Срок приговоренных

Абдуллаев Чингиз

Эпизод девятнадцатый

 

Резо так и не сумел заснуть в эту ночь. Он сидел у телефона, ожидая звонка и не раздеваясь. Он сидел и ждал телефонного звонка. И когда телефон зазвонил в три часа ночи, он, нисколько не удивившись, поднял трубку.

— Слушаю, — сказал он почти спокойно.

— Это я, — услышал он голос Чупикова, — у нас все в порядке.

— Что произошло? Он жив?

— Жив. Мы приедем к вам через час. Постарайтесь незаметно выйти из дома. Мы будем ждать вас у выхода со двора.

— Кто это мы? — недоверчиво спросил Резо.

— Я и наш друг. Вам опасно оставаться в этом доме. Вы меня понимаете?

— Все понимаю. Так вы тоже приедете?

— Конечно, приеду. Мы вдвоем приедем. Когда будем у вашего дома, снизу позвоним. У нашего друга есть свой мобильный телефон. Это будет минут через сорок, через час, в крайнем случае. Вы все поняли?

— Я буду ждать вашего звонка. — Резо отключился.

В комнату осторожно постучали. Это была Вера. Услышав его голос, она вошла в комнату.

— Как у вас дела? — спросила она.

— Ничего. Уже лучше. Я, наверно, скоро смогу уйти, — сказал Резо с облегчением.

— И я не куплю вам утром костюма, — закончила за него хозяйка квартиры.

— Да, — улыбнулся Резо, — не купите.

— Значит, буду ждать, когда вы придете ко мне в третий раз, — высказала предположение Вера.

Резо рассмеялся. Ночью все казалось совсем другим. Более теплым и человечным. И даже дневные страхи отступали, будто ночью убийцы не могли ворваться в этот дом.

— Очень надеюсь, что третьего раза не будет, — вздохнул Резо. Он вдруг подумал, что сидит в присутствии женщины, и вскочил со стула.

— Сидите, — махнула она рукой, — вы ведь устали.

— Ничего. Главное — уйти отсюда, — сказал он, думая о своем.

— Вы так боитесь? — спросила она.

— Что? Нет. Я боюсь за вас. Я боюсь, что они смогут вычислить, где я нахожусь, и ворвутся сюда. И я не смогу вас защитить.

— Они не придут, — уверенно сказала Вера. — Я чувствую.

— Дай-то Бог, — вздохнул Резо. — Мне кажется, что я больше всего боюсь во второй раз оказаться трусом. Боюсь этого даже больше, чем собственной смерти.

Она сделала шаг к нему. Посмотрела ему в глаза.

— Вы так переживаете?

— Да, — честно признался Резо. — Я не имел права оставаться и смотреть, как их убивают. Не имел права. Конечно, я понимал, что от моего геройства никакого толка не будет. Понимал, что меня убьют сразу же, как и Никиту. Но я должен был выйти из этого убежища до того, как в квартире появилась Надя. Я обязан был сделать так, чтобы она не вошла в квартиру. Если бы меня убили, я бы не чувствовал себя подлецом.

— Не нужно так говорить, — возразила она. Он взял ее руку. Бережно поднес к губам, поцеловал.

— Спасибо вам за все, Вера, — сказал Резо дрогнувшим голосом. — Вы мне не просто помогли. Вы спасли мне жизнь.

— Когда вы пришли ко мне вчера, я думала, что вы — как другие… Я даже оставила у себя рядом с кроватью нож, чтобы от вас защищаться. На всякий случай, — призналась Вера, смутившись, — смешно…

— А ведь в смерти Никиты я тоже отчасти виноват…

— Вы не виноваты, — твердо сказала она, — не думайте об этом.

— Не могу. Мне кажется, что я должен был сам открыть дверь. А теперь они в морге, а я здесь.

— Когда у вас будет все в порядке, вы мне позвоните, — просто сказала Вера. — Надеюсь, что вы все-таки выберетесь из этой ситуации.

— Я тоже надеюсь, — пробормотал Резо.

Когда минут через сорок позвонил Чупиков, он был уже готов покинуть квартиру. Он ушел, взяв оружие и мобильный телефон адвоката Чупикова.

Прежде чем выйти из подъезда, он прислушался. Начался дождь, и мягкий шум даже успокаивал нервы. Он решился и резко открыл дверь. Все было спокойно. Сделал шаг, второй, третий. Дверь за ним захлопнулась, словно отрезая путь к отступлению. Он достал оружие. Руки дрожали. Но во дворе никого не было. Резо вздохнул и двинулся вперед, каждую секунду ожидая выстрелов. Но пока все было спокойно. Он пересек двор, вышел на улицу, осмотрелся. Вот и машина. Это был голубой «жигуленок». «Десятка». Чупиков так и сказал, что будут «Жигули» десятой модели. Дождь мешал рассмотреть, кто сидит в салоне.

Он подошел ближе, сжимая оружие в руках. Так и есть. За рулем сидел Чупиков, рядом — Демидов. Резо убрал пистолет и уже смело шагнул к машине.

