Рандеву с Валтасаром

Абдуллаев Чингиз

МОСКВА. 20 ИЮНЯ

 

В этот день все шло, как обычно. Утренняя почта, встреча с начальником управления, с которым он обсуждал дела, не имевшие отношения к Дронго. В одиннадцать тридцать позвонил сам генерал Городцов. Он имел неприятную манеру говорить в несколько развязном и вместе с тем слегка снисходительном тоне, с каким обычно говорили профессионалы с дилетантами, случайно попавшими в Федеральную службу безопасности Городцов работал в органах КГБ-ФСБ всю свою сознательную жизнь, пройдя путь от обычного сотрудника-лейтенанта до первого заместителя директора и генерал-полковника. Потапов, оказавшийся в контрразведке во многом благодаря случайности несколько лет назад, все еще считался не совсем своим, хотя пересидел уже нескольких директоров и заслужил репутацию человека, твердо знающего, чего именно он хочет.

— Доброе утро, — весело поздоровался Городцов. — Вы не могли бы зайти ко мне прямо сейчас? У нас есть некоторые соображения по поводу кандидатуры, которую вы просили.

— Сейчас приду, — ответил Потапов, поднимаясь с места.

Через несколько минут он был в кабинете Городцова. Там уже находился полковник Баширов. Потапов пожал руку сначала хозяину кабинета, затем полковнику и уселся за длинный стол, куда пересел и Городцов.

— Мы долго перебирали наших офицеров для поездки в «Экспрессе». — сообщил Городцов. — Я понимаю, что это не обычная увеселительная прогулка. Но там нет нашего офицера, хотя ему давно положено там быть.

— От России там присутствует официальный представитель Министерства печати, — сухо доложил Потапов. — кроме того, мы задействовали эксперта-аналитика с мировым именем. Нам казалось, что этого вполне достаточно. Учитывая, что на территории России все участники проекта будут под нашим непосредственным контролем.

— Этого явно недостаточно, — усмехнулся Городцов. Усмешка была неприятной. Он как бы давал понять: что возьмешь с этого дилетанта, случайно оказавшегося в контрразведке.

— Почему недостаточно? — возразил Потапов. — Мы несколько раз обращались к этому эксперту. Он действует очень эффективно, как настоящий компьютер, умело вычисляет преступников и обычно находит единственно верный вариант. Почему вы полагаете, что на этот раз он должен ошибиться?

— У него не бывает ошибок?

— Конечно, бывают, он живой человек и, как любой из нас, может ошибаться. Но он достаточно грамотен для подобной работы. Кроме того, мы проанализировали сложившуюся ситуацию и пришли к выводу, что появление в данном составе нашего представителя могло бы сказаться на наших отношениях и с Европарламентом, и с ЮНЕСКО. Ведь по правилам «Экспресса» в нем принимают участие только профессиональные писатели и журналисты. Мы не хотели подставляться под новый скандал. От России там присутствует официальный представитель и трое писателей от городов, где пройдет «Экспресс», — от Калининграда Санкт-Петербурга и Москвы.

— Вы же смогли послать Дронго. Значит, можно было послать и нашего офицера.

— У Дронго европейская репутация. Многие его знают или хотя бы о нем слышали. Он иногда пишет на криминальные темы. С офицером возникли бы проблемы.

— Зато теперь мы имеем два убийства. И, судя по бездеятельности Дронго, он находится в полной прострации. Может, он растерялся и вообще не знает, что делать?

— Не думаю, — улыбнулся Потапов, — он редко теряется даже в сложных ситуациях.

— Не считайте его гением, — сухо заметил Городцов, которому, в свою очередь, не понравилась улыбка Потапова. — Я думаю, будет правильно, если туда под видом журналиста поедет один из сотрудников полковника Баширова.

— Мы имели в виду именно этот вариант, — кивнул Потапов, — для нас важно, чтобы это был специалист подобного профиля. Если мы имеем в составе «Экспресса» террориста, то важно заранее его обезвредить или хотя бы попытаться нейтрализовать.

