Океан ненависти

Абдуллаев Чингиз

Глава 18

 

Они со страхом смотрели на Дронго, который казался им посланцем дьявола, умевшим читать мысли людей.

— Вы говорите, что это не она? — переспросил Молчанов. — Тогда почему вы?.. Что вы сказали комиссару? Что вы вообще хотели сказать? Кто был убийца?

Дронго встал. В салоне бизнес-класса, кроме них, был еще один молодой человек, он спал в первом ряду.

— Я специально изложил комиссару несколько другую версию, чтобы вас всех выпустили из Турции, — сказал Дронго. — Я считал, что задерживать вас в Стамбуле неправильно. Поэтому не стал говорить комиссару, что Кира была левшой.

— Значит, не Кира убивала ребят? — не поверила Инна. — О чем вы? Кто тогда был убийцей?

— Эти преступления действительно были загадочны и печальны, — продолжил Дронго. — С самого начала я был вовлечен в происходящее в качестве невольного свидетеля. Который ошибался сам и сбивал с нравильного пути комиссара. Вспомните, как развивались события того дня. Сначала Кира затеяла разговор с девушками о том, что из себя представляют оба брата, и особенно Виктор. Она и Света громко доказывали, что Виктор дерьмо. Но, как мне показалось, говорили не столько для Инны, сколько для плавающей в стороне Юли, которая сказала, что все это ее не касается.

А потом одна из вас в разговоре с комиссаром назвала Виктора мерзавцем. Но больше всего меня удивила фраза Инны, которая в ответ на приставание Юрия вдруг заметила, что ему должно быть достаточно и Юли. В такой момент обычно говорят то, что имеет очень точный подтекст. Эти как бы произвольно вырвавшиеся слова точно передали положение Юлии.

Позже я узнал, что вначале она встречалась со старшим братом, а потом решила встречаться с младшим. Но все в один голос говорили, что младший брат — абсолютное ничтожество по сравнению со старшим. Причем сходного мнения была, видимо, и сама Юля: даже узнав, что Юрий тяжело ранен, но не убит, она не сделала ни единой попытки с ним встретиться, что было удивительно для любящей женщины.

Юля, сидевшая рядом с Инной, закрыла глаза, но ничего не говорила.

— Очевидно, между братьями и Юлией произошла какая-то темная, страшная история. На нечто похожее мне намекала Инна, когда говорила, что Виктор любит всякие извращения и разного рода групповые забавы. Но у Киры были свои планы, и в какой-то момент ей удалось уговорить Юлию сделать выбор.

Света с ужасом смотрела на всех, ожидая продолжения рассказа.

— В тот день меня очень смутила яркая сине-красная шапочка Юлии. Однако меня удивило и другое. Несмотря на хорошую погоду, они с Кирой отправились в закрытый бассейн, и Юля все время, пока не вернулась Кира, просидела в кресле. Но теперь я знаю, что Юлии там не было. Вместо нее в кресле сидела Кира, у которой была похожая фигура, хотя и не настолько, чтобы она вставала и демонстрировала ее. А Юлия, надевшая купальный костюм Киры, пробралась в номер Виктора.

Инна взглянула на Юлию, но она была спокойна.

— Конечно, Олег, вы правы. Левша не могла нанести такой удар. Это могла сделать только бывшая спортсменка Юлия. Она и ударила своего обидчика, не забыв вытереть нож и забрать деньги, как ее учила Кира, чтобы все подумали об ограблении.

Но Юрий начал подозревать обеих женщин, правильно рассудив, что никто другой не мог знать о деньгах, которые могли быть только у Киры. Он и забрал ключи, чтобы найти деньги и доказать причастность Киры к убийству его брата. Но в этот момент в номер вошла Юлия, которая могла спокойно взять его пистолет. Она его и застрелила, после чего вышла из комнаты. Однако Кира не могла так все оставить. Она перенесла тело на балкон, поднялась наверх и, выстрелив вниз, что несколько изменило звук, бросила пистолет на балкон, создав таким образом алиби для обеих женщин.

Но когда Кира узнала, что Юрий может остаться жив, она поняла, что все теряет. Юлия просто ненавидела братьев. Но у Киры был строгий расчет. И тогда она решает отравить свою подругу, которую может узнать раненый Юрий. Она кладет яд в стакан, подбрасывает деньги настоящему убийце, то есть Юлии. Но в последний момент, по воле бога или рока, Инна двигает к себе столик, а помогавшая ей Юля меняет углы и, сама того не подозревая, спасает себя от верной смерти.

