Они вынули из рамы заднюю доску. За ней, поверх изнаночной стороны портрета Винифред Боуин-Дэвис, лежал еще один холст, меньшего размера.

Протянув руку, Холли отогнула его край. Появился кусок голубого небо. Все немедленно сообразив, Трейси помогла ей вынуть и перевернуть холст.

С картины на них смотрело прекрасное печальное лицо Белой Леди.

— Это она? — хрипло спросил Оуэн.

— Да, — выдохнул Дэвид. — Это она. Должна быть она.

Том Барнард довольно ухмыльнулся.

— Сверните его, — приказал он.

Холли аккуратно свернула холст в рулон.

— А теперь, — сказал Оуэн, обращаясь к Тому Барнарду, — давай свяжем эту шантрапу и поскорее дернем отсюда.

— Я еще не решил, — мрачно проговорил Том Барнард. — Оставить их здесь? Они слишком много знают. Ты что, хочешь, чтобы завтра они обо всем донесли полиции?

— Не можем же мы тащить их с собой, — возразил Хэрри Оуэн. Было заметно, что он нервничает. — Слушай, я же говорил тебе, у меня все на мази. Если картина действительно стоит кучу денег, как уверяет мальчишка, единственное, что нам нужно сделать, это отвезти ее к тем людям, о которых я тебе говорил. И уже завтра утром мы будем в сотнях миль отсюда. И тогда пусть себе болтают полиции сколько вздумается. Как говорится, поезд ушел.

Том Барнард зыркнул на Оуэна свирепым взглядом.

— Раньше я тебе доверял, — прошипел он. — И отсидел за это два года в тюрьме, — его глаза скользнули по лицам трех девочек. — Мне и пяти минут хватит, чтобы они заткнулись навсегда.

— Барнард, послушай, если сейчас ты сделаешь эту глупость, то проведешь за решеткой гораздо больше, чем два года, — сказал Хэрри Оуэн. — Чтобы их подольше не нашли, мы можем сделать по-другому, — он злобно ухмыльнулся. — Мы их упрячем в такое место, где их не найдут еще целую вечность.

Том Барнард нехотя кивнул.

— О’кей. Куда?

Хэрри Оуэн обернулся к Холли.

— Веди нас в подвал, — прошипел он.

Трех девочек втолкнули в пыльную кладовку в дальнем конце подвала. Хэрри Оуэн нашел веревку, и Том Барнард крепко связал им руки у запястий и щиколотки.

— Считайте, что вам повезло, — буркнул он, закрывая дверь.

— Дэвид! — вскрикнула Саманта.

Дверь захлопнулась. Девочки остались в темной каморке.

— За меня не беспокойся! — успел крикнуть Дэвид, прежде чем преступники увели его.

Девочки прислушались к удаляющимся шагам, гулким эхом отдававшимся в пустом коридоре.

— Кто-нибудь может хоть чуть-чуть двигаться? — спросила Трейси, безуспешно пытаясь ослабить веревки на запястьях.

Никто даже не ответил. Том Барнард знал свое дело и связал их на совесть.

— Как ты догадалась, что картина там? — спросила Трейси.

Холли вздохнула.

— Это стало совершенно очевидно, когда я увидела, что…

— Тс-с-с! — проговорила Саманта. — Слышите?

В тишине они уловили за дверью шорох чьих-то крадущихся шагов. Девочки затаили дыхание.

Дверь открылась. Сначала в темноте они ничего не могли разглядеть. Потом щелкнул выключатель, и внезапно хлынувший потом света почти ослепил их.

Белинда приложила палец к губам, призывая их к молчанию.

— Ни слова, — шепотом проговорила она. — Они еще близко.

— Где ты была? — чуть слышно прошептала Трейси.

— Пряталась, — ответила Белинда.

Присев на корточки, она принялась развязывать узлы на руках Холли.

— Они забрали картину, — шепнула Холли, — и сейчас уходят вместе с ней.

— Без паники! Еще не все потеряно, — успокоила ее Белинда.

Развязав руки Холли, она принялась за узлы на ее щиколотках. После этого уже вдвоем они освободили Саманту и Трейси.

— Мы должны сообщить в полицию, — сказала Трейси. — Они планируют смыться, уже разработали маршрут побега. Этот толстяк, Оуэн, сказал, что к утру они будут уже в сотнях миль отсюда.

— Сомневаюсь, что им это удастся, — сказала Белинда. — Идите за мной.

И они крадучись, на цыпочках вышли вслед за Белиндой из кладовки.

У лестничной площадки они остановились. Издалека до них донеслись глухие удары. Освобожденные пленницы бесшумной стайкой взлетели по лестнице на первый этаж.

— Все двери заперты, — прошептала Белинда. — И им придется их взламывать, чтобы выйти.