— Добрый вечер, — сказал он, усаживаясь на заднем сиденье.

— Скорее — доброе утро, — заметил Чупиков. — Напрасно вы вышли во двор с оружием в руках. Вас могли увидеть.

— Я боялся… — признался Резо.

Автомобиль мягко отъехал от дома. Демидов повернулся к Резо. На лбу подполковника был виден свежий шрам, словно тот недавно с кем-то подрался.

— Ну, здравствуй, — сказал Демидов. — Мы, кажется, не виделись целых два дня. Надеюсь, что от меня не станешь бегать?

— Не стану, — выдохнул Резо, — некуда больше бегать.

— Знаешь уже, что со мной случилось? — спросил Демидов.

— Вас хотели убить?

— Скорее уж заставить замолчать. Ранили моего офицера. Слава Богу, остался жив, отправили в больницу… А теперь расскажи мне, почему ты сбежал и что с тобой дальше случилось. Только по порядку, ничего не пропускай, чтобы я все понял.

После того как на их машину налетел грузовик, Демидов несколько часов выяснял, откуда взялась эта машина и кто сидел за рулем. Довольно быстро выяснилось, что грузовик угнан с какой-то базы. Зиновьева отправили в больницу в бессознательном состоянии, но врачи гарантировали, что у парня есть верные шансы остаться в живых. Сам Демидов вернулся на работу и занялся розысками исчезнувшего водителя грузовика. И тут ему позвонил Чупиков.

Узнав о том, что случилось с подполковником, Чупиков решил, что обязан приехать в управление и встретиться со своим бывшим коллегой. Он понимал, что люди, организовавшие покушение на подполковника милиции, вполне могли установить и прослушивание телефонов в управлении. Именно поэтому, приехав туда ночью, он настоял на разговоре с Демидовым, но предварительно вывел его в коридор, чтобы их не могли подслушать. Рассказ Чупикова поразил подполковника. Он уже был убежден, что никогда не сможет найти этого грузина и узнать его тайну. Сообщение адвоката заставило его бросить все дела и выехать вместе с ним на встречу с самим беглецом.

Рассказ Резо он слушал с большим вниманием, только время от времени стискивал челюсти так, что желваки вздувались под кожей, а ссадина на лбу вспыхивала багровой полосой.

Когда Резо закончил свой рассказ, Демидов тяжело повернулся к нему всем телом.

— Я примерно это и предполагал. Кто-то в ФСБ решил, что ты слишком много знаешь. Я не думаю, что они все там повязаны. Иначе тебя убили бы сразу, как только вы выехали из управления. Значит, они еще используют уголовников. У офицера ФСБ вряд ли могла быть такая «солнечная» наколка, как у твоего Бурого. Сейчас я вернусь в управление и постараюсь проверить, кто такой Бурый. А вы поедете на дачу к тестю Евгения Алексеевича. И будете меня там ждать. У Чупикова есть оружие. Насколько я понял, ты тоже вооружен. Значит, если кто-нибудь полезет, сумеете дать отпор. Но лучше до этого не доводить. Звонить мне только по мобильному телефону. А еще лучше не звонить вообще. Я постараюсь все выяснить и сам сообщить вам. Только будьте очень осторожны. Мы с вами, похоже, вляпались в такую историю, после который либо дают ордена, либо делают контрольные выстрелы в голову. И боюсь, что большинство наших знакомых склонны принять именно второй вариант.

— Может, тебе лучше не возвращаться в управление? — спросил Чупиков. — Они могут повторить нападение. Чтоб ты уже не смог ничего выяснить.

— Ночью они не станут ничего предпринимать, — возразил Демидов, — они не знают, что состоялась моя встреча с Гочиашвили. Как только я узнаю что-то о Буром, я тут же постараюсь к вам приехать.

— Насчет Рожко и Брылина я все узнал, — сказал Чупиков. — Звонил Петру, ты его помнишь, раньше у нас работал?

— Конечно, помню. И что он тебе сказал?

— Они сотрудники секретариата. Там есть специальное подразделение по типу нашего отдела собственной безопасности. Больше ничего сообщить не может.

— И так достаточно много. Значит, Брылин и Рожко знают друг друга. Кстати, Брылин был в засаде в доме у Гочиашвили. Вчера я видел его именно там. Он и забирал Резо от нас.

— А Рожко приезжал к тебе, — напомнил Чупиков, — и заодно проверял всех знакомых Гочиашвили, в том числе и Веру.

— Это они, — согласно кивнул подполковник, — все сходится.

— Тем хуже для нас, — сказал Чупиков, — я не понимаю, зачем тебе проверять информацию по этому уголовнику? Если даже все подтвердится, какая разница? Главное, что офицеры ФСБ замешаны в чем-то недостойном.

