Полное каре

Абдуллаев Чингиз Акифович

Глава 8

 

Перерыв объявили ровно в полночь. Игроки поднялись, разминая затекшие суставы. У дверей Омара Халида уже ждали двое телохранителей с телефонами в руках. Очевидно, это были неотложные звонки. В соседнюю комнату подали чай, кофе, соки. Константин Романишин попросил принести ему коньяк, Тарджуманян предпочел шампанское.

Женщины тоже поднялись со своих мест.

– Пока ничего интересного, – призналась Лидия, – я тут просидела три часа и ничего особенного не увидела. Они все осторожничают, не хотят выкладываться до конца. Даже не хочется больше здесь оставаться. Лучше я приду завтра, – сказала она на прощание.

– Я тоже думаю уйти, – призналась Алина, – сегодня первый день, и они все пока еще не хотят раскрываться. Это и понятно, муж говорил мне, что самые интересные схватки будут в третий день, когда им нужно будет выкладываться до конца.

– Можно я останусь? – попросил Дронго. – Мне интересно наблюдать за игроками.

– Если хотите, можете остаться, – с некоторой обидой в голосе сказала Алина, – я думала, что вы пойдете с нами на ужин.

– Очевидно, во мне разбудили дремавшего игрока, – признался Дронго.

– Очень жаль. Прежним вы мне нравились больше. Возьмите пропуск. Вы можете ходить с ним на игру все три дня, – протянула пропуск Алина.

– Спасибо, – кивнул Дронго, принимая пропуск.

– Вот так всегда, – усмехнулась Лидия, – встречаешь такого роскошного мужчину, столько костей и мяса, такой рост и плечи. А потом оказывается, что он либо игрок, либо импотент. И приходится ужинать с подругой.

– Очень сожалею, – пробормотал Дронго.

– Вы тоже живете в нашем отеле? – уточнила Лидия.

– Нет, в «Метрополе». Ваш отель переполнен игроками, в нем трудно отдохнуть. Кроме того, вы только недавно жаловались на свой отель.

– Это верно, – вздохнула Лидия, – но все равно жаль, что вы остаетесь. Нам будет скучно одним.

– Идем, идем, – подхватила ее под руку Алина, – уже поздно, а господин Дронго желает остаться. Разве ты этого не видишь?

Обе женщины заторопились к выходу.

– Вы хотите остаться? – понял Лежен. – Вам так интересно следить за игрой?

– Очень интересно. Даже не столько за игрой, сколько за самими игроками. Это дает много пищи для размышлений.

– Вы психолог? – уточнил Лежен. – Учтите, что если вы экстрасенс или обладаете подобным даром и будете хоть каким-то образом воздействовать на игроков, то вас непременно попросят выйти.

– К сожалению, я не обладаю такими способностями. Я эксперт по вопросам преступности.

– В таком случае вы правы, – улыбнулся Лежен, – вам должно быть действительно интересно наблюдать за этим. Я полагал, что вы близкий знакомый графа Меранже.

– Скорее его супруги. Я был близко знаком с ее дядей.

– Тогда все понятно. Если вы получите рекомендацию графа Меранже на вступление в клуб, то считайте, что вторую рекомендацию готов подписать лично я.

– Спасибо, – поблагодарил его Дронго, – я подумаю над вашим предложением.

Они вышли из игровой комнаты. Некоторые мужчины достали сигареты, чтобы закурить. Дронго обратил внимание на задумчивого Айдара Досынбекова. Если они все рассчитали верно, то Айдар наверняка оказался перед сложной дилеммой. Либо незаметно уходить в пас, не пытаясь сыграть с остальными на равных, либо попытаться поймать свой шанс без своего «счетчика».

Тарджуманян и Романишин достали дорогие сигары, у Маланчука была с собой пачка обычных сигарет. Он пригладил свои вечно лохматые волосы и пошел в туалет. Ниязи Кафаров предпочитал какие-то экзотические легкие сигареты необычного вида – длинные и серые. Остальные не курили. Генрих Херцберг попросил принести ему крепкий кофе без молока. Бибилаури достал телефон, чтобы позвонить. Он увидел Дронго и незаметно кивнул ему, торжествующе улыбаясь. Телефон он держал в правой руке. Он что-то спросил. Очевидно, услышанный ответ его потряс. Он быстро переспросил. Ему снова ответили. Затем, видимо, на другом конце задали вопрос. Он медленно ответил, опустил руку с телефоном. Теперь лицо у него было скорее испуганным и растерянным. Он поискал глазами Дронго и направился прямо к нему.