Девочки добежали до угла. Сделав знак рукой остановиться, Белинда выглянула в коридор.

Одно из окон уже было открыто — преступники успели взломать раму. Хэрри Оуэн предпринимал неуклюжие попытки выбраться на улицу. В это время Дэвид в отчаянном броске кинулся на Тома Барнарда и отшвырнул его к стене. Хэрри Оуэн, уже наполовину вылезший из окна, обернулся на шум. Дэвид устремился к нему, но Барни резко выбросил вперед ногу, и юноша во весь рост растянулся на полу.

— Вот так-то лучше, щенок, теперь ты мне за все заплатишь! — прорычал рассвирепевший Том Барнард.

— Мы должны ему помочь! — крикнула Белинда.

И вчетвером они бросились вперед по коридору. Между тем Том Барнард придавил коленом грудь Дэвида и уже занес кулак для удара.

Белинда коршуном набросилась на него, схватила обеими руками его отведенную назад руку. Том Барнард, потеряв равновесие, пошатнулся. Трейси и Холли подоспели лишь на долю секунды позднее. В отважном прыжке Трейси взметнулась в воздух и со всего маху обрушилась на грудь Тома Барнарда. Глухо вскрикнув от боли и удивления, он вместе с Трейси повалился на пол. Холли тянула Дэвида за руки, стараясь помочь ему подняться. Хэрри Оуэн с искаженным от злобы лицом, неловко пятясь, лез через окно назад, в коридор.

Одним сильным толчком Том Барнард сбросил с себя Трейси — она отлетела в сторону, при этом его рука успела схватить за щиколотку Белинду. Споткнувшись, та упала вперед, прямо на Хэрри Оуэна, ударив его головой в живот. Судорожно вдохнув, он вцепился в нее, но не удержался и вылетел спиной в окно. С глухим стуком его тело тяжело грохнулось о землю.

Том Барнард вскочил на ноги и угрожающе двинулся на них. Девочки в испуге попятились. Вдруг снизу послышался еще какой-то шум.

Белинда высунулась из окна.

— Сюда, сюда! — закричала она и замахала руками.

Том Барнард обернулся. В открытое окно он увидел полицейских, бегущих наискосок через газон к школе.

Воспользовавшись тем, что внимание Барни отвлечено, Дэвид метнулся к нему и схватил его сзади. Но, конечно, Дэвид был не настолько силен, чтобы удержать матерого бандита. Одного резкого движения локтем хватило, чтобы Дэвид отлетел назад, закрывая лицо руками. Но тут Холли и Саманта толкнули Тома Барнарда, а Трейси с пронзительным воплем резко выбросила ногу вверх и ударила его в челюсть. Барни повалился на подоконник, наполовину свесившись из окна. Улучив момент, Белинда проворно опустила раму на его спину. В то же мгновение чьи-то сильные руки схватили его снаружи. Он успел только еще разок взбрыкнуть ногами, прежде чем полицейские вытянули его в окно и прижали к земле.

— Туда, Белинда, за ним! — крикнула Трейси, дергая вверх раму, и выпрыгнула из окна на траву.

Остальные, высунувшись, смотрели вниз.

Четверо полицейских удерживали Тома Барнарда, еще двое стояли над Хэрри Оуэном. Дэвид и три девочки тоже вылезли из окна. Тем временем полицейские поставили Хэрри Оуэна и Тома Барнарда на ноги.

— Кто из вас Белинда Хейес? — спросил один из полицейских. — Та, что звонила?

— Это я, — ответила Белинда.

Не скрывая довольной улыбки, она мельком глянула на остальных.

— Я вспомнила, что в кабинете врача есть телефон. И позвонила оттуда, пока вы отвлекали их на себя. Хорошо, что вы так быстро приехали, — с благодарностью посмотрела она на полицейских.

— Мы сделали, что могли, — сказал один из них. — Никто не ранен? — оглядел он четырех девочек.

— Нет, — улыбаясь, сказала Холли. — Все в порядке.

Она обернулась к Дэвиду. Из его разбитой губы сочилась кровь.

— Ведь мы в порядке, Дэвид? Или не совсем?

— Да, — кивнул он. — Мы все в полном порядке благодаря Белинде.

— И мне тоже, — засмеялась Трейси. — Ты видел, как я на него спикировала?

— Кажется, я вывихнула лодыжку, — пожаловалась Белинда. — Это когда он меня схватил за ногу.

Подпрыгивая на одной ноге, она приблизилась к Холли и оперлась на ее плечо.

Холли подняла с земли свернутый в рулон холст, выпавший из рук Хэрри Оуэна в момент падения.

— Итак, что здесь произошло? — спросил полицейский. — Расскажите все по порядку.

