Синдром жертвы

Абдуллаев Чингиз Акифович

Глава 10

 

После совершенного насилия в Челябинске он чувствовал себя почти неуязвимым. Если раньше его жертвами были достаточно интеллигентные женщины среднего сословия – библиотекари или искусствоведы, – то в последний раз он совершил убийство жены одного из самых высокопоставленных чиновников области. Это было не просто удовольствие, связанное с насилием и убийством красивой женщины. Это еще и вызов обществу, вызов всем, кто мог считать его неполноценным или ущербным человеком. На работе его ценили и ждали, когда наконец он защитит докторскую диссертацию. Он считался неплохим специалистом и требовательным, но справедливым руководителем.

После Челябинска Вениамин всерьез поверил в свою исключительность и начал планировать убийство единственного человека, которого так сильно ненавидел. Это был Вадим Тарасович Билык, именем которого Вениамин представлялся женщинам.

Вадим жил в престижном доме, почти в центре города, с коньсержкой и даже с камерой наблюдения. Пройти незамеченным в его квартиру было практически невозможно, это Вениамин хорошо понимал – уже давно приглядывался и к этой квартире, и к ее обитателям. С тех пор как он увидел Катю в объятиях своего соседа, прошло уже несколько лет. Казалось, все давно забыли о случившемся. Все, кроме самого Вениамина, для которого эта история стала невероятным потрясением и изменила его жизнь, подтолкнув к нынешнему состоянию. Именно поэтому он так внимательно приглядывался к дому, часто размышляя, каким образом проникнуть в квартиру своего обидчика.

Конечно, Вениамин искал и Катю, чтобы рассчитаться и с этой дрянью, осмелившейся сделать из него посмешище. При одной мысли, что она не просто ему изменяла, а насмехалась над ним вместе со своим кавалером, можно было сойти с ума. Однажды он даже схватил нож и отправился к дому Кати, решив покончить с этим раз и навсегда. Дождавшись, когда она выйдет, он ошеломленно взглянул на нее и замер. Она была беременна. Вздувшийся живот не оставлял никаких сомнений. Беременна от другого мужчины! Это было просто оскорбление!

Но убивать женщину в подобном положении представлялось ему большим грехом. Свои преступления он таким грехом не считал, словно получаемое удовольствие каким-то образом превращалось в индульгенцию для его бесчеловечных поступков.

Катя вышла и, словно чувствуя его присутствие, испуганно посмотрела по сторонам. Позже он узнал, что она родила недоношенного семимесячного мальчика. И уехала с ним и со своим мужем-военным на Дальний Восток. Таким образом она спасла свою жизнь. На всякий случай Вениамин узнал, в какой город они переехали, решив, что рано или поздно навестит свою бывшую подругу.

Вениамин настолько уверовал в свою полную безнаказанность, считая, что он гораздо умнее, проницательнее, даже удачливее других, что уже почти не сомневался – никто не сумеет его вычислить или найти. Теперь ему казалось, что он может сам решать – кому жить, а кому умереть...

От одного из своих соседей, знакомого с семьей Вадима, Вениамин узнал, что тот купил себе дачу за городом. Он хорошо знал это место. Дача была несколько в стороне от основной дороги. Очевидно, Вадим собирался начать здесь большое строительство. Раньше у него был участок рядом с дачей Вениамина, но после того новогоднего происшествия он продал и старый участок, и старую квартиру и переехал в новый дом. Конечно, супруге он ничего не рассказал о том, что именно произошло тогда в ресторане, когда Вениамин неожиданно исчез, так и не дождавшись наступления Нового года.

Узнав о покупке дачи, Вениамин понял, что у него наконец появился шанс. И он начал готовиться к преступлению еще до того, как отправился в Уфу, за два месяца до убийства в Челябинске. А после того, как там все прошло достаточно гладко, вернулся в свой город с твердым намерением отомстить наконец своему обидчику.

У него был пистолет, купленный еще в прошлом году в Москве. Точнее, газовый пистолет, который он передал искусному мастеру, и тот достаточно легко расточил ствол, переделав оружие в боевое. Теперь Вениамин был во всеоружии. Он впервые собирался совершить преступление в родном городе, где его могли узнать, поэтому готовился еще более тщательно, обдумывая каждую деталь.

