Обжигающая любовь

Райан Нэн

Глава 37

 

Главный стражник громко звякнул железной скобой, открывая ворота, чтобы впустить всадников во владения султана. Они отдали честь невидимому правителю, нежившемуся во дворце. Султана охраняли надежные воины.

Час назад во дворец прибыл скороход и через верного слугу Алвана передал Мустафе приятное известие. Поминутно кланяясь и извиняясь, что прервал забавы Мустафы, Алван сообщил, что отряд воинов приближается ко дворцу султана с прекрасной добычей. Им удалось захватить белокурую американку, которую похитил шейх Шариф Азиз Хамид. Примерно через час отряд прибудет во дворец.

— Помоги мне, — приказал султан.

— Хорошо, хозяин, — сказал Алван, делая знак дюжим телохранителям султана.

Двое молодцов с трудом подняли Мустафу с ложа. Алван взял со столика салфетку и смахнул крошки и сахарную пудру со щек и губ своего господина.

— Не желаете ли принять ванну перед встречей со златокудрой американкой?

— Ванну? Мне не нужна никакая ванна, — отрезал Мустафа. — Лучше помоги мне надеть праздничные одежды, шитые золотом. Я должен принарядиться перед встречей с женщиной, которая вот-вот станет самой дорогой моей игрушкой.

Два дворцовых стража втолкнули измученную, изможденную, но все еще не сломленную Тэмпл в одну из дворцовых комнат. Отсюда длинная красная ковровая дорожка, брошенная на белый мраморный пол, вела в приемную султана. Там, сидя в кресле, более походившем на трон, ждал американку Мустафа ибн Хусейн, деспот, с детства привыкший к безропотному подчинению.

Тэмпл протащили по красной дорожке и поставили перед султаном. Взирать на него она могла только снизу вверх.

— Отпустите ее, — велел Мустафа.

Стражники убрали руки и отступили. Тэмпл немедленно огляделась и бросилась к ближайшему выходу. Приспешники султана схватили ее прежде, чем она успела выскочить за порог. Пока ее волокли на прежнее место, в ушах у нее звучал дьявольский смех Мустафы. Глаза султана сияли радостью.

— Подведите ее ко мне поближе, — приказал он.

С заломленными за спину руками Тэмпл принудили подняться по ступенькам вверх к изножью трона, на котором восседал грузный неопрятный мужчина. Султан, улыбаясь, протянул руку, чтобы потрепать ее по щеке. Тэмпл резко повернула голову в сторону. Он довольно цокнул языком.

— Американка — решительная женщина, — сказал он. — Мне нравятся смелые женщины.

— Ты… пошел к черту! — Глаза Тэмпл полыхнули ненавистью.

Он снова зацокал языком от удовольствия.

— Прошу прощения, дорогая, мне неведом твой язык.

Крепко сжимая рукой подбородок пленницы, он постарался просунуть ей большой палец между губ. Тэмпл больно укусила турецкого правителя. Мустафа вскрикнул от боли и неожиданности, затряс укушенным пальцем и прокричал:

— Позвать сюда толмача! А Алван пусть принесет розовой воды!

Двери распахнулись, вошел Алван, бережно держа перед собой золотой сосуд с розовой водой. За ним следовал Джамал.

— Джамал, стой и молчи, пока я не прикажу тебе переводить. А ты, Алван, омой ей лицо, чтобы я мог лицезреть ее красоту.

Алван опустился на колени возле Тэмпл и вымыл ей лицо. Мустафа пристально наблюдал за процедурой. Когда пот, грязь и. песок исчезли и Тэмпл подняла голову, чтобы взглянуть на своего мучителя, Мустафа застыл с открытым ртом, пораженный красотой женщины.

— Конечно же, — прошептал он в восторге, — ты станешь наложницей в моем гареме. Моей любимой наложницей.