Наступило утро следующего дня. Все волнения остались позади. Портрет Винифред Боуин-Дэвис вновь был водружен на прежнее место на стене вестибюля. Сейчас под ним стояла Холли, она была центром внимания всех присутствующих.

Ее окружала небольшая группа: мисс Хорсвелл, мистер Барнард, Саманта и, конечно же, Белинда и Трейси.

— До самого последнего момента я не догадывалась, где может быть спрятана "Белая Леди". Все вдруг стало на свои места только вчера вечером, — говорила Холли. — Помните, я упоминала, что точно где-то видела эту брошку с сорокой раньше? — обратилась она к подругам, указывая на портрет.

Там, на лифе платья Винифред Боуин-Дэвис виднелись едва различимые блики белого и черного. Вместе они образовывали очертания птицы — сороки.

— Здесь я ее и видела. Вот она, пожалуйста, — продолжала Холли. — Но дело в том, что этот портрет очень темный. Брошку сразу почти не заметно, я сама разглядела ее с трудом. Как выяснилось, это та же самая брошка, которую нарисовал Родерик на своей копии "Белой Леди". Рассказала мне о ней Саманта. Она же сообщила, что брошка, сохранившаяся у ее бабушки, была одной из двух парных.

Это вполне сочеталось с двумя другими подсказками. Тот непонятный чертеж на крыше странного сооружения был, конечно же, планом школы. Это заметила Белинда, когда мы летели на воздушном шаре. А зашифрованные слова на летнем домике означали: "Найдешь меня за мной". Но это нельзя было понимать так, что будто бы портрет находится внутри домика. "За мной" означало за картиной, на которой изображена брошка в виде сороки. Белая Леди, навсегда уезжая из Вудфри-Эбби, подарила Хьюго одну из этих парных брошек. Но, очевидно, она сохранила вторую, — Холли таинственно улыбнулась. — И это доказывает кое-что еще.

Она взяла развернутый холст и подняла его перед собой на вытянутых руках.

— Видите?

Все взгляды обратились к картине.

— Боже мой! — ахнула мисс Хорсвелл, поднося руку ко рту. — Да-да, теперь я вижу!

— Глаза, — сказала Холли. — Те же печальные глаза.

— Винифред Боуин-Дэвис и есть та самая Белая Леди, — произнес пораженный мистер Барнард.

— Вот именно! — сказала Холли. — Наверное, она была еще очень молода, когда позировала для портрета Белой Леди.

— И ей было уже за восемьдесят, когда писался этот ее портрет, — добавила мисс Хорсвелл. — Лицо кажется совершенно другим, пока не вглядишься как следует. Но ты, Холли, права — это одна и та же женщина, Винифред Боуин-Дэвис.

— Вот, значит, что с ней стало после того, как она уехала из Вудфри-Эбби, — сказал мистер Барнард. — Она основала вот эту нашу школу и проработала в ней почти всю жизнь. И вот почему Хьюго Бэстебл передал школе свою столь ценную картину в качестве капитала на крайний случай. Украв картину, Родерик, должно быть, спрятал ее здесь, намереваясь вернуться за ней после того, как полиция закончит обыск в Вудфри-Эбби. Но не успел этого сделать, так как прежде угодил в тюрьму.

— Девочки, вы все проявили себя замечательно, — сказала мисс Хорсвелл. — Вы и не представляете себе, как много значит для нашей школы то, что вы сделали. Я уже переговорила с членами правления. И мы приняли решение продать картину.

Она улыбнулась:

— Во-первых, мы не хотим, чтобы она исчезла во второй раз — как вы понимаете, риск слишком велик. Во-вторых, на деньги, вырученные от продажи, мы сможем выстроить новый спортивный зал.

— Новый спортивный зал? — разочарованно протянула Белинда. — А нельзя ли построить что-нибудь другое? К примеру, новую шикарную столовую. А то что же получается — мы зря старались?

Все засмеялись.

Белинда явно не рассчитывала на такое отсутствие понимания.

— Ну, или хотя бы конюшню, — растерянно проговорила она. — Тогда можно было бы купить лошадей и… Не вижу, что здесь смешного? — Стараясь сохранить достоинство, она повернулась, проковыляла на своей перебинтованной ноге к ближайшему стулу и села. — Ладно, я рада, что вам всем так весело, — пробормотала она. — После всего того, что мне пришлось вынести: падать с чердака сквозь прогнившие доски, страдать от морской болезни, болтаясь в корзине воздушного шара, вылезать, рискуя жизнью, из окна, звонить в полицию и, в довершение всего, чуть не остаться без ноги из-за какого-то маньяка, полагаю, я была бы вправе надеяться, что за все это получу что-нибудь стоящее.