Разумеется, я сразу понял, что Кира не могла нанести столь сильный удар. Я видел сцену у сауны, когда вернувшаяся Юлия позвала Киру, и та, одетая в ее купальный костюм и шапочку, снова прошла в сауну, где они и обменялись одеждой. Поэтому им и пришлось использовать для мокрого купальника корзину с чистым бельем. Вот вам и вся загадка этого преступления.

Все посмотрели на Юлию. Она сидела, глядя перед собой. В отличие от того, как она в гостиной потеряла сознание, теперь женщина была очень спокойна.

— Они были ублюдками, — убежденно сказала Юлия, — настоящей мразью. Виктору я надоела, и он решил развлечься, устроив мне… в общем, их было двое. Он и его брат. Я поэтому и приехала вместе с Юрием сюда, чтобы им отомстить. Убить, разорвать этих котов своими руками. И я очень довольна, что мне это удалось. Вы слышите меня, я очень довольна, что своими руками удавила двух мерзавцев.

Все ошеломленно молчали.

— Он прав, Юля? — тихо спросил Олег. — Все так было, как он рассказал?

Инна отшатнулась от Юлии.

— Да, — ответила женщина, — все так и было. Только я не хотела убивать Виктора сразу. Хотела с ним поговорить. А он уже был выпивши. Как увидел меня в своем номере, так и стал в постель тянуть, вспомнил прошлое. Ему одной Инны было мало. Вот тогда я и решила, что он жить не должен.

— А с Юрой?

Юлия расстегнула блузку, сорвала с себя лифчик, показывая свою грудь. На ней были темные багровые пятна.

— Он сразу догадался, что ударить ножом могла только я. И избил меня в ту ночь, требуя все рассказать. Но я ничего не сказала. Тогда он решил найти деньги И взял ключи, чтобы поискать у Киры. Я видела, как он туда шел. Я взяла его пистолет.. Дверь в номер была открыта. Я вошла туда и сразу выстрелила. А потом бросила пистолет. Ни о чем больше думать не хотелось. Но Кира настояла на том, чтобы туда вернуться. Я не смогла, и тогда она пошла сама.

— Юля, — тихо сказала Инна, — ты меня прости. Я ведь ничего не знала. Я ничего не знала.

Она громко заплакала. За ней заплакала и Света. Последней разрыдалась Юлия. Появившаяся стюардесса ничего не понимала. Мужчины сидели мрачные.

— А почему вы не рассказали всю правду комиссару? — спросил Рауф. — Он мог бы вас понять.

— Возможно, — кивнул Дронго, — а возможно, и нет. Там свое патриархальное общество. Вряд ли Юля набралась бы храбрости рассказать обо всем чужому человеку. Синяки к моменту, когда состоится суд, наверняка бы прошли. А говорить о том, что ее бил бывший друг или его брат… Для состава суда это был бы не очень убедительный аргумент. За это нельзя убивать двух мужчин. Здесь вам не феминистский Запад, где ее могли бы оправдать. Здесь ее ждало бы пожизненное заключение.

— А вы альтруист, — угрюмо сказал Олег.

— Нет, — возразил Дронго, — просто я вспомнил еще о ребенке Юлии. У нее погиб муж, и она одна воспитывает ребенка. Может, это действительно альтруизм, но я обязан был помнить и о нем.

В салоне наступило молчание.

— Вы правильно поступили, — горячо сказал Рауф, — вы оказались умнее нас всех. Умнее и благороднее.

Инна взглянула сквозь слезы на Дронго, кивая ему. Юлия тоже посмотрела на него. Но в глазах была пустота, словно океан был осушен, его больше не существовало. Дронго отвернулся, чтобы не смотреть в ее глаза.

Через два часа, когда самолет пошел на посадку, Юлия вдруг встала и, подойдя к Дронго, тихо сказала:

— Спасибо.

И больше они не произнесли ни слова. Пока не вышли из самолета. А в аэропорту Юлию встречал ее сын, приехавший туда с тетей. Обнимая сына, молодая женщина взглянула на Дронго и разрыдалась. Он прошел мимо, подмигнув мальчику, который смотрел на него и не понимал, почему мама так горько плачет.