«Что он делает? – зло подумал Дронго. – Неужели он не понимает, что сейчас не время демонстрировать наши отношения?»

Бибилаури подошел к нему, явно не думая об этом. Остановился перед Дронго и невнятно сказал:

– Он умер.

– Кто умер? – спросил Дронго, все еще не понимая, что происходит.

– Умер. Его убили.

– О ком вы говорите? Подождите, вы звонили Петру Чеботарю?

– Да. Мне ответил следователь. Он спросил, кто звонит. И я сказал ему, что это знакомый Чеботаря. Следователь уточнил, где именно я нахожусь. Отрицать было глупо, у них высветился мой номер телефона, и они легко могли уточнить, где именно я нахожусь. Они сейчас сюда приедут.

– Вы сказали, что находитесь в казино?

– Конечно, сказал. Что мне оставалось делать? Они сейчас сюда приедут. Как вы считаете – они могут меня арестовать?

– Нет, – ответил Дронго, – можете не волноваться. Когда господин Чеботарь покинул игровой зал, вы сидели за игрой. И в течение трех часов вы ни разу не вышли из игры. У вас абсолютное алиби, которое могут подтвердить сразу семь игроков, крупье и четверо зрителей. Это много даже для французской полиции. Хотя здесь, наверно, пока не очень французская. Возможно, приедет местный следователь, если у них есть следователи.

– Вы думаете, что здесь нет следователей? – буркнул Бибилаури.

– Насколько я знаю, в Монако только сорок шесть или сорок восемь полицейских. Вряд ли у них есть свои следователи, прокуроры, судьи и тюрьмы. Поэтому, возможно, сюда вызвали следователя из Ниццы. Что там произошло? Вы спросили, как это произошло?

– Нет, мне только сказали, что его убили. Это я виноват в его смерти. Как вы думаете, кто это мог сделать? Кто-то из наших игроков?

– Они тоже не выходили из комнаты, – напомнил Дронго, – это точно не ваши игроки. Возможно, Чеботаря узнал кто-то из его бывших жертв. Он ведь был известный игрок, и наверняка на его счету немало облапошенных игроков. Возможно, кто-то узнал его и решил отомстить таким жестоким образом.

– Что мне им говорить? Они будут меня расспрашивать, зачем я его позвал?

– Ничего не говорить. Иначе вас сразу отстранят от игры. И еще привлекут к уголовной ответственности за попытку отравления господина Шульмана.

На них уже обращали внимание. Все заметили, как встревожен Тенгиз Бибилаури. И все обратили внимание, что он разговаривает с человеком, который присутствовал на игре в качестве почетного гостя. Лежен мрачно следил за их переговорами.

– А как я объясню им свое общение с Чеботарем?

– Достаточно сказать, что вы были просто знакомы. Это ведь правда. Подробности можно опустить. Скажите, что он проводил вас до игрового зала, а затем ушел, так как ему нельзя было присутствовать на игре, что тоже правда. А затем во время перерыва вы решили ему позвонить.

– Господи, – судорожно вздохнул Бибилаури, – я даже не думал, что его могут убить. Как вы считаете, кто это мог сделать? – уже во второй раз спросил он.

– Я не умею гадать на кофейной гуще, – отрезал Дронго, – и у меня нет никаких фактов о его убийстве. Возможно, вы не так поняли. Следователь говорил с вами по-французски?

– Нет, по-английски.

– Возможно, он неудачно выразился, – предположил Дронго, – в любом случае не паникуйте и будьте спокойны. Вы ничего плохого не сделали и к убийству Чеботаря не имеете никакого отношения. А теперь пройдите к дивану, сядьте и успокойтесь.

Бибилаури прошел к дивану и растерянно опустился на него. Лежен о чем-то говорил с крупье. Он прервал разговор и быстро подошел к Дронго.

– Извините, но я вижу, как нервничает господин Бибилаури. Мы не совсем понимаем, что здесь происходит. Если это имеет какое-то отношение к нашей игре, то по правилам клуба вы обязаны сообщить нам обо всем.