— Как я смогу это доказать? Подать рапорт о своих подозрениях? Тогда меня спросят, откуда я знаю? А я объясню, что сбежавший от сотрудников ФСБ подозреваемый Гочиашвили тайно встречался со мной. Ты знаешь, куда меня пошлют? Тем более сейчас, когда в Москве началась повальная кампания против кавказцев? Мне никто не поверит. А если я найду уголовника, который был в связи с сотрудниками ФСБ, тогда у меня появится шанс убедить свое начальство, что все не так просто, как кажется.

— Но почему они решили убрать вас именно сейчас? — настаивал Чупиков. — Вспомни, что случилось с тобой вчера. И, может быть, именно из-за того, что ты видел Брылина.

— Кроме меня, его видели еще несколько наших офицеров. Что здесь особенного, если на квартире сбежавшего подозреваемого установлена засада?

— Тогда почему именно вчера, — настаивал Чупиков, — ты уточнял насчет паспортов?

— Я идиот, — сказал Демидов. — Как я мог об этом забыть! Но я не связывал все это воедино. Вчера вечером мы послали запрос в УВИР, пытаясь узнать, какое именно письмо им отправляла туристическая фирма Резо Гочиашвили.

— Тогда точно, причина в этих паспортах, — подвел неутешительный итог Чупиков. — Сначала из-за них хотели убрать случайно проникших в их тайну руководителей туристической фирмы. А теперь и тебя, который докопался до всех этих подробностей.

— Так куда они собирались ехать? — спросил Демидов у Резо.

— В Швейцарию, в Цюрих. Четыре человека. Нас насторожило, что они из разных организаций, но паспорта у всех одной серии и с последовательно идущими номерами. Как бывает, когда получают паспорта в одной организации. Обычно раньше так выписывали паспорта сотрудники организаций, отправляющих своих людей в служебные командировки.

— Паспорта, паспорта… — повторил Демидов. — А когда они должны были вылетать?

— Наша группа в понедельник утром. Самолеты ходят три раза в неделю. Понедельник, среда, пятница.

— Номера ты помнишь?

— Нет, не помню.

— А фамилии? Хотя бы одну-две?

— Кажется, фамилия одного была Семенов или Симаков. Нет, точно не помню.

— Вы отправили письмо и больше ничего не слышали об этих людях? Верно?

— Да, все правильно. Мы только хотели проверить. Зачем нам неприятности со швейцарским посольством? Туристической фирме важно иметь хорошие отношения с консульскими службами тех стран, куда мы отправляем своих клиентов. Если начинаются неприятности, то у нас сразу возникают проблемы с получением виз.

— Завтра утром я уточню, куда делось ваше письмо, — продолжал подполковник, — и завтра приеду к вам на дачу, чтобы мы наметили конкретный план действий. На звонки обычного телефона не отвечайте. А машину загони в гараж, Женя, чтобы никто не знал, что вы в доме. Предупреди близких, оставшихся в городе, что ты уезжаешь на дачу, пусть тебя не ищут.

Чупиков развернул автомобиль в сторону управления.

— Я не совсем понял, куда ты уходил сегодня утром, — решил вдруг уточнить подполковник. — Ты ведь, кажется, выходил из дома?

— Да, выходил. — Резо не хотелось говорить на эту тему.

— Давай договоримся так, — посуровел лицом подполковник, — если ты начнешь что-то скрывать, темнить, нам лучше ничего не предпринимать. Твои тайны помешают эффективной работе.

— Я ничего не скрываю. Я пошел к своим знакомым грузинам.

— Прекрасно. Этого ты нам не говорил. Что там произошло?

— Мне отказали, — нехотя признался Резо, — дали деньги. Большую сумму. Узнали для меня телефон адвоката. Но сказали, что не могут помочь.

— Почему?

— Я не могу говорить. Это не только моя тайна.

— Тайны бывают в книгах. У нас трупы, — зло заметил обернувшийся подполковник. — Почему они тебе отказали?

— Их предупредили, — нехотя сознался резо, — собрали по городу всех самых авторитетных грузин и предупредили, чтобы они не вздумали мне помогать.

— Вот это уже совсем плохо, — задумчиво сказал Демидов. — Значит, работают на высоком уровне. Это вам не Брылин с Рожко. Это совсем другой уровень, совсем другие люди.

— Хочешь отказаться? — спросил Чупиков. — Может, нам просто помочь ему уехать в Грузию и забыть обо всем?

Что-то в голосе друга не понравилось Демидову. Он хмуро взглянул на него.

— Ты сколько лет меня знаешь? — зло спросил подполковник.

— Ладно, — улыбнулся Чупиков, — я просто предложил. Считай, что я этого никогда не говорил.

— Вы думаете, у нас что-нибудь получится? — упавшим голосом спросил Резо.

— Обязательно получится, — заверил его Чупиков. — Раз сам подполковник Демидов взялся за это дело. Хотя, честно говоря, у нас пока так мало шансов, что я не удивлюсь, если сработает второй вариант.

— Какой второй вариант? — не понял Резо.

— Когда прозвучат контрольные выстрелы, — очень серьезно ответил Чупиков и прибавил скорость.