Оппоненты Европы

Абдуллаев Чингиз Акифович

Глава 18

 

Он увидел, как к нему осторожно подходят сотрудники полиции, и успел спрятать свой пистолет. Оба офицера, осмотревшись, обернулись и прокричали что-то, разрешая кому-то подойти ближе. Были слышны шаги подходившего человека. Это оказался комиссар ван Лерберг. Он вошел в зал, где находился бассейн, недовольно оглядываясь по сторонам. И подошел к Дронго.

– Мы нашли здесь два трупа, – недовольно сказал комиссар. – Может, вы наконец объясните, что именно здесь происходит?

– Один, – поправил его Дронго, – вы нашли только один труп. Второго человека застрелили ваши офицеры.

– Какая разница? – все также недовольно спросил комиссар. – В результате вашей самодеятельности у нас двое убитых.

– Тот, которого убил я, был убийцей турецкого дипломата и журналиста Рамаса Хмайна, – сообщил Дронго, – и он стрелял в нас в итальянском ресторане.

– Это вы узнали до того, как его пристрелить? – поинтересовался ван Лерберг.

– Его оружие у второго убийцы, – пояснил Дронго, – можете взять и проверить. Думаю, что баллистическая экспертиза все подтвердит. Я вам говорю, что это тот самый убийца.

Он не успел договорить, когда увидел бегущего следователя. Тот вбежал к ним, тяжело дыша.

– Как вы могли уйти? – закричал он. – Почему вы так сделали?

Его крик отозвался эхом по всему залу.

– Мы договорились о встрече с мадам Броучек, – пояснил Дронго, – но ее похитили. Прямо из отеля…

– Как это из отеля? – не понял следователь. – Повсюду дежурят сотрудники полиции. Как ее могли похитить из отеля?

– Они представились сотрудниками полиции и вывели ее к своей машине, – сказал Дронго, – потом позвонили мне, когда я уже был в кабине лифта, и предложили спуститься вниз. Там меня уже ждал господин Тейтгат. Мне удалось отнять у него оружие и выстрелить первым. В его карманах лежали два ключа. От собственного четыреста шестого номера и от моего, четыреста двадцатого. Стало ясно, кто именно ждал в моем номере и почему его не успели перехватить в отеле. Он просто пробежал по коридору, возвращаясь в свой номер. А потом появился второй. Мне пришлось спрятаться здесь, но вовремя успели сотрудники полиции, которые его застрелили.

– А где теперь госпожа Броучек? Получается, что вы ее подставили, – ошеломленно сказал следователь, – и почему тогда вы отступили сюда, если у вас было оружие?

– С мадам Броучек все в порядке, – подтвердил Дронго, – когда я застрелил первого из нападавших, я забрал его телефон. Он у меня, вы можете его проверить. Мне перезвонили и договорились, что если я сдам оружие и уйду отсюда, никому и ничего не сообщив, то они отпустят Мадлен Броучек. Я разрядил пистолет и оставил его рядом с убитым. Проверил и уточнил, что они отпустили мадам Броучек. А потом появился второй, который решил меня убить…

– Получается, что они вас обманули, – покачал головой следователь. – И как вы, такой опытный эксперт, могли попасться на такую примитивную уловку. Хотя бы позвонили кому-нибудь из нас. Мы бы вас подстраховали.

– Я думал, что они сдержат слово, – мрачно ответил Дронго.

– Все слишком просто, – нахмурился комиссар, – мне кажется, что вы опять чего-то недоговариваете.

– Вы видели обоих убитых, – показал в другую сторону Дронго. – Что еще вам нужно?

– Мне нужно, чтобы вы все же отсюда уехали, – сквозь зубы процедил комиссар, – вы и так уже доставили нам кучу неприятностей. С вами хочет говорить заместитель генерального прокурора королевства. Чтобы гарантировать вашу встречу, я попрошу двух моих офицеров сопровождать вас до здания прокуратуры, где должна состояться ваша встреча.

– Я не совсем понимаю, почему вы отдали оружие, – опять вставил следователь.

– Проверьте лучше номера и установите, кто звонил погибшему, – протянул телефон Дронго следователю.

– Дайте мне, – предложил комиссар.

Кубергер протянул ему телефон.

– Не забудьте, что через час у нас будет важная встреча, – сказал следователь.

– Не забуду, – пробормотал Дронго, – я готов встретиться с вашим королевским прокурором.

– Он не королевский прокурор, а заместитель генерального прокурора нашего королевства, – поправил его Кубергер.

– Прямо как в сказке. Свое сказочное королевство, волшебный город и целая куча страшных злодеев, – пробормотал Дронго.

– Что вы сказали? – не понял следователь.

– Ничего. Восхищаюсь вашей страной. У вас потрясающе красивый город.

– Пора заканчивать с этим делом, – вмешался комиссар, – оно слишком затянулось. Заодно нужно проверить, кто эти господа, которые сейчас находятся здесь. Насколько я помню, таких типов не было в числе приглашенных.

– Один из них жил в нашем отеле, – возразил Дронго, – мне нужно немного прийти в себя. Разрешите, я поднимусь к себе в номер.

