Ночь, которой не было

Поделиться с друзьями:

В юности Николь совершила страшную ошибку, испортившую ей жизнь. Однажды на банкете в своей фирме, решив доказать, что она тоже «современная», Николь напилась для храбрости шампанского и пригласила танцевать незнакомого мужчину. Как получилось, что она поехала к нему домой, и что там было, осталось для нее загадкой.

Спасаясь от позора и насмешек, она уволилась и уехала из Лондона. Прошло восемь лет, и в один прекрасный день, когда из столицы прибыл ее новый начальник, Николь с ужасом узнала в нем того самого мужчину.

Что же теперь будет?

Пенни Джордан

Ночь, которой не было

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Захлопнув дверцу маленького автомобиля, Николь сперва разгладила юбку своего строгого костюма и лишь, затем обеспокоено посмотрела в сторону офиса.

Времени без десяти девять, и на парковке почти не осталось свободных мест — ведь сегодня новый владелец их небольшой строительной компании впервые официально предстанет перед сотрудниками. Когда сделали ошеломившее всех своей неожиданностью объявление о переходе компании в новые руки, Николь была в отпуске, однако коллеги по работе поспешили сообщить ей подробности.

Всем давно было ясно, что Алан Харди после трагически нелепой гибели своего сына потерял всякий интерес к бизнесу, однако никто не ожидал, что он продаст компанию предпринимателю из другого региона, для которого их маленькая провинциальная фирма всего лишь довесок к растущей деловой империи.

Николь ничуть не беспокоилась за свое рабочее место — по крайней мере, все ее в этом убеждали. С тех самых пор, как восемь лет назад вернулась из Лондона, она бессменно работала у Алана в качестве секретаря, успевая также делать объявления по громкоговорящей связи. Николь нравилась эта работа, хотя в последнее время все чаще приходилось самой вносить поправки в поручения, которые давал ей шеф. Некоторых сотрудников фирмы раздражало, что Алан держал в секрете продажу компании, Николь тоже понятия не имела об этом, однако вместо раздражения испытывала только сочувствие к Алану и его жене Мэри.

Смерть сына, погибшего в автокатастрофе, полностью разрушила их жизнь и планы на будущее. Вполне естественно, что Алан отчаялся и потерял интерес к работе.

ГЛАВА ВТОРАЯ

— Ну, разумеется, она меня нисколечко не интересует, прелесть моя… Как только ты могла подумать такое?

Николь замерла. Она сразу узнала голос Джонатана. Шок оттого, что он обратился к кому-то еще «прелесть моя», заговорил этим особенным, ласковым голосом, которым, как она полагала, разговаривал только с ней, — этот шок был настолько силен, что она не в силах была пошевелиться и застыла на месте, держа в руках пачку бумаги для копировального аппарата, за которой ее прислала в кладовку начальница. Николь чувствовала, что не может сдвинуться с места, словно ноги ее приросли к полу.

Джонатан стоял в коридоре, как раз за дверью кладовки. Очевидно, он и понятия не имел, что Николь находится так близко. Но ведь Сьюзен Ходжес прекрасно об этом знала… Не могла не знать, ведь она слышала, как миссис Эллис велела Николь сходить и принести пачку бумаги.

— Ну и что, ведь ты повсюду появляешься с ней! — ответила Сьюзен.

— Только потому, что ты была занята, моя хорошая. Ну, давай, кончай дуться, я говорю тебе чистую правду. Неужели ты действительно вообразила, что меня может заинтересовать такая скучная, бесполая особа, как наша маленькая святоша? Господи помилуй, да ведь она даже целоваться не умеет!.. Не то, что ты!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Николь открыла глаза, с беспокойством оглядывая незнакомую спальню.

Комната оформлена в серо-белых тонах, окно закрыто строгими жалюзи. Она лежит на большой кровати, постельное белье накрахмалено и сияет безупречной белизной, сверху — мягкое шерстяное покрывало в серо-белую полоску… В одну секунду она поняла, что это мужская спальня, и ее охватила паника. Николь с трудом попыталась сесть на кровати и ахнула от нового потрясения, увидев, что на ней остались лишь трусики.

Она понятия не имела, каким образом тут оказалась. Последнее, что она могла припомнить, — это банкет в честь дня рождения отца Джонатана. Там она с кем-то танцевала… С кем же? Тело ее напряглось, и ужасающие воспоминания о событиях прошлого вечера пронзили серый туман, клубившийся в ее мыслях.

Она вспомнила, как пила шампанское и коктейль, как увидела Джонатана со Сьюзи… как увидела

его…

Николь громко застонала и содрогнулась. Господи, что же она натворила?! И что сделал с ней этот незнакомец, с которым она ушла с банкета?

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Мама была отнюдь не единственным человеком, которого распирало любопытство, кто будет новым управляющим.

Придя утром на работу, Николь убедилась, что все сотрудники обсуждают эту тему.

После вчерашнего краткого визита Мэтью Хант должен появиться снова лишь к концу недели, а до тех пор, по крайней мере, неофициально, во главе фирмы останется Алан.

У Николь сложилось такое впечатление, что решение Мэтью Ханта приобрести эту компанию было не слишком обдуманным, скорее импульсивным. Судя по всему, сейчас ему необходимо перетасовать всех работников на других предприятиях, чтобы найти подходящую кандидатуру на роль управляющего, которому можно доверить свое новое приобретение.

Казалось, мысли о новом хозяине прибавили трудолюбия всем сотрудникам маленькой фирмы. Начались разговоры о возможном повышении зарплаты, об улучшении условий работы — ведь теперь они стали частью большой деловой империи. Появились даже слухи о введении премий за добросовестную работу и прочих новшествах.

ГЛАВА ПЯТАЯ

— Все в порядке?

Голос Мэтта прозвучал резко, почти недовольно. Утвердительно отвечая ему, Николь ощутила, как горячая волна румянца заливает лицо.

Он, вероятно, жалеет о том, что пригласил ее поехать с ним. Какую же глупость она совершила! Разве не твердила себе тысячи и тысячи раз, что, если он не узнал ее с самого начала, едва ли узнает вообще, если только она не поведет себя так, что заставит обратить на себя внимание? И вот, пожалуйста, держится, как полная идиотка, и неудивительно, что он уже спрашивает, все ли у нее в порядке.

Айэн Джексон увидел их издалека и зашагал к ним, с вызывающей надменностью глядя прямо на Мэтта. Взгляд, которым он обвел Николь, заставил ее сжаться в комочек, и она поспешно отвела глаза.

Она всегда очень смущалась, а иногда даже чувствовала себя виноватой неизвестно в чем, когда мужчины смотрели на нее с откровенным интересом, словно оценивая, тем более, невыносимо было оскорбительное и нескрываемое вожделение на лицах мужчин вроде этого Айэна Джексона. Каждый раз, когда он осматривал ее, ей становилось настолько не по себе, что хотелось повернуться и убежать прочь. Она ощущала смутную угрозу, исходившую от него, чувствовала себя особенно беззащитной и одновременно виноватой, словно сделала что-то недопустимое, отчего мужчины смотрят на нее таким образом… Так, наверное, жертва насильника полагает, что спровоцировала своего истязателя, хотя и сама недоумевает, как это могло произойти… Николь прекрасно сознавала, что причина ее страхов кроется в той ужасной ночи, которую она провела с Мэтью, и корни этого страха — в ее безответственном, развратном поведении в ту ночь.