Свободная любовь по-пролетарски

Действительно ли горячие пролетарские головы хотели «обобществить» женщин? Что скрывалось за коммунистической «борьбой за чистоту нравов»?

Демократически настроенная интеллигенция всерьез полагала, что революция в России уничтожит проституцию. В качестве альтернативы предполагалось развитие в новом обществе свободных половых отношений. Уже на Первом Всероссийском Съезде по борьбе с торгом женщинами (1910 г.) звучали следующие заявления: «Идеал свободной любви уже давно осуществлен в пролетариате, где мужчины и женщины в возрасте от 18 до 25 лет сходятся, не вступая в брак».

Революционная действительность превзошла все ожидания. По провинциальным городам России гулял следующий документ – декрет о социализации женщин (справедливости ради надо отметить, что многие исследователи считают его фальшивкой): «С 1 мая 1918 года все женщины с 18 до 32 лет объявляются государственной собственностью. Всякая девица, достигшая 18-летнего возраста и не вышедшая замуж, обязана под страхом строгого взыскания и наказания зарегистрироваться в „бюро свободной любви“ при комиссариате призрения. Зарегистрированной в „бюро свободной любви“ предоставляется право выбора мужчины от 19 до 50 лет себе в сожители супруга. Мужчинам в возрасте от 19 до 50 лет предоставляется право выбора женщин, записавшихся в бюро, даже без согласия на то последних, в интересах государства. Дети, произошедшие от такого сожительства, поступают в собственность республики».

Свободные половые отношения послужили предметом горячих дискуссий. Запевалой здесь была Коллонтай А. М. 53-летняя Александра Михайловна в это время переживала бурный роман с Павлом Дыбенко, который был моложе ее на 17 лет. Видимо, под этим впечатлением Коллонтай с пылом отстаивала свою теорию «Эроса крылатого» – любви, свободной от всяких семейных, экономических и прочих уз.

Она писала в журнале «Молодая Гвардия» (№ 3 за 1923 год): «Для классовых задач пролетариата совершенно безразлично, принимает ли любовь формы длительного оформленного союза или выражается в виде преходящей связи. Идеология рабочего класса не ставит никаких формальных границ любви».