Отравленный отпуск

1

Избитая до синяков фраза «сыщик тоже человек» наполнилась для меня свежим содержанием. Мне пообещали не только предоставить отпуск, но и организовать путевку в санаторий. Подобной заботы со стороны любимого начальства я не ощущал даже во времена развитого социализма с человеческим лицом.

Выбросить из головы всяческие расследования, версии, слежки, с головой окунуться в блаженное ничегонеделание, побалдеть на ванных процедурах, заказывать в столовой понравившиеся блюда, потанцевать с податливыми курортными дамочками…

Господи, неужели все это сбудется!

Сомнительно. В самый последний момент выплывет очередное убийство, разобраться в котором сможет только один человек — сыщик Раков. И никто другой! Начальник, стеснительно глядя в сторону, пробурчит: «Придется тебе малость задержаться. Сам понимаешь — ситуация. Посадишь убийцу — ради Бога, получишь и отпуск и путевку.»

Возможность подобного монолога висела надо мной камнем, готовым в любую минуту сораваться с руководящих высот на многострадальную голову рядового сотрудника уголовного розыска.

2

Поезд прижался к перрону, будто гусеница к стволу дерева. Я приехал заранее — терпеть не могу опаздывать и торопиться. Пассажиров ещё маловато, плетутся лениво одиночками и группками.

Крымовых подождал на перроне, в тени. Вместе вошли в вагон.

Купе — прообраз коммунальной квартиры на четыре жильца, где спальные места — отдельные комнатушки, а пространство между ними и столик — места общего пользования.

Из четырех «комнат» три принадлежат одной «семье»: мне и Крымову с женой. Естественно, им я по праву «старшего» предоставил нижние полки, свой чемоданчик забросил на верхнюю. Вторая верхняя пока свободна.

Интересно, кто получил на неё ордер-билет? Не дай Бог женщина! Тогда по закону джентльменства толстому Крымову волей, неволей придется переквалифицироваться в скалолаза. Признаться, вид отфыркивающего приятеля, пытающегося взять приступом верхнюю полку, вызовет лично у меня приступ невероятного веселья.