– Я вас понимаю, – кивнул Дронго, – дело в том, что господину Бибилаури только что сообщили об убийстве его знакомого, который был с нами до начала игры и покинул казино часа два назад. Следователь сообщил, что сейчас приедет в казино.

– В Монако произошло убийство! – не поверил мсье Лежен. – Но этого просто не может быть. Вы, очевидно, не совсем понимаете, что вы говорите. На территории нашего государства повсюду установлены видеокамеры, ведется круглосуточное наблюдение за всеми улицами и площадями княжества. У нас уже много лет нет даже уличной преступности, не говоря уже о более серьезных преступлениях. Только мошенники время от времени пытаются прорваться в казино, но мы их успешно разоблачаем.

– Сейчас придет следователь, и вы все выясните, – предложил Дронго, – я только сообщил вам то, что мне сказал господин Бибилаури. Можете уточнить детали у него самого.

Лежен испытующе взглянул на Дронго и, повернувшись, подошел к Бибилаури, сел на диван рядом с ним. Они говорили недолго. Минут через пять в комнату вошли двое незнакомых мужчин. Они сразу направились к сидевшим на диване Лежену и Бибилаури.

– Господин Лежен, – начал по-французски один из вошедших, – позвольте представить вам следователя Эрве Шиброля, прибывшего из Ниццы.

Лежен поднялся, пожал руки обоим мужчинам. Вторым из вошедших мужчин был мсье Франсуа Клодт, один из руководителей местной полиции.

– Чем могу вам помочь, господа? – уточнил Лежен.

– Нам нужен господин Тенгиз Бибилаури, который должен принимать участие в «Большой игре», – сообщил Клодт, – нам сказали, что он находится среди ваших игроков.

– Господин Бибилаури перед вами, – показал на сидевшего рядом игрока мсье Лежен. Бибилаури поднял голову. Все находящиеся в комнате замерли, понимая, что произошло нечто непредвиденное.

Бибилаури медленно поднялся.

– Господин Бибилаури, вы можете пройти с нами в служебное помещение? – спросил Клодт.

– Да, – кивнул Бибилаури, – я готов с вами идти.

Втроем они вышли из комнаты под взглядами остальных игроков. В комнату вошел Омар Халид, столкнувшийся с выходившими мужчинами. Он удивленно посмотрел им вслед.

– Что происходит? – спросил он, обращаясь к крупье.

Тот пожал плечами.

– Вы можете сказать мне, куда увели господина Бибилаури? – уточнил Омар Халид.

– Я ничего не знаю, мсье, – пожал плечами крупье, – вам лучше узнать об этом у господина Лежена.

Омар Халид взглянул на вице-президента клуба.

– Я сам ничего не понимаю, – сказал тот, – извините, я сейчас все уточню.

– Но он будет играть? – спросил премьер-министр.

– Мне пока ничего не известно, – Лежен извинился и быстро вышел.

– Они сорвут нам игру, – недовольно пробормотал Омар Халид.

– Все началось слишком неудачно, – сказал Херцберг. – Сначала этот непонятный приступ у нового игрока, затем появление сотрудников полиции. Может, нам стоит вмешаться. Мы все знаем господина Бибилаури уже не первый год. И если его в чем-то подозревают...

– Господа, нам лучше подождать, пока они вернутся, – попросил крупье.

– Если он не вернется, мы должны продолжать без него, – жестко предложил Айдар Досынбеков.

– Я тоже так считаю, – тут же поддержал его Кафаров.

– Можно найти еще одного игрока, – предложил Романишин, – чтобы мы не задерживались. Пусть вместо выбывшего господина Бибилаури сядет играть сам мсье Лежен.

– Это невозможно, – возразил крупье, – игра уже началась. Мы не можем начать снова. Игру придется продолжить без господина Бибилаури, если он не сможет вернуться.

– Надеюсь, что мы все быстро решим, – вставил Генрих Херцберг.

В этот момент в комнату вошел один из сотрудников казино. Он поискал глазами кого-то и направился к Дронго.

– Вы господин Дронго? – уточнил он.

– Да, это я.

– Вас просят пройти в служебное помещение, – попросил сотрудник казино.

Дронго молча последовал за ним, еще успев услышать вопрос Маланчука:

– А кто такой этот человек, сидевший среди почетных членов клуба?