В воскресенье рано утром он вышел из дома, одетый в одежду, приобретенную на вещевом рынке в Уфе. На нем был светлый парик, смешная кепка и линзы, делавшие его глаза тоже светлыми. Даже родная сестра не узнала бы его в таком виде. Он доехал на рейсовом автобусе до дачного поселка, затем прошел пешком до последнего участка и огляделся. Именно здесь проживал Вадим. В это воскресенье он должен быть дома, его автомобиль находился за оградой. Вениамин уже несколько раз бывал здесь и знал, что гостей сюда пока не зовут. Рядом с небольшим домом, где жили хозяева, возводился двухэтажный особняк, и по воскресеньям у рабочих обычно был выходной.

Он перелез через ограду, прислушался. У супруги Вадима Лионеллы была аллергия на шерсть домашних животных, поэтому собаку они не держали. Вениамин прошел к дому, припал к окну. Ничего не увидев через стекло, обошел вокруг дома. Если он ошибся и у них все-таки гости, придется применить оружие. В магазине его пистолета было восемь патронов, но стрелять совсем не хотелось, не говоря уже о том, что выстрелы могли услышать соседи и вызвать милицию.

Он снова обошел дом, приблизился к крыльцу и увидел на дверях кнопку звонка. Ничего другого не остается, кроме как элементарно позвонить. И надеяться, что Вадим не станет спросонья удивляться, каким образом неизвестный гость оказался у его дверей, минуя ограду.

Вениамин позвонил, немного подождал, потом позвонил снова. Услышав шаги, отступил немного в сторону. Вадим даже не спросил, кто к нему пришел. Он открыл дверь, лениво зевая, даже не подумав одеться. На нем были цветастые трусы, доходившие почти до колен, и длинная белая майка. Недовольно посмотрев на незнакомца, Вадим удивленно спросил, что ему нужно. Своего бывшего соседа он, естественно, не узнал. Вениамин усмехнулся, сжал в руках кастет и со всего размаха ударил в ненавистное лицо. Вадим отлетел назад, словно резиновый мячик, и рухнул на пол. Лицо залилось кровью.

Вениамин вошел в дом и услышал голос супруги Вадима:

– Что там случилось? Ты опять что-то уронил?

Он вернулся на террасу и быстро надел на Вадима наручники. Их он приобрел во время своего последнего визита в Москву, в магазине для эротических забав, куда зашел, чтобы просто посмотреть. Они ему понравились, и он их сразу взял. Каждый раз связывать свои жертвы было неудобно и грубо. К тому же в двух последних случаях он даже и не связывал руки. Обе женщины не могли оказать ему сопротивление в любом состоянии.

Вениамин поднял все еще плохо соображавшего Вадима, втащил его в дом и посадил в кресло рядом с батареей. Прицепив его руку к батарее, прошел в спальную комнату, где находилась Лионелла. Она испуганно подняла голову, увидав его. Кажется, все-таки успела закричать. Он рванулся к ней, и она, вскочив с кровати, резко метнулась в сторону. Он схватил ее за длинные волосы и больно потянул к себе. Она снова попыталась вырваться, крикнуть. Тогда он заклеил ей рот скотчем и начал ее связывать. Лионелла была в длинной ночной рубашке, под которой, очевидно, ничего не было. Он связал ей руки и ноги, принес женщину в большую комнату и усадил в кресло.

Теперь оба супруга сидели друг против друга. Вадим качал головой, пытаясь прийти в себя, – все-таки Вениамин ударил его достаточно сильно. Лионелла мычала от страха и ужаса, не понимая, что происходит. Ее мычание и беспомощность вызывали желание у Вениамина, но пришел он не за этим. Он точно знал, что именно хочет сделать.

Вениамин подошел к Вадиму, достал пузырек с нашатырным спиртом. Тот понюхал и, резко отпрянув, закашлялся. Потом взглянул на своего мучителя.

