Океан ненависти

Абдуллаев Чингиз

Глава 10

 

Получив приказ комиссара, помощник вышел из комнаты, и мужчины остались втроем.

— Кто все-таки, по-вашему, совершил это убийство? — спросил российский дипломат. — Я так ничего и не понял.

Разговор шел на турецком, чтобы его понимал и комиссар.

— Пока не знаем, — пожал плечами Дронго. — Вчера вечером произошла крупная ссора между убитым и его компаньоном. У компаньона до настоящего времени нет алиби. Поэтому они его и подозревают.

— А у всех остальных алиби есть? — дернулся дипломат.

— Не у всех, — признался Дронго. — После того как ужин закончился, они вышли к бассейну впятером. Моя вилла как раз находится напротив этих бассейнов. Двоих я все время видел перед собой, но остальные изредка куда-то отлучались. Мы допросили некоторых из них. Пока алиби нет только у троих: у подруги убитого Инны, его компаньона Рауфа и молодой женщины по имени Кира. У остальных есть. У некоторых не столь абсолютное, но все же есть.

— Я не имел в виду членов группы, — возмущенно заметил дипломат, — я говорил о других туристах. Здесь несколько сот человек, столько служащих, работников. Почему вы не подозреваете никого из них? Почему убийство должны были совершить обязательно члены российской группы? Откуда такая предвзятость, комиссар? — возмущенно закончил он.

Фикрет Явуз покачал головой. Как плохо работать в подобных условиях. Кажется, его пенсия действительно будет на грани минимума, установленного в таких случаях.

— Я вам отвечу, — сказал комиссар. — Во-первых, ваш гражданин был убит своим ножом, о котором знали только члены его группы. Они покупали его вместе в Стамбуле, и посторонний человек мог принять его за обычный сувенирный нож. Во-вторых, в номере после убийства осталось, однако, около пятидесяти тысяч долларов. И еще драгоценности. Как вы думаете, если это был обычный грабитель, почему он не взял деньги и ценности?

Дипломат ошеломленно молчал. Потом нерешительно сказал:

— Извините. Я всего этого не знал.

В комнату вошел менеджер. На нем была цветная жилетка и светлые брюки. За ним вошел помощник комиссара.

— Я уже велел всех вызвать сюда, — сообщил менеджер. — Они живут в городе, и наш автобус поехал за ними.

— Прекрасно, — кивнул комиссар, — теперь я понимаю, почему все стремятся на ваш курорт. У вас прекрасная реакция.

Менеджер улыбнулся:

— Я распорядился принести сюда чай и кофе, господин комиссар. Если вам понадобится еще что-нибудь, мой секретарь вам все обеспечит. Он вышел из комнаты.

— Кто у нас еще в списке главных свидетелей? — спросил комиссар. — Вы все время говорите об одной девушке, которую вы не могли видеть со своего балкона.

— Да, — сказал Дронго, — одна из двух оставшихся в бассейне женщин. Я не мог ее видеть, так как она довольно долгое время была в сауне.

— Как ее зовут? — оживился комиссар.

— Кажется, Кира. Фамилию я не знаю.

— Распорядитесь, — приказал комиссар помощнику, — пусть ее пригласят следующей.

Через пять минут в комнате появилась Кира. Она была одета в светлый брючный костюм и, несмотря на внешне независимый вид, очень нервничала. Это было видно и по ее манере держаться, и по дергающемуся лицу. Она села на стул напротив комиссара, пытаясь унять дрожащие руки. Ее миниатюрное личико было плохо накрашено, очевидно, ее позвали прямо из номера.

— Почему вы так нервничаете? — спросил Дронго.

— Как будто вы не знаете, что случилось, — выдохнула она, — такой ужас. Убили Виктора.

— Вы его хорошо знали? — спросил комиссар.

— — Не очень.

— Но он был руководителем фирмы, где работал ваш друг.

— О ком вы говорите? — не поняла женщина. — Какой друг?