– Вас будут сопровождать мои офицеры, – решил комиссар.

Дронго согласно кивнул, проходя в коридор. Оба офицера пошли следом за ним. Комиссар и следователь о чем-то оживленно переговаривались. В кабине лифта было тихо. Дронго поднялся на четвертый этаж, прошел в свой номер. Оба офицера остались стоять у дверей. Он вошел в номер, достал свой телефон и набрал уже знакомый номер Жильсона. Телефон был отключен. Очевидно, помощник еврокомиссара решил, что так будет правильно. Вполне вероятно, что он пока не знает о том, что произошло внизу, и не подозревает, что у эксперта будет важная встреча с приехавшим прокурором уже через час. А если знает? Если знает, то тогда сделает все, чтобы не допустить этой встречи. Дронго намеренно не стал ничего говорить о встрече с Жильсоном комиссару ван Лербергу и следователю Кубергеру. Он посчитал, что суета, которая возникнет сразу после подобного заявления, только помешает делу. У него были и другие сомнения. Поэтому он посчитал более правильным рассказать обо всем высокому чиновнику, с которым должен был встретиться уже через час.

Но ему нужна будет определенная страховка. Некоторые эпизоды последнего дня ему не очень понравились, хотя фактов было не так много. Поэтому он прошел в ванную комнату, достал телефон и набрал уже знакомый номер, рассказал своему собеседнику о своих сомнениях. И сделал еще один телефонный звонок. Двойная страховка в таком случае не помешает. Затем вернулся в комнату как раз в тот момент, когда к нему вошел комиссар ван Лерберг.

– Мы поедем вместе, – сообщил комиссар, – нас уже ждут в прокуратуре.

– А где господин следователь?

– Он уже поехал на встречу. Будет ждать нас в прокуратуре, – пояснил ван Лерберг.

Дронго согласно кивнул. Вместе с комиссаром они вышли в коридор. Там уже находились два офицера полиции. Один пошел впереди, другой позади них. Они спустились вниз в кабине лифта, куда вошли все вчетвером. У машины комиссара их уже ждал его водитель, молодой человек лет двадцати пяти.

– Поменяйся с Теофилом, – приказал ему комиссар.

Один из сопровождавших их офицеров сел за руль машины. Водитель остался в отеле. Дронго и комиссар уселись на заднее сиденье, и машина медленно отъехала от здания отеля.

– Неужели больше ничего не было? – спросил комиссар. – Или вы не хотите мне рассказывать?

– Некоторые детали я опустил, чтобы не размазывать это дело. Сейчас самое главное – найти того, кто звонил и давал указания убийцам. И узнать, кто за этим стоит. Вы ведь уже поняли, что это был не одинокий маньяк, а целая организация.

– Двое напарников – это еще не организация, – недовольно заявил комиссар.

– Слишком много фактов, – возразил Дронго. – А кто похитил мадам Броучек? Ведь там действовали еще двое неизвестных, которые представились сотрудниками полиции. Значит, у этих убийц есть еще двое сообщников. А может, и еще больше.

– Вы можете назвать их имена? – поинтересовался ван Лерберг.

– Пока нет. Но думаю, что вы сможете их найти. Проверьте номера телефонов, по которым говорил первый погибший. Да и у второго может быть свой телефон. Установите их связи, знакомых, узнайте, каким образом они попали в охраняемый отель. Я думаю, что вы не сомневаетесь в том, что бомбу в зале заложил кто-то из этих «деятелей».

– Посмотрим, – упрямо сказал комиссар, – мы пока ничего не можем сказать. Напрасно вы с таким рвением ввязались в это дело. Вам нужно было уехать сразу после вчерашнего покушения. Это было предупреждение вам, чтобы вы отсюда уехали.

– Я всегда был непонятливым, – сказал Дронго.

– Это заметно. Упрямым и непонятливым, – согласился ван Лерберг, – и именно поэтому вы оказались в центре всех неприятных событий.

– Надеюсь, что сегодня все закончится, – улыбнулся Дронго, – как раз после встречи с вашим прокурором.

– Посмотрим, – сказал комиссар. – Вы не хотите позвонить мадам Броучек и узнать, где именно она находится?

– Зачем? У нее все в порядке.

– Можно проверить, – предложил ван Лерберг.

Дронго достал телефон и набрал номер Мадлен. Она почти сразу ответила:

– Слушаю.

– Где ты находишься?

– У меня все в порядке, – сразу сообщила она, – можешь не волноваться. Мы уже подъезжаем к Шарлеруа, и я сообщила мужу, чтобы он меня здесь встретил. Он уже ждет меня там. Наверное, минут через десять-пятнадцать мы с ним увидимся. А как у тебя дела?

– Все нормально, – успокоил ее Дронго, – сейчас вместе с комиссаром едем на встречу с прокурором.

– Слава богу. Я так волновалась за тебя. Очень беспокоилась, что они используют меня, чтобы заставить тебя сделать что-то недостойное. Хотя я понимаю, что это будет достаточно сложно. Ты человек упрямый…

– Это я притворялся.