— Кандидатуру Баширов согласует с вами, — предложил Городцов. — и давайте возьмем под совместный контроль движение зтого «Экспресса». В конце концов, мы делаем общее дело и должны заниматься им сообща.

— Да, конечно. Дронго остается в составе «Экспресса»?

— Это как вам удобно. Можете его оставить, можете отозвать. Он всего лишь частный аналитик. Для меня он абсолютно пустая карта, которую я не задействовал бы ни при каких обстоятельствах. У профессионалов свои методы, генерал, — подчеркнул Городцов.

— А Дронго вы не считаете профессионалом? — спросил Потапов, взглянув в глаза своего начальника.

— Нет, не считаю, — достаточно откровенно сказал Городцов. — И вообще не совсем представляю, как можно в делах такого рода прибегать к услугам неизвестных людей. Мне кажется, это неправильное решение. Тем более, что он даже не имеет нашего гражданства. По-моему, это большая ошибка.

— Когда нам нужно, мы вербуем иностранцев или дипломатов, — напомнил, сдерживаясь изо всех сил, Потапов. — А почему для пользы дела мы не можем привлекать специалиста с таким опытом? Кстати, его профессионализм признан и в МОССАД, и в ЦРУ.

— Надеюсь, вы не собираетесь привлекать специалистов из этих организаций? — зло пошутил Городцов. — Не обижайтесь, генерал, но мне кажется, что все эти новшества к добру не приведут. Я привык опираться на наши кадры, на проверенных сотрудников-профессионалов, которые имеют специальную подготовку и знают, как действовать в сложных ситуациях. А частные эксперты пусть дают свои консультации где-нибудь на научных симпозиумах или конференциях. Там, где действуют профессиональные убийцы, им не место. Ваш Дронго просто растерялся и не знает, что делать, — еще раз повторил Городцов.

— У меня есть разрешение руководства использовать его в данном проекте, — твердо сказал Потапов.

— Пожалуйста, — развел руками Городцов, — никто не собирается отнимать у вас этого эксперта. Ему нравится путешествовать по Европе в таком составе? На здоровье. Тем более, что за их путешествие платят европейские структуры. Но наш человек должен был появиться в этом «Экспрессе» гораздо раньше. Хотя и сейчас еще не поздно. Неужели вы не знаете; что в составе «Экспресса» находятся представители других спецслужб? Неужели вы не знаете, какой пристальный интерес к поездке проявляет английская разведка? И появление Джеймса Планнинга было не случайным. Это вы хотя бы понимаете?

— Именно поэтому мы не стали менять Дронго, — возразил Потапов. — Англичане знают, что он не работает на нашу службу.

— Англичане похитили его помощника и выжали из этого больного человека все, что возможно, — насмешливо заметил Городцов, — я читал ваши отчеты. По-моему, вы переоценили этого эксперта. Может, он умеет находить убийцу по оставленному волосу, — пошутил Городцов, — но это не тот случай. Состав прибудет в Польшу через два дня, и мы уже не можем ждать. Я думаю, вы не будете возражать против нашей кандидатуры.

— Нет, — сказал Потапов, — конечно, нет. Когда этот человек полетит в Германию?

— Завтра, — сказал Городцов, взглянув на полковника, — Баширов познакомит вас с его личным делом. Думаю, что вместе мы быстрее добьемся успеха.

Когда Потапов ушел, Городцов молчал целую минуту. Затем посмотрел на Баширова.

— Он действительно такой хороший эксперт?

— Лучший, — ответил Баширов. — Хоромину с ним будет очень сложно.

— Если Хоромин не справится… — Городцов молчал еще секунд десять и наконец сказал: — Будем принимать кардинальное решение. Не обязательно, чтобы этот эксперт появился в Москве. Он может выпасть из вагона на следующем переезде. Если, конечно, начнет проявлять ненужную активность. Учтите, полковник, что от того, как мы проведем эту операцию, зависит и ваше будущее в том числе.

— Я об этом помню, — ответил Баширов, поднимаясь со стула. Завтра Хоромин вылетит в Ганновер. Я дам ему соответствующие указания.