Его странным образом возбуждал гневный вид Тэмпл. Улыбаясь, он обратился к Джамалу:

— Должно быть, мою наложницу интересует, каким образом я, Мустафа ибн Хусейн, узнал о ней. Расскажи ей, Джамал! Скажи, я знаю, кто она такая. Покажи ей послание, которое грязный арабский пес приказал передать по проволоке ее семье.

Мустафа устроился на кресле поудобнее и с интересом рассматривал нежданное сокровище, чудом оказавшееся в его руках. Джамал извлек из складок своего халата письмо, которое вынули из рук мертвого Нагиба.

На ломаном английском языке Джамал прочитал Тэмпл послание. Женщина внимательно слушала. Глаза ее были широко раскрыты. Только теперь ока поняла причину своего похищения.

— Можно… я взгляну… пожалуйста?

Джамал перевел вопрос Тэмпл султану. Мустафа кивнул. Стражники отпустили женщину, и Джамал дал ей в руки письмо. Тэмпл всматривалась в строчки письма, и руки ее дрожали все сильнее и сильнее. Почерк Шарифа был ей знаком, она не сомневалась, что писал он. В послании говорилось, что он, шейх Шариф Азиз Хамид, держит ее в тайном месте в Аравийской пустыне. Ей не причинят вреда. Ни прессу, ни общественность не следует посвящать в это дело. Ее доставят в Багдад и освободят в назначенный день, но только в случае, если Дюплесси прекратят поставку оружия турецкому султану и сделают это тотчас же после получения телеграммы.

Тэмпл прочитала послание.

— Семья Дюплесси так и не получила этого сообщения, — поведал Джамал по указанию Мустафы. — Ваши родственники не знают, что вы были похищены. А теперь можно смело утверждать, что никто и никогда не узнает, что с вами произошло.

Тэмпл понимала справедливость его слов. От безысходности у нее заныло сердце. Она попыталась подняться, но ее снова грубо поставили на колени перед Мустафой. Мурашки побежали по ее телу, когда она поймала на себе похотливый взгляд султана. Он ухмыльнулся и облизал полные губы. Потом Мустафа долго и восторженно говорил что-то подданным. Тэмпл не понимала ни слова, но у нее не было никакого сомнения в том, что именно сказал злодей.

— Тебе повезло, — обратился к американке Мустафа. — Если после омовения окажется, что твое тело хотя бы вполовину так же прекрасно, как твое лицо, эту ночь и все последующие ты проведешь в моей постели. — Султан сладострастно провел языком по нижней губе. — Мы постигнем такие тайны плотской любви, о существовании которых этот грязный араб даже не догадывается.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, грязная свинья! Мне становится дурно от одного взгляда на тебя. — Повернувшись к переводчику, Тэмпл распорядилась: — Переводи, Джамал!

Джамал не осмелился. Он сказал:

— Американка жалуется на усталость. Ей бы хотелось отдохнуть.

— Да, да, — закивал головой Мустафа. — Пусть отдохнет немного, а потом приготовьте ее к встрече со мной и приведите ко мне в спальню.

Султан наклонился, чтобы поцеловать Тэмпл, но получил резкий удар такой силы, что эхо разнесло его звук по всему залу.

Слуги и стражники замерли в ожидании жестокого приказания. Присутствующие не удивились бы, если бы Мустафа приказал запороть непокорную до смерти.

Мустафа поморщился, но через минуту губы его растянулись в приторной улыбке. Он предвкушал величайшее наслаждение. Мустафа даже добродушно расхохотался. Отсмеявшись, он с восхищением взглянул на Тэмпл.

— Ах ты, мой цветочек! Какая страсть таится в тебе! Сколько плотских утех ждет нас впереди! Как долго я искал женщину, чей темперамент соответствовал бы ее красоте. Вот и ты! Не волнуйся, моя драгоценность! Едва познав мою любовь, ты тотчас же забудешь этого упрямца шейха Шарифа Азиза Хамида!

Поняв, что султан говорит о Шарифе, Тэмпл пригрозила:

— Шейх примчится во дворец и убьет тебя, грязное животное!