Слабости сильного мужчины

Джордан Пенни

Глава 6

 

День был утомительный, но продуктивный, решила Лаура, когда их лимузин остановился у входа в отель.

Оказалось, что У Ин хорошо разбирается в виноградарстве. Лаура удивилась, когда та сказала, что недавно открыла свой винодельческий бизнес в Китае.

— Настанет день, когда наши вина будут продаваться во всем мире. Пока мы продвигаемся маленькими шажками. Винный завод я открыла на собственные деньги с помощью своего кузена. Он мой партнер, — сообщила она Лауре по дороге в отель.

Но то, что она сказала ей насчет контракта, было гораздо важнее, и Лаура была ей очень благодарна за эту неожиданную откровенность.

— Мой муж полностью полагается на мнение своего племянника. Но есть люди, которых волнует репутация Вэй Вона и которые не разделяют его точку зрения.

«Похоже, У Ин входит в число этих людей», — подумала Лаура.

— В частности, мой кузен считает, — продолжила китаянка, — что здравый смысл Вэй Вона затуманила его привязанность к человеку, с которым его связывают кровные узы.

У Ин сделала паузу, и Лаура решила, что таким образом она попыталась намекнуть на то, что родство Вэй Вона и Ганг Ли ближе, нежели все думают. Но, разумеется, она не стала развивать эту тему.

— Мой кузен считает, что ни моему мужу, ни нашей стране не пойдет на пользу, если Ганг Ли будет принимать слишком активное участие в переговорах Вэй Вона с Демидовым.

Затем У Ин наклонилась и, к большой неожиданности Лауры, потрепала ее по руке. После этого она улыбнулась и огорошила Лауру заявлением:

— Я думаю, что Василий относится к вам с большим уважением. Когда влиятельный мужчина прислушивается к мнению женщины, она может благоразумно указать ему направление, которое его гордость не всегда позволяет ему выбрать самому.

Машина плавно остановилась.

— Я получила удовольствие от нашей с вами прогулки.

Выйдя из салона, У Ин направилась в отель. Следуя за ней, Лаура думала о том, что сказала ей китаянка. Несомненно, между женой Вэй Вона и его племянником идет борьба за власть.

Она должна как можно скорее передать Василию то, что узнала от У Ин.

Когда Лаура вошла в гостиную и увидела его, ее сердце учащенно забилось. Это последствия неосуществившихся юношеских мечтаний? Они всегда будут возвращаться и преследовать ее в неподходящий момент?

День выдался не самый удачный. Василия не удивило, что и Ганг Ли, и Вэй Вон отменили свои встречи с ним. Похоже, Ганг Ли наказал его за то, что он отказался прислать к нему Лауру.

Судя по ее уверенной улыбке и блестящим глазам, у нее день прошел удачно.

— Ни за что не догадаетесь, что сказала мне У Ин... — начала Лаура без предисловий.

— Мне необходимо кое-что с вами обсудить, — перебил он ее.

Лаура сразу поняла, что совершила какую-то ошибку. Судя по холодному тону Василия, довольно серьезную. То, что он собирается ей сказать, ей явно не понравится.

Чтобы немного его отвлечь, она поспешно спросила:

— Как прошел ваш ланч с Вэй Воном? У Ин говорит...

— Его не было. Сначала Ганг Ли отменил нашу встречу, затем Вэй Вон сделал то же самое, — отрезал он.

Внутри у Лауры все оборвалось.

— Почему? — спросила она, чувствуя, что имеет к этому отношение.

— Утром Ганг Ли прислал ко мне своего секретаря, чтобы тот передал, на каких условиях Ганг Ли готов уговорить своего дядю заключить со мной контракт. Похоже, Вэй Вон склонен принять решение в нашу пользу, но ему необходимо, чтобы Ганг Ли подтвердил, что он поступает правильно.

— Ганг Ли прислал к вам своего секретаря, чтобы тот попросил у вас взятку?

Василию могло это не понравиться, но в таком случае почему он сердится на нее? Какое она может иметь к этому отношение?

— Да.

— Сколько денег он попросил?

— Ему не нужны деньги, — ответил он. — Он хочет вас.

Василий слышал выражение «кровь отхлынула от лица», но впервые увидел собственными глазами, что оно означает. Резко побледнев, Лаура уставилась на него огромными глазами, полными ужаса и отвращения.

— Меня? Он хочет меня? — произнесла она с недоверием, но выражение его лица сказало ей, что он не шутит. — Нет, — ответила она дрожащим голосом, затем, когда к ней вернулось самообладание, неистово покачала головой и твердо повторила: — Нет.