– Знаешь, как мне неловко, что все так получилось, – продолжала она, – как-то сумбурно… Я очень надеюсь, что мы сможем с тобой увидеться в ближайшее время.

– Обязательно, – заверил ее Дронго, убирая телефон.

– Все в порядке, – сказал он комиссару, – у нее все в порядке.

– Очень хорошо, – кивнул ван Лерберг. У него зазвонил телефон, и он достал аппарат.

Видимо, ему сообщили какое-то неприятное известие, если он начал багроветь и кричать на своего собеседника на валлонском языке. Затем, закончив кричать, он убрал телефон и взглянул на Дронго.

– Ваши русские друзья устроили скандал в отеле и требуют разрешить им немедленно уехать, – сообщил комиссар, – я даже не представляю, что нам делать. Остановить и задержать их мы не имеем права. Но следователь и наши сотрудники считают, что они могут понадобиться еще во время допросов. Ведь они были свидетелями убийства в вагоне и находились в отеле, когда там взорвали бомбу.

– Но они не имеют никакого отношения к этому взрыву, – сказал Дронго, – мне кажется, что вы напрасно так нервничаете. Теперь уже абсолютно понятно, что эта встреча была не случайной. Но вместе с тем Богдановы не имеют никакого отношения ни к вашей конференции, ни к убийству турецкого дипломата. Они всего лишь оказались не в том месте и не в то время. На самом деле они собирались поговорить с Месудом Саргыном о делах его брата. А убийцы решили, что это был сговор. Более того, в вагоне находилась болгарская пара этнических турок, которые тоже вызвали подозрение у возможных убийц. И моя скромная персона. К сожалению, меня провожал глава ювелирного дома Зингермана, который хорошо известен в вашем королевстве. Ну, и естественно, убийцы занервничали, и участь турецкого дипломата была предрешена.

– Почему вы так считаете? – мрачно поинтересовался комиссар.

– Знаю почти наверняка. Его хотели убрать именно в Брюгге, а потом решили устранить дипломата прямо в вагоне экспресса. И сорвать конференцию, заложив бомбу. Я даже могу сказать, чем именно закончится ваше расследование.

– Интересно, – криво усмехнулся ван Лерберг, – неужели действительно можете сказать?

– Вы найдете виновников взрыва, – сообщил Дронго, – и это будут обязательно курды из Турции, которых обвинят в террористическом акте. Я даже предполагаю, что у них найдут разные взрывчатые материалы и другие доказательства их прямой вины. Хотя уже сейчас могу вам сказать, что они абсолютно ни при чем.

– Вы слишком много узнали, – согласился комиссар, – вы действительно очень толковый эксперт.

Машина свернула в переулок.

– Разве мы едем не в прокуратуру? – уточнил Дронго.

Он почувствовал, как дуло пистолета уперлось ему в бок.

– Не дергайтесь, господин эксперт, – попросил комиссар. Это его оружие давило Дронго в левый бок, – постарайтесь спокойно отдать мне оружие, которое у вас неизвестно каким образом оказалось.

– Как вы узнали? – спросил Дронго.

– Я столько лет работаю в полиции, что давно научился отличать выстрел из американского «кольта» от выстрела из итальянской «беретты», которая спрятана в вашем кармане, – добродушно объяснил комиссар, – и мне было понятно, что только таким образом вы могли справиться с вооруженным убийцей. И поэтому так спокойно ждали, когда подойдет второй убийца. Вы были вооружены и не волновались, понимая, что успеете выстрелить первым.

– Это неправда, – хмуро возразил Дронго. – Я действительно волновался. Не хотел стрелять первым и убивать второго.

– Отдайте пистолет, – потребовал комиссар, – только без глупостей.

Дронго достал пистолет и протянул его водителю, который спрятал пистолет в бардачке своей машины, закрывая его на ключ.

– Думаю, вы понимаете, что мы легко докажем вашу причастность к убийству господина Тейтгата. Там был выстрел именно из этого пистолета.

– В таком случае вы должны понимать, что это была самооборона.

– Два трупа, господин эксперт, – хладнокровно напомнил ван Лерберг, – это очень много. И еще вы забыли рассказать о третьем человеке, который там тоже был.

– Был, – согласился Дронго, – третьим был помощник еврокомиссара господин Жильсон. Он и координировал действия обоих убийц. Я думаю, что именно его номер телефона записан на том аппарате, который вы у меня забрали.

– Приехали, – напомнил полицейский, заменивший водителя, также доставая свое оружие.

– Выходите, – приказал комиссар, толкая Дронго в бок, – если бы вы только знали, сколько неприятностей вы всем нам доставили.

Дронго вышел из салона машины. Комиссар полиции и его сотрудник вышли следом. У обоих в руках были пистолеты.

– Входите в дом, – приказал ван Лерберг.

Дронго усмехнулся и прошел к дому. Дверь почти сразу открылась. На пороге стоял уже знакомый высокий человек. Он неприятно усмехнулся.

– Все-таки мы снова встретились, господин эксперт. Я даже не мог представить себе, что вы такой живучий.

Это был Жильсон, который посторонился, пропуская их в дом.