— Тот человек, с которым вы сюда приехали. Кажется, его зовут Олег Молчанов, — пояснил Дронго. — Он ведь финансовый директор в компании, которую возглавлял Виктор Кошелев.

— Он мой муж. Мы собираемся расписаться сразу после возвращения, — гордо сообщила Кира. — Я никогда бы не приехала на курорт просто с другом.

— Простите, — улыбнулся Дронго, — это, конечно, важное уточнение. Но тем не менее вы не ответили на вопрос комиссара. Вы хорошо знали Виктора Кошелева?

— Не очень хорошо. И совсем не хотела знать лучше.

— Почему? — спросил комиссар, когда Дронго ему перевел.

— Он был мерзавцем, — безапелляционно произнесла Кира, — и я совсем не жалею, что его убили.

— Это слишком категоричное заявление, — покачал головой Самойлов, — не нужно говорить такие вещи. Вас могут заподозрить в убийстве.

— Меня? — засмеялась Кира. — Никогда! Кто меня может заподозрить? Мне-то зачем было его убивать?

— Вы некоторое время отсутствовали в бассейне? — сказал Дронго уже от самого себя и заметил, как вздрогнула женщина при упоминании бассейна.

— Я была в сауне, — торопливо сказала она.

— Возможно, — согласился Дронго, — но у вас было время, чтобы выйти из сауны, добежать до номера Виктора, убить его и снова вернуться. Из сауны есть выход в отель через детскую комнату и кафетерий.

— Какой бред, — пожала плечами женщина, — для чего мне это было нужно?

Она попыталась достать из сумочки сигареты, и было видно, как дрожат ее руки. Наконец она раскрыла сумочку и, достав пачку, с трудом вытащила сигарету. Потом посмотрела по сторонам.

— У вас нет зажигалки? — спросила она у Дронго.

— Я некурящий, — сухо ответил он.

Самойлов достал зажигалку и подошел к женщине. Она закурила, легким кивком поблагодарив дипломата.

— Ваш будущий муж был финансовым директором у человека, которого вы только что назвали мерзавцем. Может, вы решили таким образом освободить своего мужа от мерзавца? — предположил комиссар.

— Он в личной жизни был мерзавцем, — гневно ответила женщина, — а на работе он как раз был достаточно умным и пробивным типом. Зачем мне было его убивать?

— А кто, по-вашему, мог это сделать?

— Из нашей группы никто, — твердо сказала женщина, — ищите среди служащих. Может, кто-то польстился на его деньги.

— Не подходит, — возразил Дронго. — После убийства мы нашли все деньги в его сейфе.

— Какие деньги? — быстро спросила Кира. — Доллары?

— Да, конечно. Около пятидесяти тысяч долларов лежали в его личном сейфе. И драгоценности Инны тоже были там.

— А фунты? — вдруг сказала Кира. — Они тоже были в номере?

— Какие фунты? — растерялся Дронго.

— Он собирался отсюда лететь в Англию. У него в номере лежали две пачки денег. Двадцать тысяч английских фунтов. Олег вчера ездил в Стамбул и получил эти деньги в банке.

Комиссар и Дронго переглянулись. Это меняло весь ход расследования. Фунты они не нашли, и теперь вполне можно было выстроить гипотезу об ограблении. Комиссар с ужасом подумал: если такая версия попадет в газеты, курорт можно сразу закрывать. А его уволят за несоответствие занимаемой должности.

— Кто знал об этих деньгах? — закричал он нервно.

— Понятия не имею. Виктор просил держать это в тайне, и Олег все рассказал только мне, объяснив, зачем он едет в Стамбул.

— А брат Виктора знал об этих деньгах?

— Это мне неизвестно. Наверное, знал, Виктор ему доверял.

Комиссар вытер ладонью правой руки вспотевшее лицо. Покачал головой.

— Только этого нам не хватало.