Они прошли через большой холл, спустились вниз и свернули налево, вошли в служебную комнату. В ней за столом сидел абсолютно раздавленный Тенгиз Бибилаури. Рядом, нависая над ним, стояли Клодт и Шиброль. Клодт был брюнетом, Шиброль – блондином. Оба были выше среднего роста, одинаково подтянутые, крепкого телосложения. У Шиброля поблескивали очки в тонкой оправе, синие глаза, тонкие губы. В углу стоял не менее растерянный мсье Лежен.

– Простите, что мы вас вызвали, – сказал Клодт, – но господин Бибилаури сообщил нам, что среди зрителей находится и эксперт по вопросам преступности, который тоже приехал понаблюдать за игрой.

«Кажется, Бибилаури впервые попал под такой пресс и не сумел даже нормально ответить на их вопросы», – недовольно подумал Дронго.

– Чем могу быть вам полезен, господа? – спросил он.

– Вы были знакомы с Петром Чеботарем?

– Нет. До сегодняшнего дня не был. Я познакомился с ним сегодня, примерно в семь часов вечера. А до этого никогда не знал господина Чеботаря.

– Вы все время были в игровой комнате?

– Да. И никуда оттуда не выходил.

– Вы действительно эксперт по вопросам преступности?

– Меня обычно называют Дронго. Можете сделать запрос в Интерпол, – предложил он.

– Каким образом вы попали в число почетных гостей клуба?

– Я пришел вместе с графиней Меранже, моей давней знакомой. Ее супруг улетел в Париж, завтра утром он вместе с президентом Франции собирается совершить визит в Великобританию, – спокойно сообщил Дронго.

Допрашивающие его сотрудники полиции переглянулись. Упоминание президента Франции явно смутило обоих. Было ясно, что они не станут беспокоить ночью графиню Меранже, чтобы удостовериться в правдивости слов Дронго.

– Если понадобится, я могу подтвердить слова нашего гостя, – вмешался Лежен.

– Не нужно, – ответил Шиброль. У него был мягкий, приятный голос, хотя по-английски он говорил с явным акцентом.

– У вас странная компания, господин Бибилаури, – сказал Шиброль, – погибший господин Чеботарь был профессиональным игроком, насколько нам удалось установить. А господин Дронго – профессиональный эксперт по вопросам преступности. Запрос в Интерпол мы, конечно, сделаем, но сам выбор друзей порождает некоторые сомнения.

– Я имею право сам выбирать себе друзей, – обиделся Бибилаури, – или вы подозреваете меня в убийстве?

– Нет, не подозреваем. Вы не покидали комнаты, где проходила игра. И господин Дронго не выходил из комнаты, поэтому вы двое вне всяких подозрений. Но мы хотели бы знать, кто и почему мог убить господина Чеботаря. Убийца выстрелил в него два раза. И никто не слышал выстрелов. Очевидно, убийца стрелял из пистолета с глушителем. Сейчас должна приехать группа экспертов из Ниццы. Но нас волнует другой вопрос. Перед смертью господин Чеботарь пытался отправить кому-то SMS-сообщение. Он успел набрать несколько слов, очевидно, на каком-то славянском языке, возможно на русском, и послал свое сообщение. Возможно, вы сможете прочитать его.

Он протянул листок Бибилаури. Тот прочел и кивнул головой.

– Здесь написано по-русски: «Мы ошиблись. Нужно будет следить за...» Больше ничего нет, – перевел сообщение на английский язык Бибилаури.

– Кому он это написал?

– Не знаю. Если покажете номер, то, возможно, я узнаю.

– Это итальянский номер, – Шиброль достал другой листок с номером телефона и протянул его Бибилаури.

Тот еще даже не успел взглянуть на номер телефона, когда Дронго понял, кому именно было адресовано это сообщение. Он достал из кармана свой аппарат, быстро включил его. Тенгиз Бибилаури посмотрел на номер телефона, открыл рот и, ничего не сказав, взглянул в сторону Дронго. Невольно все посмотрели на него. Телефон включился, и сразу сработало переданное сообщение. В наступившей тишине прозвучал сигнал телефона. Дронго прочел сообщение и невесело усмехнулся.

– А теперь будьте любезны объяснить, почему «мы ошиблись» и «за кем нужно следить»? – уточнил Шиброль.