— Я подумаю, что можно для тебя сделать, — с улыбкой пообещала мисс Хорсвелл. — А пока что, мне кажется, нам всем пора идти на уроки. Надеюсь, Холли, ты порадуешь нас всех своей новой статьей в школьном журнале? — спросила она.

— Обязательно, — кивнула Холли.

Мисс Хорсвелл направилась к себе в кабинет.

Мистер Барнард продолжала стоять, задумчиво глядя на портрет Винифред Боуин-Дэвис.

— Что теперь будет с вашим братом? — спросила его Трейси.

Мистер Барнард тряхнул головой:

— Полагаю, опять окажется за решеткой. Вместе с Хэрри Оуэном.

Он улыбнулся Саманте:

— Я рад, что, по крайней мере, твоему приятелю Дэвиду неприятности больше не грозят.

Потом мистер Барнард посмотрел на трех подруг.

— Вы преподали мне урок, — сказал он. — Мне следовало что-то предпринять сразу же, как только Том явился ко мне. Если бы я меньше волновался из-за своей репутации, вы бы не подверглись такой опасности.

— Вы не виноваты, — сказала Холли. — Вы же не знали, что он замышляет.

— Я должен был это предвидеть, — вздохнул мистер Барнард. — Том всегда был склонен к подобным вещам, — он слабо улыбнулся. — Хотя, видите, теперь ему придется за это расплачиваться.

Повернувшись, он медленно пошел по коридору. Подруги посмотрели ему вслед.

— Мне еще нужно кое-что сделать, — сказала Холли. — Увидимся позднее.

И она отправилась в школьную библиотеку.

Стефи Смит сидела на своем обычном месте за крайним столом, опершись подбородком на руки, вперив взгляд в экран монитора.

— Я тут кое-что подготовила для журнала, — сказала Холли.

Стефи вскинула на нее глаза.

— Да? Небось закатила доклад страниц на двадцать о том, как вы нашли картину?

— Нет, — ответила Холли, — не на двадцать, — и она положила на стол перед Стефи одинарный листок бумаги. — Думаю, тебе понравится.

Стефи мельком глянула на исписанную страничку.

— Посмотрим, — небрежно бросила она.

— Мисс Хорсвелл сказала, что это нужно напечатать, — твердо проговорила Холли.

— Да знаю я, что нужно. Она мне об этом тоже сказала. И к тому же я должна пустить это точно в том виде, как ты написала, без всяких изменений.

Взяв со стола листок, она бросила его в специальный решетчатый поднос для "входящей корреспонденции".

— Можешь не волноваться — не изменю ни буковки, как бы мне этого ни хотелось.

Спокойно улыбнувшись, Холли ушла, предоставив Стефи заниматься своими делами.

Трейси с Белиндой уже ждали ее в вестибюле. Здесь же был Курт со своим фотоаппаратом.

— Я подумал, может, вы захотите, чтобы я сделал ваш групповой портрет, — сказал он. — Для "Экспресса". Вы ведь теперь станете знаменитостями.

— А я что тебе говорила? — засмеялась Трейси. — Об этом будут трубить во всех газетах: "Школьницы находят украденный шедевр!"

Холли улыбнулась. Кажется, их самые фантастические мечты становятся явью.

Девочки с удовольствием попозировали для Курта под портретом Винифред Боуин-Дэвис.

Когда Курт ушел, они еще немного постояли, глядя на портрет основательницы школы.

— Стефи от всего этого не в восторге, — сказала Холли. — Я ее только что видела, отдала свою заметку о картине.

— Отдала, не показав нам? — возмущенно воскликнула Трейси. — Надеюсь, ты не забыла красочно описать в ней все мои подвиги?

— Все твои подвиги? — вознегодовала Белинда. — Вы только послушайте эту зазнайку! По-твоему, кто тогда остановил этих подонков и не дал им смыться с "Белой Леди" под мышкой?

— Минуточку, — подняла руку Холли. — А кто, по-вашему, разгадал последнюю подсказку? Без меня ее вообще бы не нашли.

— А если бы я не продолжила поиски, когда вы обе сдались и как лентяйки растянулись на газоне, нас бы в тот момент попросту в школе не оказалось, — сказала Трейси.

— Ну, если уж на то пошло, это я сначала догадалась, что она где-то в школе, — возразила Белинда. — Так что мне положено быть в списке действующих лиц первой.

Она посмотрела на Холли.

— Ну, кто в твоем списку значится главным действующим лицом?

— Наш Детективный клуб, — улыбнулась Холли.

Подруги взглянули на нее и рассмеялись.

— Кто в большой перерыв пойдет есть мороженое? — спросила Белинда. — Надо же отпраздновать нашу первую победу.

— Нашу первую победу над первой тайной, — добавила Холли. — И это только начало. Кто знает, что еще ждет нас впереди?