– Что тебе нужно? Если деньги, они лежат в спальне, в тумбочке. Там деньги для расчета с рабочими. Забери и уходи. Они скоро здесь появятся.

Вениамин усмехнулся. Он знал, что по воскресеньям у рабочих выходной. На этом настояла супруга хозяина, чтобы хоть один день в неделю не слышать грохота и криков.

– Ты меня не узнал? – спросил Вениамин у своего бывшего соседа.

Тот отрицательно покачал головой.

Тогда Вениамин снял парик, положил его на стол. Затем снял очки. Посмотрел на Вадима.

– Вениамин! – изумленно произнес тот. – Что тебе нужно? Почему? Как?

– Решил навестить старого знакомого.

Лионелла за их спиной перестала мычать, она тоже узнала бывшего соседа. Вениамин повернулся и подошел к ней.

– Только не кричите, – попросил он, сдирая скотч с ее рта.

Она испуганно посмотрела на него и спросила пересохшими губами:

– Вениамин, что вы здесь делаете?

– Он знает, – коротко ответил Вениамин, показывая в сторону ее супруга.

Тот подавленно молчал.

– Ты ничего не хочешь рассказать своей жене? – с издевкой посмотрел на него Вениамин.

– Что происходит, Вадим? – прошептала Лионелла. – Я ничего не понимаю.

– Давай, давай, – негромко предложил гость, – начинай рассказывать. Она ведь наверняка не знает о твоих «подвигах».

– Иди к черту! – нервно бросил Вадим.

– Если не хочешь, могу и сам рассказать.

– Заткнись! Какой ты мужчина, кретин чертов! Это дело касается нас двоих. Мог бы просто набить мне морду. При чем тут Лионелла?

– Набить морду? – заинтересованно спросил Вениамин. – Это даже интересно. – Он подошел и сильно ударил Вадима по лицу. Затем еще раз и еще.

Лионелла вскрикнула:

– Прекратите! Вы делаете ему больно.

– Он тоже сделал мне больно, – ответил Вениамин, отходя от ее мужа.

– Сволочь! – Вадим сплюнул слюну пополам с кровью. – Придумал новые правила игры? Решил таким образом состояться? Тебя все равно найдут, сразу поймут, кто мог к нам залезть.

– Разве не ты первый изменил эти правила? Или ты считал, что будет правильно, если будешь вести себя как паскудник, а твоя жена останется в неведении.

– Вадим, что происходит? – Лионелла ничего не понимала.

– Не обращай внимания. Он – сумасшедший сукин сын!

– Нет, – ответил Вениамин, – я не сумасшедший. И ты об этом прекрасно знаешь. Скажите, Лионелла, вы не спрашивали у него, почему он продал участок рядом с нашей дачей и съехал из нашего дома?

Она молчала, уже понимая, что, очевидно, не все знала о своем муже.

– Почему вдруг он не захотел жить рядом с нами ни в доме, ни на даче? – продолжал спрашивать страшный гость.

– Мы нашли более просторную квартиру, – ответила Лионелла, – а на этом участке мы строим... я не совсем понимаю, какое отношение имеют ваши вопросы к вашему поведению, – вдруг взорвалась она, увидев, как муж презрительно скривил губы. – Что происходит? Почему вы ворвались в наш дом, избили и связали нас? Что мы вам сделали? Вы обиделись на то, что мы от вас переехали?

– Да, очень обиделся, – усмехнулся Вениамин. – Не спал ночами только из-за того, что больше никогда не увижу наглую физиономию вашего мужа. Только пусть он сам объяснит вам причину переезда.

– Вадим, почему ты молчишь? – обратилась к мужу Лионелла и, не дождавшись ответа, обратилась к гостю: – Вениамин Борисович, вы же интеллигентный человек, ученый, директор института. Как вы можете себя так вести? Ворваться в наш дом, схватить меня за волосы, ударить Вадима...

– Вы помните, как шесть лет назад мы вместе встречали Новый год? – вместо ответа спросил Вениамин.

– Конечно, помню. Вы так неожиданно пропали. Вадим сказал, что вы себя плохо почувствовали. Бедная Катя так переживала и тоже уехала с вами.

