Строптивая принцесса

Райан Нэн

Глава 41

 

День уже клонился к закату, когда Вирджил вернулся в дом Кэннона. Принцесса сидела на крыльце, нетерпеливо поджидая его.

Она поднялась, побежала ему навстречу и заговорила без всяких вступлений:

— Уилли спит, а я не могу спать, пока не докажу тебе, что я не та, за кого ты меня принимаешь.

Вирджил неторопливо привязал длинные поводья жеребца к столбу, а потом повернулся к ней.

— И за кого я тебя принимаю?

— За женщину, которую ты встретил в салуне Лас-Крусеса и которая завлекла тебя к себе в постель.

Вирджил хмыкнул.

— А если ты не она, то откуда ты об этом знаешь?

— Потому что, мой дорогой, — она обняла его за талию, — она и есть та женщина, которую Монтильон нанял играть мою роль во время турне. Рыжеволосая певица, которую он нашел в Лас-Крусесе в салуне под названием «Серебряный доллар». Эту женщину прозвали Королевой «Серебряного доллара».

Она увидела в его красивых голубых глазах облегчение, смешанное с отчаянием.

— Пойдем со мной, капитан. — Она взяла его за руку и повела за собой.

Вирджил последовал за ней, и они сели рядом на ступеньках крыльца. Марлена снова принялась доказывать ему, что она принцесса. Ей только нужно послать телеграмму Монтильону, чтобы он немедленно приехал в Эль-Пасо.

Вирджил пригладил черные волосы и, тяжело вздохнув, посмотрел на запад, где солнце уже начало клониться к горным вершинам.

— В этом нет необходимости, — наконец выдавил он из себя.

— Но почему? Все, что нужно, это послать… Что случилось?

Вирджил повернулся и посмотрел ей в глаза:

— Я только что был в штабе. Твой управляющий, Монтильон, прислал телеграмму моему командиру, сообщив ему об ужасной ошибке, которую я совершил. Там также говорилось, что королевский поезд прибудет в Эль-Пасо утром, чтобы… — он помедлил, — чтобы отвезти тебя домой.

— Так ты веришь мне? Теперь ты понял, что я говорила правду?

— Да, — ответил он.

— О Вирджил, как чудесно! — воскликнула она и обвила руками его шею.

Прижавшись лбом к его подбородку, она неожиданно пришла к выводу, что это не так уж и хорошо. Это означало, что сегодня ее последняя ночь с Вирджилом. Дрожь пробежала по ее телу, она подняла голову, заглянула в его глаза и увидела, как в них отразилось ее собственное отчаяние.

— Дорогой, — прошептала она, — поцелуй меня.

Он перевел взгляд на ее нежные, дрожащие губы, и уголки его рта дрогнули.

Но не успел он ее поцеловать, как на крыльце, позевывая, появился Уилли.

— Почему вы меня не разбудили? Я проспал целый день и теперь всю ночь не сомкну глаз.

Сидевшая на крыльце парочка обменялась разочарованными взглядами. Это была пугающая перспектива, им просто необходимо было побыть вдвоем, поговорить и попрощаться до наступления утра.

Принцессу охватило отчаяние. Она знала, что не вынесет, если им с Вирджилом не удастся побыть наедине. Принцессе так много нужно было сказать ему. И так много услышать от него.

Она очень страдала, а время тянулось мучительно медленно. Наконец наступил вечер, солнце скрылось за горами, и Уилли поднялся со своего кресла-качалки и попросил ее помочь ему приготовить ужин. Принцесса последовала за ним на кухню, а Блэк воспользовался возможностью привести себя в порядок.

Вирджил появился на кухне, когда ужин был почти готов.

На нем была чистая белая рубашка и джинсы, и он был так красив, что Марлена не могла оторвать от него взгляда.

Покончив с едой, Вирджил поблагодарил за ужин, отодвинулся от стола и закурил сигару. Потом расслабленно откинулся на спинку стула и вытянул ноги.

Он казался довольным и невозмутимым, и настроение принцессы совсем испортилось. Как может он быть таким спокойным, когда она не находит себе места? Завтра в это время она навсегда уйдет из его жизни, а он, похоже, ничуть не расстроен.

А вот она была так расстроена, что у нее заболело сердце. Несчастная принцесса поднялась из-за стола и потянулась за пустой тарелкой Вирджила. Она задрожала, когда он быстро схватил ее руку.

— Уилли, думаю, ты сможешь заняться грязной посудой?

— Думаю, что смогу, поскольку занимаюсь этим последние тридцать лет, — ухмыльнулся Уилли. Его серые глаза сверкнули. — А что? Вы придумали для себя что-то получше?

Вирджил молча бросил сигару в камин и осторожно повел принцессу к двери. Сердце ее забилось от волнения, но она ни о чем не спрашивала. Да это и не важно, раз она была с ним.

Он посадил ее на своего коня, и она была рада этому.

Вирджил все так же молча отвязал поводья и вскочил в седло к принцессе. Он погнал вороного жеребца галопом по узкой, пыльной дороге.

Принцесса радостно улыбалась, прижавшись спиной к крепкой груди возлюбленного. Вирджил придержал коня, и она, вздохнув, помолилась, чтобы эта поездка никогда не кончалась. Ей хотелось вечно сидеть верхом на огромном вороном коне и ощущать присутствие смуглого, сильного мужчины.

Принцессе искренне хотелось быть не принцессой, а певицей из салуна, за которую он ее поначалу принял. Если бы она и в самом деле была Королевой «Серебряного доллара», она могла бы остаться с ним в Техасе. И тогда весь остаток своих дней она посвятила бы своему любимому. Но вместо этого ей придется заставить себя забыть о своей единственной любви.

Вирджил натянул поводья, когда быстрый конь принес их к скалистому подножию гор Франклина. Громко фыркнув, жеребец остановился. Принцесса вопросительно взглянула на мужественный профиль Вирджила, освещенный яркой луной.

— Я привез тебя сюда, потому что хотел в последний раз побыть с тобой наедине.

— Я так рада, — ответила она. — Там, в доме, ты казался таким спокойным и невозмутимым. Я думала, ты не хочешь…

— Милая, — перебил он, — я не находил себе места. — Он улыбнулся. — Это было совсем как в ту ночь, когда я не мог вырваться от дона Амондо. Помнишь?

— Никогда не забуду! — Она засмеялась.

— Ты доверяешь мне теперь, да?

— Всю свою жизнь! — торжественно провозгласила она.

Он показал ей на горную вершину, возвышавшуюся над соседними горами. Пик ее напоминал острое, тонкое лезвие ножа.

— Отсюда не видно, — говорил Вирджил, — но на самой вершине есть гладкая площадка размером с дворик у дома Уилли. Это особенное место для меня. Когда я наверху, мне кажется, что я один в целом мире. Туда никто не забирается, потому что тропа очень опасная.

— А мы сможем подняться туда? — спросила она. Вирджил хотел услышать от нее именно эти слова.

— Вот почему я спросил, доверяешь ли ты мне. Я хочу взять тебя наверх, но знаю, что ты боишься высоты. Повторяю, тропинка опасная. Так что если ты не хочешь или боишься…

— Я ничего не боюсь, когда ты рядом со мной.

Вирджил не ответил, испугавшись, что голос может подвести его. Сердце у него щемило. Но он знал, что завтра будет еще тяжелее.