Василий молча наблюдал за ней. Ее охватило мрачное предчувствие, мысли перепутались. Она знала, что он всегда защищал свою сестру, но это вовсе не значит, что он будет вести себя точно так же по отношению к ней. Скорее напротив, учитывая его невысокое мнение о ней. Ни один мужчина прежде ее не защищал, за исключением Джона. Но, боясь потерять Нэнси, он лишил Лауру своей защиты, когда она больше всего в ней нуждалась. Она примирилась с этим. Примирилась с тем фактом, что после гибели своего отца не была по-настоящему важна ни для одного мужчины. В таком случае почему его реакция причиняет ей такую сильную боль? Она не нуждается в его защите. Она сама способна за себя постоять.

— Мне все равно, что вы сказали Ганг Ли. Я не стану его любовницей. Можете меня уволить, если...

— Думаете, я согласился? Думаете, я способен использовать в корыстных целях человека, который на меня работает? — яростно бросил Василий. — Как вам только могло в голову прийти, что я принадлежу к тем начальникам, которые подкладывают своих сотрудниц в постель к своим потенциальным партнерам? Позвольте вам сообщить, что я отвечаю за тех, кто на меня работает. Что я отношусь к этой ответственности так же серьезно, как к поведению своих сотрудников, которое может повлиять на репутацию моей компании. Разумеется, я велел этому парню передать Ганг Ли, что не могу выполнить его просьбу.

Василий ее защищает. Она мечтала об этом много лет назад. Он злится на нее, но защищает ее.

Он подошел ближе к ней, и она тут же отошла назад, испугавшись, что выдаст свои чувства. На самом деле ей хотелось крепко его обнять и поблагодарить. Разумеется, она не могла этого сделать.

— Нет необходимости разыгрывать передо мной этот спектакль, — произнес он язвительным тоном. — Этот испуганный вид больше подходит для юной девственницы перед первой близостью, нежели для опытной двадцатичетырехлетней женщины. Не утруждайтесь, на меня он не подействует. В конце концов, я знаю правду о вас.

Василий неправильно интерпретировал ее реакцию, но она не собиралась его разубеждать. Пусть думает что хочет. В действительности она сама уже не знает, что правда, а что нет, когда речь идет о ней самой. Она пришла устраиваться на работу к Василию, уверенная в том, что он не будет интересовать ее как мужчина, но быстро поняла, что ошибалась.

— Чтобы Ганг Ли вас не преследовал, я сказал его секретарю, что вы уже принадлежите другому мужчине.

Сердце Лауры пропустило удар. У нее снова появилось нехорошее предчувствие.

— Какому мужчине? — осторожно спросила она Василия.

— Мне, — отрезал он.

— Но это неправда, — возразила она.

Как он только мог сказать, что они любовники? Это же нелепо. Они не испытывают друг к другу даже симпатии.

— Для нас с вами. Но Ганг Ли должен думать, что это правда, — предупредил ее Василий.

— Я ваш личный секретарь. Если все начнут думать, что я также ваша любовница, моя профессиональная репутация будет поставлена под сомнение, — возразила Лаура.

— Она уже поставлена под сомнение. Из-за вашего романа с Джоном Меткафом, — заметил он. — Конечно, для нас обоих эта ситуация не очень приятна, но лично для меня это наиболее приемлемое решение.

У Василия было достаточно времени, чтобы успокоиться после встречи с секретарем Ганг Ли. Он определенно не собирался говорить Лауре, что его решение было мотивировано желанием ее защитить. Разве это возможно, когда он сам не хочет это признавать?

— Поэтому за ужином вам следует вести себя так, как будто вы моя любовница, — сказал Василий.

Лаура заметила, что он сказал, что ей следует притвориться, а не им обоим.

Она не хочет этого делать, но разве у нее есть выбор? Будучи мнимой любовницей Василия, она получит защиту от Ганг Ли. Но вот будет ли она защищена от собственных желаний?

— Хорошо, — согласилась она.

Только когда Лаура готовилась в своей комнате к последнему вечеру в отеле, она поняла, что не поделилась с Василием тем, что рассказала ей У Ин. Она решила, что скажет ему позже за ужином. Сейчас ей нужно немного времени, чтобы войти в роль, которую она будет играть на публике.

Сердце запрыгало у нее в груди.

Девственница, которая понятия не имеет, как доставить удовольствие зрелому мужчине, будет играть роль любовницы Василия. Но что, если бы он поделился с ней своим опытом?

По ее телу пробежала дрожь желания.

Что за безумие! Ей не следует желать Василия. Это чувство принадлежит ее прошлому. В настоящем для него нет места. Оно опасно, унизительно и приводит к саморазрушению, поэтому его нужно игнорировать.

Застегивая золотые запонки, принадлежавшие его отцу, Василий подумал, что последний официальный ужин, на который он возлагал такие надежды, станет для него тяжелым испытанием. Алексей сообщил ему, что мероприятие состоится в частной столовой отеля, а все блюда для него будут приготовлены лично шеф-поваром.