– Не со мной. Она поехала домой к своим родителям. С того дня мы разошлись навсегда. Можно сказать, что ваш супруг просто сломал мою будущую семейную жизнь.

– Хватит, – поморщился Вадим, – какая семейная жизнь! Ты был обычным импотентом, у которого ничего не получалось.

Вениамин рванулся с места и снова ударил по ненавистному лицу. Лионелла вскрикнула.

– Это она тебе тоже рассказывала, – прошипел он. – И поэтому ты решил помочь ей; войти, так сказать, в ее положение? Знаете, Лионелла, что он изменял вам с моей Катей? Изменял нагло и все время. Значит, мы с вами – животные из одной пары. С такими большими ветвистыми рогами. Я долго не решался поверить в их измену. А потом лично обнаружил эту «сладкую парочку» в одной из комнат того самого ресторана, куда мы отправились отмечать Новый год. Вы бы видели, как он работал своими ягодицами. Какой ритм, какой такт! Впрочем, вы, наверное, об этом знаете...

По мере того как он говорил, Лионелла расширяющимися от ужаса и стыда глазами смотрела на своего мужа.

– Вадим, ты действительно с ней встречался? – спросила она упавшим голосом.

– Он все врет, – отвел взгляд Вадим.

– И я уехал, не дождавшись встречи Нового года. Поэтому вы так быстро поменяли квартиру? Поэтому мы разошлись с Катей? Подумайте, Лионелла, вы ведь достаточно разумная женщина и неплохо знаете своего мужа.

Она уже ничего не спрашивала, очевидно понимая, что все сказанное – правда.

– Вот так и закончилась моя семейная жизнь, – продолжал Вениамин. – Наверное, я был слишком слабым мужчиной для Кати, слишком вялым и слишком заумным. Я ведь не торгую машинами, как ваш муж, не умею перепродавать стройматериалы и продукты. Я всего лишь хлюпик-интеллигент, работающий в институте. И поэтому мне можно наставить большие рога, забрать мою женщину в разгар торжества и пользовать ее, даже не снимая с нее нового платья, которое я подарил ей на Рождество.

В глазах Лионеллы появились слезы. Вадим подавленно молчал.

– А теперь он еще говорит, что я импотент, – все больше и больше возбуждался Вениамин. – Он ведь наверняка еще и насмехался над моим физическим состоянием, ликовал, чувствуя свое превосходство. Не в интеллекте, конечно, – он за всю жизнь не прочел столько книг, сколько я читаю за неделю, – не в уме, а именно в таланте делать деньги, обманывать клиентов, уводить чужую жену с праздника. Здесь я, конечно, сильно ему уступаю.

– Не нужно больше ничего говорить, – попросил Вадим. – Хватит об этом. Я был очень виноват. Если хочешь, готов попросить у тебя прощения. И у Кати тоже. Я был не прав. Тогда так получилось. Мы все сильно выпили, я себя не контролировал...

– Опять врешь, – покачал головой Вениамин. – Ты спал с ней задолго до Нового года. И когда был трезвым, и когда был пьяным. Ты встречался с ней еще с лета, все время обманывая меня. И обманывая свою жену.

– При чем тут Лионелла! – разозлился Вадим. – Тоже мне, блюститель нравственности нашелся. Был бы нормальным мужиком, я бы попытался тебе объяснить. Если сам ничего не можешь, это не значит, что и остальные должны быть такими же импотентами, как ты.

На этот раз Вениамин не стал бить Вадима. Усмехнувшись, он взглянул на Лионеллу.

– Значит, говоришь, ничего не могу? – Вениамин неожиданно подошел к женщине и снова заклеил ей рот скотчем. Затем начал раздеваться.

– Что ты делаешь? – упавшим голосом спросил Вадим.

– Собираюсь доказать тебе, какой я импотент, – злобно ответил Вениамин. – Будет обидно, если ты умрешь, так ничего и не узнав.

Когда он начал снимать с себя трусы и майку, супруги наконец поняли, что он не шутит. Лионелла испуганно замычала.

