Стивен Кинг: печально-удушающий феномен молящихся мальчиков

Поделиться с друзьями:

Елена Хаецкая

Стивен Кинг: печально-удушающий феномен молящихся мальчиков

В определенный момент начинает казаться, что Стивен Кинг убил в себе хорошего беллетриста. Что еще немного — и получился бы кто-то вроде Ирвина Шоу или других вполне добротных и надлежаще «прогрессивных» американских писателей, которых щедро печатал журнал «Иностранная литература». У меня этот писатель всегда вызывал шквал — если не мыслей, то, на худой конец, соображений.

Я всегда читала его, не отрываясь. В транспорте, за обедом, подпольно на работе, прикрыв каким-нибудь факсом. По окончании чтения, однако, все «страхи», которые держали меня в таком напряжении, вдруг серели, становились нелепыми и даже смехотворными (инопланетяне какие-то или кукурузные початки! КОГО я — вместе с персонажами — боялась?!). А на душе оставался почему-то небольшой грязноватый осадок, как после поцелуя случайного пьяного знакомца.

Стивен Кинг, как и наш отечественный Бушков, очищенный от странностей «круто закрученного сюжета», предстает просто неплохим беллетристом. Я люблю у него диалоги, подробности взаимоотношений персонажей «Вампиров Салема», «Томминокеров», «Необходимых вещей», «Тумана». Мне интересно про людей. Как они устроили свою жизнь, какими глазами смотрят на себя, на окружающих. Нехитрый мир маленького американского городка где-то в Новой Англии, с потаенными трагедиями, скрытым до поры благородством, неожиданным мужеством казалось бы пропащих людей, вполне закономерной подловатостью «добропорядочных граждан» и неизменным бессилием здравомыслящего шерифа.

После поездки в Америку для меня вдруг, словно перевелись переводные картинки, сделались яркими и понятными многие тамошние реалии (в России их поначалу не было): супермаркет, парковка, «драгстори». Последнее представляло собою для советского читателя нечто невообразимое: аптека, она же канцелярский и кондитерский магазин, она же такое место, где можно выпить кофе, съесть мороженое, купить анальгин, крестик (для изгнания вампира), стирательную резинку…

Я люблю у Кинга описания всех этих драгстори, где сидит какой-нибудь всепонимающий старик, где персонажи ведут длинные диалоги, куда забегает соседская девочка. Весь этот неспешный провинциальный американский быт, с деталями, с вниманием к мелочам.