Вертясь перед зеркалом в красивом платье, Лаура сомневалась, что выбрала правильный наряд. Она отложила это серебристо-голубое платье для особого случая, даже не рассмотрев его как следует. Корсаж спереди максимально закрыт, рукава длинные, а вот сзади вырез доходит почти до ягодиц. В него была вшита вставка из тонкого тюля, но, даже несмотря на нее, создается ощущение, что спина абсолютно голая. Платье не облегало тело, оно двигалось вместе с ним.

Учитывая то, что Василий рассказал ей о Ганг Ли, наверное, было бы разумнее надеть что-то, что меньше притягивало бы мужские взгляды. Но быстрый осмотр содержимого ее гардероба подтвердил то, что она и так уже знала: для этого вечера больше ничего не подойдет. В этом платье нет ничего вульгарного, но все равно она медлила. Разве это платье создано не для женщины, уверенной в своей способности пробудить желание в мужчине? Мужчине вроде Василия, который, увидев эту женщину, захотел бы к ней прикоснуться, заключить ее в объятия...

Запретив своим мыслям развиваться в этом направлении, Лаура подняла волосы наверх и уложила в свободный узел. Затем она поняла, что к этой прическе нужны серьги. Серьги ее матери. Открыв шкатулку, она немного помедлила, затем взяла одну из пары и ту, что дал ей Василий.

Когда они встретились в гостиной, ни один из них не произнес ни слова. В то время как разум Лауры считал Василия врагом, тело ее относилось к нему совсем по-другому. Стоило ей увидеть его в вечернем костюме, как внутри у нее все затрепетало.

С той минуты, когда она пришла к нему на собеседование, здравый смысл в ней боролся с зовом плоти. Она совсем не хочет, чтобы ее к нему влекло, но реальность изменить невозможно.

Наблюдая за тем, как платье Лауры движется при ходьбе вместе с ее телом, Василий почувствовал боль желания и нахмурился. Почему она так на него действует? Он общался с женщинами в более откровенных нарядах и зачастую оставался равнодушным.

— Вижу, вы надели серьги вашей матери.

«Ну зачем ты это сказал, черт побери? — мысленно отругал себя Василий. — Какая тебе разница, надела она серьги или нет?»

Ему на самом деле все равно.

— Да, — ответила Лаура, машинально коснувшись одной серьги.

Она тут же опустила руку, чтобы Василий не подумал, что она дотронулась до нее потому, что ее подарил ей он. Это было нелогично. Ведь он не знает, что ей известно о его маленькой хитрости.

— Нам пора, — сказал он.

Повернувшись, Лаура направилась к двери, и Василий увидел ее открытую спину. Боль желания пронзила его подобно острому ножу, и он на несколько секунд застыл на месте как вкопанный. Перед его внутренним взором пронесся калейдоскоп волнующих образов. Он представлял себе, как медленно покрывает поцелуями ее шею и спину, вдыхая легкий аромат ее духов, как его руки скользят по ее бокам, животу, затем поднимаются выше и задерживаются на груди. Он видел, как спускает платье с ее плеч, и оно с тихим шорохом, вторящим ее довольному вздоху, падает на пол. Как наклоняется вперед и нежно ласкает ее бедра, прежде чем накрыть губами ее губы и слиться с ней воедино.

На его коже выступили мелкие капли пота. У него никогда прежде не возникало подобных мыслей. Они абсурдны и мучительны для человека, который гордится своей способностью держать под контролем каждый аспект своей жизни. Он отказывался верить в то, что они были вызваны одним лишь видом обнаженной спины Лауры. Разве такое возможно? Он негодовал на себя, на Лауру, на того, кто купил для нее это платье, на странность ситуации. Ему следовало прислушаться к своим первоначальным сомнениям и не брать ее на работу.

Лаура открыла дверь. Теперь свет падал на ее спину по-другому, и Василий обнаружил, что она не обнажена, а покрыта тоненькой сеточкой телесного цвета. Впрочем, это ничего не меняет. Василий не сомневался, что проведет много бессонных ночей, пытаясь убедить себя в том, что эта женщина его не интересует.

Пять минут спустя в фойе одной из частных столовых, где сновали туда-сюда официанты с подносами, один из гостей натолкнулся на Лауру. Василий, идущий следом за ней, машинально выставил руку, чтобы поддержать девушку, а затем убрал.

Когда Василий отстранился, сердце Лауры болезненно сжалось. Теперь все будут считать ее его любовницей, но она-то знает, как он к ней относится на самом деле. Его неприязнь к ней настолько сильна, что ему даже противно до нее дотрагиваться.