– Это наказание, – убежденно говорил Вениамин. – Если меня когда-нибудь найдут и арестуют, в тюрьме я буду героем. Всем расскажу, как наказывают подлецов, которые приходят к тебе домой и щупают твою жену под столом. А потом во время праздника уводят ее в сторону, чтобы воспользоваться моментом. – Он подошел к женщине и разорвал на ней ночную рубашку.

– Не смей! – закричал Вадим. – Не смей этого делать! – Он даже заплакал от бессилия, пытаясь выдернуть руку.

– Иначе мы не будем в расчете, – возразил Вениамин.

Он толкнул Лионеллу на пол. Было видно, что она находится в полуобморочном состоянии. Чувствуя нарастающее возбуждение, Вениамин развязал ей ноги. Вадим сразу понял, что именно сейчас произойдет.

– Не нужно! – снова крикнул он, надеясь, что сумеет остановить безумца.

– Импотент! – закричал Вениамин. – Я тебе покажу, какой я импотент.

Никогда прежде он не набрасывался на женщину с такой яростью и ожесточением. Никогда прежде не входил в женскую плоть с такой энергией и силой. Она забилась, уже теряя сознание от боли и ужаса всего происходившего. А он начал сжимать ее горло, ощущая в себе характерное состояние дикого удовлетворения. У женщины были сломаны шейные позвонки. Кажется, что-то кричал Вадим, но потом замолчал. Вениамин поднялся и посмотрел на него.

– Я тебя убью, – спокойно проговорил Вадим. Очень спокойно, словно ничего не произошло. Он впал в какую-то прострацию.

– Нельзя нарушать библейские заповеди, – нравоучительно сказал Вениамин.

Он стоял раздетый над обнаженным телом убитой и обесчещенной им женщины, и в его устах эти слова звучали кощунственным богохульством.

– Не возжелай жены ближнего своего, – сказал он напоследок, – иначе око за око, зуб за зуб.

Вадим молча смотрел на убитую жену. Вениамин понял, что нужно уходить. В глазах бывшего соседа сквозила такая ненависть, что он готов был зубами разорвать наручники и загрызть своего обидчика. Вениамин достал оружие, но передумал и убрал пистолет. По пулевым ранениям его легко будет вычислить. Уточнить, что это переделанный пистолет, и выйти каким-то образом на него. Рисковать нельзя. Он подошел к Вадиму.

– Лучше убей меня, – процедил тот сквозь зубы. – Иначе я все равно найду тебя и убью.

Вениамин ничего не ответил. Он принес остатки порванной ночной рубашки и долго душил своего бывшего соседа, который все никак не хотел умирать. Затем отстегнул наручники и забрал ключи от машины Вадима. Вениамин знал, что не имеет права оставлять тело женщины в этом доме, иначе его довольно быстро смогут найти. Поэтому он завернул тело в одеяло, поднял его и отнес в машину. Вернулся, осмотрел место убийства и снова пошел к машине. О деньгах, оставленных в тумбочке, о которых говорил ему Вадим, он даже забыл.

Вениамин отъехал от города на триста километров, прежде чем нашел подходящее место, где и закопал тело женщины. Возвращаясь обратно, он столкнул машину с обрыва и долго наблюдал, как она падает, переворачиваясь и теряя детали. Но, свалившись вниз, она не взорвалась и не загорелась. Это было обидно, но спускаться и поджигать машину времени не было. Домой Вениамин вернулся на электричке. Чувствовал он себя гораздо лучше. И не только потому, что все получилось так, как он хотел. Он действительно считал, что воздал по заслугам Вадиму, который сломал его жизнь и увел его женщину. А Лионелла пострадала из-за того, что была женой этого подлеца.

Убийство Вадима всколыхнуло весь дачный поселок. Многие знали о его похождениях. Некоторые даже уверяли, что это его жена не выдержала частых измен и задушила своего мужа, решив уйти от него навсегда. Во всяком случае, в тумбочке нашли больше ста тысяч рублей, и стало понятно, что хозяина дома убили не грабители и не воры, случайно забравшиеся на дачу. Лионеллу Билык объявили в общесоюзный розыск, и ее фотографии появились во всех райотделах области.