Рассказы

Абдуллаев Чингиз Акифович

Казанова 2000

 

Сегодня у меня свидание с Лейлой. Завтра с Делярой. Послезавтра… С кем я должен встречаться послезавтра?  Кажется с Афой. Нет. С ней у меня встреча на следующей неделе.   Значит, послезавтра я свободен. Какое упущение. Как я мог не заметить, что этот день у меня выпадает из графика.   Нужно что-нибудь придумать.

Я достаю свою записную книжку. У меня в ней около тысячи имен и телефонов. Можете себе представить, что девяносто процентов из них мои знакомые женщины.      Они меня просто обожают.    Я ведь известный стилист и журналист, фотография которого так часто мелькает на страницах модных журналов.   О моих похождениях говорит весь город. Поэтому мне охотно дают интервью и мужчины, и женщины.          Всем интересен мой имидж.        Зарабатываю я неплохо и могу позволить себе появляться каждый день в лучших ресторанах города с разными женщинами. Среди них актрисы, топ-модели, журналистки, поэтессы, художницы. В общем богема нашего города. И чем чаще я появляюсь с каждой из них, тем более невероятные истории обо мне рассказывают.

Никто не может знать, что у меня есть фирменные трюки, которые я так часто проделываю. Сегодня я ужинаю с Лейлой, с которой мы появимся в самом известном ресторане города.    У Лейлы безупречная фигура, она топ-модель и в ресторане все обращают на неё внимание. И разумеется на её спутника.   Нужно будет увидеться с ней ещё несколько раз, желательно в людных местах, чтобы привлечь внимание большого количества людей, которые не сомневаются в наших интимных отношениях, глядя на наши дружеские поцелуи. У Лейлы с её фигурой и внешностью нет проблем с мужчинами. Наоборот, они стаями крутятся вокруг неё.       Она уверена, что я с моей «репутацией» один из таких «охотников». И наш дружеский ужин, после которого я провожаю её домой, вызывает у неё умиление и уважение. Я единственный из окружающих её мужчин, который не тянет её сразу в постель.    Это придает мне налет некой загадочности и шарма. Она может предложить даже подняться к ней, но я целомудренно пообещаю сделать это в следующий раз. Нужно видеть её распахнутые от удивления глаза. Она оставит свой телефон и уйдет не без некоторого сожаления.     А потом будет рассказывать своим подругам, что я самый романтический мужчина в её жизни.

Но завтра с Делярой придется ехать ко мне домой, сразу после ужина. Там я поставлю музыку,   будет приглушенный свет, холодное шампанское.  Мы будем целоваться на брудершафт и говорить о концептуальном искусстве постмодернистов.  Деляра довольно популярный литературный критик и считает себя интеллектуалкой.         В решающий момент, когда она будет уже почти раздета, сжимая меня в своих крепких объятиях, позвонит мой сосед с верхнего этажа, который сообщит, что у него прорвало трубу и сейчас приедут сантехники, осматривать и мою ванную.      Вы уже догадались, что о звонке мы договорились заранее.   Мне придется попросить Деляру срочно уехать. Она интеллектуалка и всё поймет без лишних слов. И тоже оставит свой номер телефона на прощание. Но зато, приехав домой, она расскажет по секрету двум-трем подругам о том, какой пылкий вечер она провела в компании со мной. Каким страстным любовником я был. Разумеется все её подруги получат строгий наказ никому и ничего не рассказывать. Но разве можно требовать подобного от женщин?  Уже через три дня весь город будет знать, что у нас происходят романтические встречи. Ещё через несколько дней я пошлю Деляре букет цветов прямо на работу.    Можете себе представить какие истории будут рассказывать после этого?         А этот букет станет предметом её обожания, она наверняка даже засушит цветы, чтобы оставить их как память о нашей встрече.

На следующей неделе у меня встреча с Афой.  Здесь тоже нельзя ошибаться.  Афа большая умница, она модный дизайнер, под её руководством работает целое ателье.        У неё масса знакомых. Как и все умные женщины она очень некрасива, но считает себя обворожительной и сексуальной. Я пытаюсь не разубеждать её в этом мнении. Наоборот. Я буду незаметно дотрагиваться до её руки, позволю отдавить мне ногу под столом,         буду отвечать томным взглядом на её вызывающие и агрессивные намеки.                 Такую женщину нельзя пускать домой, она не уйдет из-за сантехника. Возможное присутствие постороннего её только возбуждает. Поэтому здесь нужно разыграть небольшой спектакль, когда я предложу ей поехать ко мне, меня неожиданно отзовет водитель, который сообщит о срочном звонке из дома. Сделав печальное лицо я сообщу Афе о тяжелой приступе у моего отца и невозможности продолжать наш вечер. Подобные женщины обычно бывают сентиментальны. И мои сыновьи чувства вызовут в ней почти материнскую любовь. Она будет долго и крепко сжимать мою ладонь, диктуя на прощание свой номер телефона.

Трюк безотказный, но его нельзя проделывать слишком часто. Иначе о "тяжелой болезни" моего папы узнают все остальные. А Афа, вернувшись домой, будет рассказывать подругам какой чувственный и тонкий человек ей попался. И будет долго ждать моего звонка, месяцев пять или шесть, пока не разочаруется во мне окончательно и не найдет новый объект для обожания.

Вот так я и живу, пытаясь соответствовать «имиджу» модного стилиста и журналиста. У нас небольшой город, только на два или три миллиона человек, в котором все знают друг о друге. И весь город знает, что я новый Казанова двадцать первого века, которого так любят женщины и который так наслаждается этой любовью. Только никто даже не догадывается, что у меня не может быть детей и я не способен на встречу с женщинами. Они меня вообще не интересуют. Таким я родился. Но это ведь не самое важное. Главное имидж, который у меня есть. Десятки женщин могут клятвенно подтвердить, что я самый лучший любовник на свете. А это в нашей профессии журналиста самое главное.