— Я же вам говорил, — победно воскликнул российский дипломат.

— Нужно будет все тщательно обыскать, — предложил Дронго, видя состояние комиссара, — все номера. Все без исключения. Такие деньги не могли положить куда попало.

— Да, да, конечно, — растерянно сказал комиссар.

— У вас еще есть ко мне вопросы? — спросила Кира, наслаждаясь произведенным эффектом.

— Нет, — горько ответил комиссар, — она может идти.

— У меня есть несколько вопросов, — вмешался Дронго. — Как вы считаете, почему Инна не знала о деньгах? Она ведь их даже не видела?

Кира смутилась в очередной раз.

— Не знаю, — сказала она, — может, .просто не обратила внимания.

— Кто еще мог знать про деньги?

Она снова занервничала. Покачала головой:

— Вы уже меня спрашивали. Я же вам сказала, что не знаю.

— До свидания, — перебил ее Дронго. Ему не нравилась эта слишком умная особа, так пытавшаяся скрыть свое волнение.

Молодая женщина поднялась и вышла из комнаты.

— Это меняет все дело, — горько сказал комиссар, — теперь действительно придется подозревать всех туристов. Устроить обыск по всему курорту. Будет скандал на всю Турцию. Сюда больше никто не захочет приехать на отдых. А меня просто вышвырнут из полиции, даже если я и найду убийцу.

Самойлов поднялся следом за женщиной.

— Я считаю, вам нужно еще раз подумать, прежде чем предъявлять обвинения гражданам моей страны, — сухо и официально заявил он. — На вашем курорте убит наш гражданин. И, по-моему, вам следует заняться поисками убийцы, а не мучить членов этой туристической группы, и без того морально пострадавших в результате происшедшего.

«Какой идиот, — разочарованно подумал Дрон-го, — неужели он ничего не понимает?»

— Послушайте, Николай Сергеевич, — с трудом сдерживаясь, сказал Дронго, — вы не хотите понять очевидных вещей. Деньги для убитого привезли только вчера. Привезли из Стамбула. О них не знал никто. Ни один человек, кроме опять-таки членов этой группы. И деньги пропали. Так какой вывод из этого следует?

Самойлов пожал плечами.

— Разбирайтесь без меня. Все документы я потом подпишу, — закончил он и вышел из комнаты.

— Что вы ему сказали? — спросил комиссар.

— Сказал, что об этих новых деньгах могли знать тоже только члены группы.

— Их мог увидеть кто-либо из сотрудников отеля, — предположил комиссар.

— Ну, этого я ему не сказал, — рассмеялся Дронго, — мне просто хотелось поставить его на место. А вы не переживайте так, комиссар. Мы можем все проверить прямо сейчас. Нужно допросить водителя, который отвозил Молчанова в Стамбул. И горничных, которые вчера работали в этом номере. Хотя одна из них вне подозрений. Та, которая закричала, найдя труп. Еще мог быть кто-то из службы обслуживания отеля, например, из химчистки. И посыльный из ресторана. Это не так много, и мы можем достаточно быстро проверить.

— Мне бы вашу энергию, — грустно сказал комиссар. — Мне кажется, я уже выдохся. И теперь меня заставляют бежать после финиша.

— Главное, что вы еще в хорошей форме, комиссар, — пошутил Дронго. — Давайте все-таки допросим мужа этой девицы. Вернее, жениха. Честно говоря, мне она очень не понравилась. И вторую даму, что была с ней. Они единственные, кого мы пока не допросили.

— Пусть позовут Олега Молчанова и подругу брата убитого, — распорядился комиссар и, когда помощник вышел, тихо сказал: — Мне звонили из Стамбула. Если я не найду сегодня убийцу, то завтра будут звонить уже из Анкары. А послезавтра меня просто выбросят из полиции.

— Надеюсь, до этого не дойдет, — успокоил его Дронго.

В комнату вошли помощник комиссара и Олег Молчанов.